Челентано зажигает

Фигаро (Алексей Тимченко), Сюзанна (Алена Гудкова) и граф Альмавива (Александр Волженский). Фото с сайта www.rostovteatr.ru

Появление на афише Ростовского академического драмтеатра им. М. Горького названия «Безумный день, или Женитьба Фигаро» для многих театралов стало неожиданностью. В начале сезона его худрук сообщал о планах сотрудничества с режиссером Гульнарой Галавинской, которая и ученица Виктюка, и спектакли ставила на столичных сценах. Предполагалось, что плодом этом сотрудничества станет спектакль «Лисистрата» – «комедия-провокация в декорациях Древней Греции», а театр – ни много ни мало – заявит ее на «Золотую маску».

Волею судьбы место худрука в этом театре скоро стало вакантным, в течение нескольких месяцев ничего масштабного не репетировали. И вот – приезд Галавинской. Однако не для постановки новой и для нее, и для коллектива «Лисистраты», а для  работы с пьесой «Безумный день, или Женитьба  Фигаро», спектакль по которой Галавинская  выпускала три года назад в Мичуринском драмтеатре. А потом его отмечали наградами на Всероссийском театральном фестивале в Тамбове.

Ростовская сценическая версия бессмертной комедии Бомарше начинается еще в фойе, что, правда, не сразу понятно. Сначала зрители просто с удивлением смотрят на стоящие у стен вместо банкеток  большие ящики, украшенные какими-то искусственными розочками. Начинается театральное действие, и оказывается, что это – сундуки с приданым Сюзанны, невесты Фигаро. Знать бы раньше, может, кто из сердобольных зрителей просверлил бы в них дырочки. А то жаль ведь влюбленного в графиню Розину юного Керубино (арт. Игорь Васильев), которому приходится прятаться в этом сундуке, спасаясь от ее ревнивого мужа. Выбирается он оттуда, как будто из парной. Может даже не жаловаться на то, как там невыносимо. Это просто очевидно.

Вообще попотеть артистам на этом спектакле пришлось изрядно. Ключевым для постановки стало определение «безумный день». А уж когда доходит дело до свадьбы, мужской состав труппы, включая исполнителя роли Фигаро Алексея Тимченко, и вовсе превращается в акробатов.

Чтение  пьесы о женитьбе Фигаро Пушкин сравнил с удовольствием от шампанского. Однако для многих современников Бомарше она была предвестницей революции, которая произошла во Франции спустя пять лет после ее опубликования.

В российских постановках «Женитьбы Фигаро» последнего времени на теме народа и власти акцент делается нередко. Действие бывает насыщено  современными реалиями.

Спектакль Галавинской современный (по стилю)  и одновременно как бы вневременной (благодаря драматургу). К тексту Бомарше она ничего не добавляет. И так все как будто про нас. 

Гульнара Галавинская тоже декларирует тему народа и власти как центральную. Но, думается, вернее было бы говорить о несправедливости, которая возникает вследствие разных стартовых возможностей и которую не может устранить ни одна революция. Слуги (или, если брать шире, подчиненные) нередко оказываются смышленнее и лучше своих начальников. Но когда они меняются местами, возникают другие проблемы. 

Как показал недавний скандал в Голливуде, у графа Альмавивы, желавшего восстановить право первой ночи синьора, много тайных последователей. С общественным устройством это не связано.

Желая сделать действие забавнее, режиссер, возможно, невольно,   добавила графу Альмавиве положительных качеств. Намереваясь вскрыть дверь,  за которой, по предположению графа, находится воздыхатель графини, Альмавива (его роль исполняет Александр Волженский) приносит целый комплект  слесарно-плотницких инструментов. Получается, что не белоручка, знаком с рабочими ремеслами.  Многогранная личность…

Интрига, связанная с местами  в зрительном зале, зарезервированными для… персонажей спектакля, на поверку оказалась обманкой. Нет, артисты в самом деле их занимали, ходили, пробегали  между рядами.  Вот только  трудно понять зачем. Спектаклю это ничего не добавляет. Даже скорее напротив.

А зажигал на свадьбе Фигаро и его маленькой смелой Сюзанны (арт. Алена Гудкова)  певец Адриано Челентано. Гости танцевали и веселились под его шлягер – тезку невесты. Правда,  возникающие при этом параллели, если знать перевод челентановской песни «Сюзанна», представляются довольно странными. Ведь Сюзанна у Бомарше – верная возлюбленная Фигаро, которую графу Альмавиве не удалось соблазнить ни драгоценностями, ни обещаниями сладкой жизни. А та Сюзанна, про которую поет Челентано, кинула и мужа, и любовника, сбежав с ювелиром… Но по-итальянски у нас мало кто понимает, а  мелодия такая, что не улыбнуться от удовольствия  невозможно.