О том, чем может удивить кирпич, рассказывает новая выставка Азовского музея-заповедника

Коллекционированием кирпичей Дмитрий Зенюк увлекся еще в школьные годы.

- И что же, там будут только одни кирпичи? - с удивлением спрашивали у историка Дмитрия Зенюка, одного из авторов выставки «Кирпичный вопрос», даже некоторые  его коллеги.

Кирпич в качестве музейного экспоната непривычен. Первая и единственная до недавних пор на Дону выставка кирпичей состоялась только  несколько лет назад в частной ростовской «Галерее М».

А «Кирпичный вопрос»  -  первый в Ростовской области совместный проект государственного музея и Лиги коллекционеров кирпичей. Эту лигу в проекте представляют три коллекционера: ростовчане Дмитрий Зенюк и Роман Бочарников, а также житель Азова Александр Калугин. 

Для нынешней выставки Азовский музей специально оборудовал витрины. Ведь есть на что посмотреть, к чему приглядеться. Вот хотя бы «бабушка» нынешних глиняных кирпичей — плоская, скорее похожая на плитку,  плинфа. Представленной на выставке плинфе, вероятно, тысяча лет. Ее нашли на развалинах христианского храма за пределами донского края.

А на территории самого Азова, там, где стоял золотоордынский град Азак, сотрудники этого музея обнаружили при археологических раскопках шестигранные кирпичи. Предположительно,  это -  фрагменты какого-то мавзолея.

Сделать кирпич воистину уникальным мог любой человек. И речь вовсе не о творческом озарении. Таким же уникальным кирпич мог стать благодаря кошке или собаке, домашней птице. Вот как это бывало.

- Производство кирпича напоминает пекарное, - говорит Дмитрий Зенюк. - Представьте себе небольшой кирпичный заводик дореволюционной России. Глину, как тесто, вымешивают, формуют с помощью специальных деревянных форм. И прежде чем отправлять в печь, кирпичи  раскладывают во дворе, чтобы подсохли. Но тут, вообразим себе такую картину, на завод приезжает с проверкой приказчик, ступает неосторожно на необсохший еще кирпич, и на сырце  навсегда отпечатывается след каблука.

На выставке несколько примеров такой нечаянной радости коллекционера: кирпичи с отпечатками кошачьих и куриных лапок, козьего копытца. Каждый — чисто эксклюзив!  Дмитрий Зенюк показывает мне  кирпич  из своей коллекции с глубоким следом от прикосновения чьих-то пальцев к еще сырой  поверхности. Подобные  экземпляры попадаются на развалинах старых зданий нередко. У Дмитрия   есть версия, кому бы такие отпечатки  могли принадлежать:

- Если произвести исследование кирпичей с отпечатками пальцев, думаю, выяснилось бы, что это отпечатки пальцев подростков.  Есть сведения, что их труд широко использовался в кирпичном производстве, хотя работа не по возрасту тяжелая.

А что бы подумали вы, увидев словно вырезанную на кирпиче подкову? Что это — след лошади? Или что кто-то сделал это изображение на счастье: пусть родные стены еще лучше помогают?

Не то и не другое.  Вот монетку, «инкрустирующую» соседний экспонат, вероятно, и вправду вдавили в его свежую глину на счастье.  А  подкова  на кирпиче - это клеймо. Так  помечали свою продукцию производители кирпича из рода Спечинских. Были они дворянами. Герб Спечинских украшало изображение подковы.

Вообще с клеймами связана львиная доля кирпичных загадок.

- Клеймить кирпичи в обязательном порядке в России стали по закону 1847 года, - поясняет Дмитрий Зенюк.

Вроде технический момент, направленный на усиление ответственности производителя за качество продукции, но какими только сюрпризами не одаривают  теперь коллекционеров  клейменные находки!

Возможно, вы слышали о кирпичной бабе? Несколько кирпичей с изображением трапециевидной человеческой фигурки обнаружил однажды на развалинах строения в ростовской Нахичевани Роман Бочарников. За этим изображением вскоре и закрепилось  название кирпичной бабы. Одну из таких баб можно увидеть на этой выставке. Ее секрет все еще не разгадан.

А увлеченность Дмитрия Зенюка загадками старинных кирпичей началась с таинственных букв на клеймах. Это необычная история.

Дмитрию было тогда лет десять, семья отдыхала на даче в селе Маргаритово. Однажды неподалеку отец увидел хорошие, крепкие кирпичи, которыми в давние времена была выложена хозяйственная яма. Теперь они валялись  на берегу. Отец сказал детям взять тачку и привезти кирпичи на дачу: сгодятся!

Он сам обратил внимание Дмитрия на необычную (закругленную) форму некоторых из этих кирпичей и рассказал, что такими могли выкладывать стенки колодца. Сына это почему-то сильно впечатлило. Когда же Дмитрий разглядел  на других кирпичах (уже строгой формы)  буквы какого-то чужого алфавита, он попросил не пускать их в дело, а оставить ему. 

Человеку, мало-мальски знакомому с письменностью разных народов, эти буквы могут показаться греческими. А поскольку на юге нынешней Ростовской области  раньше проживало немало переселенцев из Греции, и Дмитрий, и его отец посчитали, что эти буквы — точно греческие. 

То, что это не так, Дмитрий узнал только в студенческие годы, когда познакомил со своими находками университетского  специалиста в области филологии. Тогда чей  же это алфавит?

Сегодня известно наверняка: староалбанский! Чтобы подтвердить эту версию, на Дон даже приезжала  этнолингвистическая экспедиция, которую возглавил почетный консул Албании в Санкт-Петербурге Александр Новик.

Ныне в ходу у албанцев латиница. Но в прежние времена албанцы-христиане, желая избежать турецкого влияния и  сохранить свою самобытность,  пользовались оригинальным алфавитом. Он же использовался ими в тайной переписке.

Вы спросите, какая связь между этим алфавитом и находками кирпичей в селе Маргаритово?  Так ведь основателем Маргаритово  был греко-албанский переселенец Маргарит Мануилович Блазо. Существование до революции в Маргаритово кирпичного завода подтверждено документально.

 И все же загадки по-прежнему остаются. Почему на этих кирпичах буквы аж трех разновидностей староалбанского алфавита? Что в данном случае эти буквы означают?

Возможно, ответы на эти «кирпичные вопросы»  будут найдены. Ведь поиск  не прекращен, и коллекция расширяется.