Давние встречи

Встреча с кинозрителями Таганрога. 1978 год. Слева – автор этого материала.

ЕГО ПЕРВЫЕ крохотные появления на экране долгих десять лет были незаметны и зрителям, и режиссерам. Все изменилось в 1964 году, когда сорокадвухлетнего малоизвестного актера утвердил на одну из ведущих ролей в своей картине «Председатель» видный советский режиссер Алексей Салтыков. Лапикову предстояло выступить в роли Семена Трубникова – брата главного героя фильма в исполнении уже знаменитого к тому времени Михаила Ульянова.

Как ни банально это звучит, но Иван Лапиков после выхода фильма на широкий экран действительно «проснулся знаменитым». А после поставленного Андреем Тарковским «Андрея Рублева» об актере заговорили как о звезде первой величины не только отечественные, но и ведущие зарубежные знатоки киноискусства…

С ИВАНОМ ГЕРАСИМОВИЧЕМ судьба свела меня на съемках фильма «Они сражались за Родину». В начале лета 1974 года наша съемочная группа Ростовского телевидения сквозь сильнейшую жару и облака меловой пыли над степными дорогами добралась до хутора Мелологовского, расположенного в той части Верхнего Дона, что широкой излучиной разрезает часть земель Волгоградской области. Те самые земли, где летом 1942 года шли страшные бои на подступах к Сталинграду.

Киноэкспедиция «Мосфильма» под командованием всемирно известного Сергея Бондарчука базировалась на туристском теплоходе «Дунай», специально предоставленном кинематографистам Волго-Донским пароходством. Обстановка съемок по напряженности была под стать настоящим боевым действиям, поскольку двухсерийную киноленту нужно было успеть отснять за один сезон. Потому мешавших приезжих корреспондентов в экспедиции не жаловали, нас же не погнали сразу, наверное, лишь потому, что мы как-никак имели некое косвенное отношение к щедрости Волго-Донского пароходства. Как бы то ни было, директор фильма Игорь Лазаренко достаточно приветливо разъяснил нам, что «мозолить глаза и болтаться под ногами» не стоит, нужно, чтобы «к вам тут привыкли». 

Держась подальше от теплохода и съемочной площадки, над которой военная громкоговорящая установка с высокого холма грохотала специфическими командами, мы ушли на берег Дона, откуда перебрались вброд на симпатичный песчаный остров, куда команды долетали слабыми раскатами дальней грозы и можно было разговаривать, не повышая голоса. Наше появление не обрадовало одинокого рыбака в видавшей виды военной форме. Он едва успевал управляться с тремя спиннингами и дюжиной удочек-донок: клев в тот день был отменный, несмотря на жару и шумы кинематографистов. Время подходило к полудню, на песке уже лежало добрых полтора десятка увесистых судаков. В одиноком рыбаке редактор нашей группы Елена Джичоева признала народного артиста Ивана Лапикова. Выдержав, по Станиславскому, деликатную паузу, мы предложили Ивану Герасимовичу свою помощь.

– Помощники! Мне помощь не требуется, сам управлюсь, – отрезал он поначалу суровым голосом Семена Трубникова. – Разве что надо вот в песке яму соорудить для улова, а то пропадет ведь судак по такой жаре.

Не раз рыбаливший на Дону, я взялся за изготовление рыбохранилища и легко выкопал в песке обширную яму в форме кувшина, «дно» которого почти доставало до уровня речной воды.

– Можешь, однако, – удивился Лапиков. – Ну, давай теперь – помогай.

Мы остались вдвоем на симпатичном острове, и ближе к вечеру песчаный кувшин оказался доверху загруженным. Иван Герасимович же был в подробностях посвящен во все наши задачи, сомнения, а главное – опасения быть изгнанными из экспедиции.

– Ну, это мы уладим, никто не выгонит, – успокоил он. – С интервью Шукшин поможет, Никулин, генерал армии Казаков. Без материала не останетесь.

Три десятка здоровенных рыбин на теплоходе «Дунай» произвели хорошее впечатление. Вся экспедиция за ужином насыщалась жареным судаком, а после несколько приукрашенного рассказа Лапикова об участии в ловле «ростовских» нас тут же поставили на довольствие, выделив практически отдельный столик в судовом ресторане верхней палубы. В соседях же по «месту питания» оказались и сам Бондарчук, и Шукшин со своим верным другом-напарником Бурковым, и Никулин, и недавно прогремевший в «Семнадцати мгновениях весны» Тихонов.

НЕСКОЛЬКО дней мы снимали работу мосфильмовцев, интервью главных героев. Вопреки плотным графикам, нам с Лапиковым удавалось поставлять к экспедиционному столу весомые донские уловы. Два раза рыбачили ночью. Тоже очень успешно. По натуре весьма закрытый Иван Герасимович у ночного костра менялся, много рассказывал о себе, советском кино, поездках на знаменитые зарубежные киностудии. Несмотря на значительную разницу в возрасте, мы неплохо понимали друг друга, с тех ночных рыболовных посиделок и начались наши многолетние дружеские отношения…

После просмотра отснятого материала на Ростовском телевидении решили подготовить отдельный киноочерк о работе мосфильмовской экспедиции, для чего потребовалось дополнительно доснять еще несколько эпизодов. Старенький автобус вновь доставил нашу группу в старинный хутор Мелологовский, почти полностью сметенный с лица земли минувшей войной, но специально восстановленный для мосфильмовских съемок, в ходе которых ему предстояло погибнуть еще раз…

ОБИТАТЕЛИ пришвартованного возле правого берега Дона теплохода «Дунай» встретили нас как родных. Всем пришлись по душе раздаренные мной фотографии с нашего первого пребывания в хуторе. Я тогда по простоте своей не указывал на них собственное авторство, и позже некоторые фото оказались опубликованными без указания автора в различных газетах, журналах и книгах.

К Ивану Герасимовичу, оказалось, приехала жена Юлия Александровна.

– Это мне как подарок на день рождения, – шутил он.

Лапикову тогда исполнилось пятьдесят два года, и он казался мне безнадежно взрослым, поскольку был старше почти вдвое. 

С Юлией Александровной они встретились в послевоенном драмтеатре Сталинграда, и, как показало время, эта встреча определила их судьбу. 

Тот день рождения Ивана Герасимовича не отмечали. Не до того было, да и сам он не жаловал обычно подобные события, юбилеи и торжества, называя их пустым времяпровождением. Кстати, сорокапятилетие Василия Шукшина, состоявшееся в том же июле, тоже не отмечали, ограничившись простыми устными поздравлениями…

Иван Герасимович Лапиков на Дону бывал достаточно часто. Снимался в фильмах по произведениям любимого им Михаила Александровича Шолохова, Анатолия Калинина, Антона Чехова, немало встречался с донскими кинозрителями. В таких случаях я старался побывать в местах «главных событий», по возможности пофотографировать, а при случае и порыбачить вместе с таким напарником, лучше которого не было в моей жизни…

РАЗВАЛ СССР Иван Герасимович воспринимал крайне тяжело. Катастрофу великой советской страны народный артист не смог пережить. 1 мая 1993 года он стал свидетелем жестокого разгона силовиками протестовавшего на Красной площади народа и почувствовал себя очень плохо. Вечером того же дня Сергей Федорович Бондарчук по телефону попросил Лапикова назавтра поехать на встречу с воинами одной из частей в Наро-Фоминский район Московской области. Отказаться Иван Герасимович и не подумал. Поехал на встречу, во время которой сердце старого солдата не выдержало. Ему было семьдесят лет. Всего семьдесят.