Из Ростова – в большое кино

В Ростовском областном  музее краеведения разработали цикл пешеходных экскурсий «Синематограф в старом Ростове».

Отправная точка на карте этого небольшого путешествия – сам музей. Ведь в его залах  развернута ретроспективная выставка «Пойдем в кино!». Ее экспонаты (некоторые демонстрируются впервые) помогают представить Ростов, каким он был в конце XIX – начале XX века и то, как относились ростовцы к новому тогдашнему чуду – кино.

После выставки – пешеходная экскурсия. Жаль, до Голливуда не дотопать... А он    не раз будет  упоминаться в рассказах автора этого экскурсионного проекта, научного сотрудника РОМК Александра Пилюгина. 

Знаете ли вы, что один из ростовчан (или, как говорили в его время – ростовцев) укротил рычащего с экранов всего мира льва – того самого, который делает  таким внушительным логотип одной из самых успешных американских кинокомпаний «Метро Голдвин Майер»? 

Имя этого человека – Владимир Ильич Рындзюн. Он -  сын владельцев знаменитой прежде ростовской водолечебницы.

Владимир Рындзюн окончил юридический факультет Московского университета. Однако его душа лежала не к юриспруденции, а к журналистике. Печататься начал еще до революции. В годы гражданской войны немало помыкался, стараясь избежать мобилизации, и вернулся в родной Ростов. Здесь устроился на работу в белую газету «Жизнь». Свои журналистские материалы, а потом и литературные сочинения подписывал псевдонимом «А. Ветлугин». В 1922 году за границей вышел в свет его роман «Записки мерзавца: моменты жизни Юрия Быстрицкого». Сегодня он имеется в электронных библиотеках. Считается, что в этих записках много автобиографического.

Большую часть своей жизни в эмиграции Рындзюн-Ветлугин провел в Америке. Он был редактором популярного женского журнала, человеком  солидного уже возраста, когда получил предложение от одного из основателей «Метро Голдвин Майер» возглавить сценарный отдел этой кинокомпании. А вскоре энергичный ростовец стал ее продюсером.

Можно только представить, на каком подъеме работал продюсер  Рындзюн в 1949 году  над своим первым кинопроектом! Профессиональное переплелось с личным: не успел фильм выйти на экраны, как Владимир Рындзюн и игравшая в этой картине 20-летняя красавица Беверли  Майклз сыграли свадьбу.

Правда, наслаждаться семейным счастьем и укрощать майеровского льва  Владимиру Рындзюну оставалось недолго: в 1953 году нашего талантливого земляка не стало.

Недавно одна из фирм, занимающаяся операциями с недвижимостью, выпустила рекламный ролик выставленной на продажу квартиры в доме дореволюционной постройки. 

Этот ролик привлек внимание  людей, далеких от мысли там поселиться: тех, кто интересуется донской стариной, а также историей кино. Потому что это – отреставрированные апартаменты директора-распорядителя Азово-Донского коммерческого банка Бориса Каменки. А  Борис  Каменка – отец известного в мире кино продюсера Александра Каменки. Один из экскурсионных маршрутов ведет  к этому дому. В нем некоторое время жил родившийся в Одессе Александр Каменка.

- Александра Каменку сегодня нередко называют русско-французским кинодеятелем, - говорит Александр Пилюгин. - Но было время, когда это имя в Советском Союзе замалчивалось.

Во Франции живет внук Александра Борисовича – Патрик Каменка. Он сообщал в интервью, что его дед с детства мечтал стать актером. Но, судя по всему, потом Александра Борисовича больше увлекли организация кинопроизводства и кинопродюсирование.

В эмиграции, во Франции, Александр, на первых порах, стал, как и отец, заниматься банковским делом, но вскоре вместе с деловым партнером возглавил киностудию «Альбатрос». Каменка-сын тоже имел дело с золотом, но другого свойства.

«Альбатрос» выпускал фильмы не одно десятилетие. Ленты, созданные «Альбатросом» в эпоху немого кино, составляют золотой фонд французской Синематеки – главной киноколлекции Франции. Именно «Альбатрос» осуществил один из самых грандиозных французских кинопроектов эпохи Великого немого: в 1924 году здесь сняли фильм «Лев моголов», в котором блистал Иван Мозжухин.

Если вы даже не видели фильмов «Нормандия-Неман» и «Третья молодость», то наверняка  о них что-то слышали. «Нормандия-Неман»  (1960 г.) - это, конечно, про знаменитый французский авиаполк, воевавший на советско-германском фронте. «Третья молодость» (1965 г.) - о легендарном русском балетмейстере французского происхождения Мариусе Петипа.

«Нормандия-Неман» и «Третья молодость» - первые ленты совместного советско-французского производства. В их создании участвовали незаурядные мастера. К примеру, роль композитора Чайковского в «Третьей молодости» сыграл Олег Стриженов, сценаристами «Нормандии-Неман» с советской стороны был Константин Симонов, с французской - Шарль Спаак и Эльза Триоле. А продюсировал оба этих проекта Александр Борисович Каменка!

Особо заинтересовал меня маршрут, который указывает на Первомайский парк Ростова.

В августе 1919 года в этом парке (тогда он назывался Садом Коммерческого клуба) снимали эпизоды киноленты «Жизнь – Родине, честь – никому».

- Это была антибольшевистская агитка. Создавали ее по заказу ОСВАГа – Осведомительного агентства Добровольческой белой армии, - продолжает Александр Пилюгин рассказ о киноистории Дона.

Какие именно эпизоды снимали в этом Саду, определить теперь непросто, но вообще картину делали с размахом. Известно, что в массовках было задействовано до 10 тысяч человек. В съемках участвовала военная техника: танки, артиллерия, авиация.

Сюжет этого фильма таков: на заводе убит после недавнего митинга рабочий. Под подозрение попадает директор. Опасаясь скорого суда, он бежит вместе с красавицей-дочкой и влюбленным в нее молодым офицерам к родне, на Дон. На Дону и дочь, и ее жених вливаются в ряды белого движения.

Фильм вышел на экраны в конце 1919 года. Продержался в прокате недолго: ведь уже в январе 1920-го Красная Армия вновь заняла Ростов и продолжила победоносное наступление.

Под впечатлением от экскурсии я захотела  узнать,  как сложились судьбы артистов, сыгравших в этой антибольшевистской агитке? И по крупицам сложилась еще одна любопытная история.

Некоторые из создателей ленты «Жизнь - Родине, честь – никому» вскоре эмигрировали. К примеру, исполнитель главной роли (молодого офицера) Владимир Стрижевский добрался до Франции, изменил на французский манер свою фамилию и стал де Стри.

Де Стри снимался у известных режиссеров, сам снимал кино, писал сценарии…

А вот Анатолий Смиранин, также игравший в этом фильме, эмигрировать не стал. И фамилию не поменял. Остался Смираниным  в Советской России. Она  простила ему киногрех.

Смиранин играл на разных сценах, а десять лет спустя после тех съемок вернулся в Ростов. Донской край был ему не чужой. По рождению Смиранин – одессит, но жил после окончания гимназии в Таганроге. Там впервые  вышел на театральные подмостки.

Возможно, повернись жизнь иначе, имя Смиранина стояло бы в одном ряду с дорогими ростовчанам именами  артистов труппы Юрия Завадского, которую откомандировали из Москвы  в Ростов в 1936 году: Марецкой, Пляттом, Мордвиновым. Есть сведения, что Завадский собирался предложить Смиранину сотрудничество. Но эти  планы разрушила произошедшая в семье Смиранина трагедия: умерла его горячо любимая дочь, и семья решила уехать из Ростова, чтобы меньше вокруг было напоминаний об этом несчастье. Поселились  в Тбилиси.

В кино Анатолий Смиранин снимался редко. Самая известная его работа, и сегодня незабытая, – отец прекрасной Гуттиэре в фильме «Человек-амфибия».

Но имя «Анатолий Смиранин»  можно встретить и в титрах к нынешним фильмам. Это уже внук того Смиранина, продолжатель династии. Как шутят, Анатолий Смиранин Третий.