В этом году исполняется 70 лет «Золушке» - любимому фильму многих поколений наших зрителей

Эраст Гарин в роли Короля.

Хотя семь десятилетий — не такая уж туманная даль, не всегда можно точно понять, что в истории создания этой ленты правда, а что — только миф.

Прежде всего: как возникла сама идея перенести знаменитую сказку Перро на экран?

Обычно рассказывается, что это была инициатива режиссера Надежды Кошеверовой. Где-то в коридорах «Мосфильма» она заметила сидящую в уголке миниатюрную, как ребенок, очень-очень грустную Янину Жеймо, и ее осенило: «Яничка, Вы должны сыграть Золушку!»

Не откладывая дело в долгий ящик, Кошеверова чуть ли не сразу отправилась с этой идеей к кинематографическому руководству. 

Выслушали Надежду Николаевну благосклонно, спросили, имеется ли у нее кандидатура сценариста, и она назвала без тени сомнения: «Шварц».

С Евгением Шварцем они были старые приятели. Он и в самом деле с воодушевлением принялся за работу.

Но есть и другая версия первотолчка этой экранизации. Тут автором идеи называется Николай Акимов, человек с уймой талантов — от художественных до организационных. Он и художник, и театральный педагог, и режиссер. А еще — бывший муж Кошеверовой. Супруги расстались, оставшись друзьями.

Акимов в справочной информации к этому фильму значится как художник, по эскизам которого были сделаны костюмы и декорации. Но не исключено, что и блестящий актерский состав «Золушки», и оригинальное решение ряда сцен можно отнести к его заслугам.

Кстати, именно эскизы Акимова помогли уже в наши дни черно-белую «Золушку» раскрасить. Предполагается, что этот фильм и задумывался цветным. По крайней мере, об этом мечталось. Но «Ленфильм» в 1946 году, когда «Золушку» запустили в кинопроизводство, мог позволить себе выпуск только одной цветной киноленты. Снимали на немецкой пленке, она была в дефиците. Как и аппаратура, включая осветительную, необходимая для такой работы. «Золушке» не повезло.

...На экране возникает скромный ситцевый занавес, и под звуки скромной тихой музыки появляется название: «Золушка», следом — надпись: «Старая сказка, которая родилась много веков назад и с тех пор все живет и живет, и каждый рассказывает ее на свой лад».

Затем цветы на ситце оживают, простенький ситец превращается в благородный бархат. На нем также всплывает текст: «Мы сделали из этой сказки музыкальную комедию, понятную даже самому взрослому зрителю».

Так, по первоначальному замыслу Шварца, должен был начинаться фильм «Золушка». Его и сегодня порой позиционируют как музыкальную кинокомедию, хотя для большинства зрителей это все же прелестная, музыкальная, щедро приправленная юмором киносказка.

Если бы первоначальный сценарий был реализован полностью, старый крыс, ставший благодаря Фее Золушкиным кучером, посмешил бы куплетом: «Овес вздорожал, овес вздорожал, он так вздорожал, что даже кучер заржал». 

У мышей, которых волшебная палочка Феи превратила в роскошную упряжку, была бы своя песенка радости:

Дорогие дети,

Знайте, что для всех

Место есть на свете

Счастья и утех.

Но мы счастья выше

в мире не найдем,

Чем из старой мыши

Юным стать конем.

А тыква, став каретой, выдала бы забавную абракадабру: «Мерси сан суси». Возможно, это был намек на французское происхождение персонажей этой сказки. Белоснежные кони катили бы карету к королевскому дворцу мимо указателей: «Откашляйся, скоро сам король будет говорить с тобой».

Наверно, нет фильма, который был бы снят по сценарию, что называется, буква в букву. Сценарии в ходе съемок корректируются режиссером. Бывает, свое слово позволяется вставить артисту. Изменения в первоначальный вариант может внести сам сценарист. Возможны претензии киноруководства к тексту. В случае с фильмом «Золушка» было и то, и другое, и третье. 

Притчей во языцех стало стремление Фаины Раневской подправить, к великому неудовольствию автора, текст своей роли. По этой, де, причине Шварц, по крайней мере на первых порах, был огорчен приглашением Раневской в этот фильм.

Однако есть и другой вариант этой коллизии: Шварцу казалось, что злодейство в Мачехе, какой ее играет Раневская, слишком очевидно. Он писал эту роль, представляя себе другую, вполне конкретную актрису, с которой был знаком.

В беседах с Фаиной Раневской киноведа Глеба Скороходова эта ситуация выглядит совершенно иначе. «Меня Шварц любил и позволил несколько отсебятин, правда, согласованных с ним», - вспоминала Раневская. 

Известен случай, когда Раневской пришлось импровизировать и дописывать Шварца не по своей воле. О нем рассказала Янина Жеймо. 

Янине Жеймо не понравилось, как легко в сценарии Золушка, горячо полюбившая Принца, выполнила приказ Мачехи надеть хрустальную туфельку, которая сделала бы ее обладательницу невестой Принца, на ногу Мачехиной дочке. Золушка, какой ее представляла себе Жеймо, не могла исполнить этот приказ только из покорности или страха.

Отчаявшись подвигнуть Шварца и Кошеверову на переделку этого фрагмента, актриса решила добиться своего хитростью.

Начинают отрабатывать этот эпизод, Мачеха велит Золушке надеть туфельку на ногу ее дочке, а Жеймо молчит. Раневская повторяет свои слова с уже иной интонацией, Жеймо снова молчит. Тогда находчивая Фаина Георгиевна играет негодование и произносит отличную отсебятину: «А то я выброшу твоего отца из дома!»

Только тут Золушка-Жеймо соглашается исполнить ее распоряжение: если ради отца - это другое дело.

А завершил эту импровизацию сам Шварц, который нередко присутствовал на съемках. 

-Только Вы забыли, Фаина Георгиевна, конец фразы, - сказал он. - «И сгною его под забором».

Фильм «Золушка» в рейтинге лидеров советского кинопроката за 1947 год занял четвертое место. Но у него были критики, которые усмотрели в ленте идеологические провалы. Почему главным носителем нравственных истин в этом фильме стал король?

Король в сценарии Шварца вообще говорил странные даже для сказочного Его Величества вещи. «Во дворце сегодня праздник. Вы понимаете, какое великое дело — праздник! Порадовать людей, повеселить, приятно удивить — что может быть величественнее?» - восклицал этот Король.

Особо бдительных товарищей такие слова могли встревожить. На что намекает? 

Да, может, это и в самом деле была фига в кармане, адресованная некоронованному советскому монарху Иосифу Виссарионовичу? Шварц его не любил. Когда Сталин умер, и дочь Шварца, как и многие в СССР, расплакалась, узнав об этом, отец сказал, что слезы проливать не стоит. Потому что это был подлец и негодяй.

В пьесах и сценариях Шварца еще будут и другие короли. Причем двух щварцевских королей — в комедии «Каин ХVIII» и первой экранизации «Обыкновенного чуда» вновь сыграет Эраст Гарин. Но ни один из них не скажет того, что было бы созвучно словам Короля из фильма-сказки «Золушка»: «Связи связями, но надо же и совесть иметь. Когда-нибудь спросят: а что ты можешь, так сказать, предъявить? И никакие связи не помогут тебе сделать ножку маленькой, душу — большой, сердце — справедливым!»

Вероятно, такой Король у Шварца один-единственный потому, что этот сказочник все-таки был реалистом. А короли, не испорченные властью, - это невероятное чудо.

P.S. О странном характере режиссера «Золушки» Надежды Кошеверовой и судьбах актрис, сыгравших в этом фильме, расскажет февральский выпуск нашей «Аксиньи».