Редкий гость на телеэкране и сцене писатель-сатирик Михаил Мишин провел творческие встречи в Ростове и Таганроге.

Михаил МИШИН, советский и российский писатель, переводчик, эссеист, сценарист, актер, один из ведущих сатириков России.


Есть контакт!

От эстрады и телевидения Михаила Мишина никто не отлучал. Он сам решил взять паузу, о чем и сообщил однажды своим читателям и слушателям: «Долгое время выбирал из двух желаний: быть пишущим выступалой или выступающим писалой. И в один прекрасный день желание писать все-таки возобладало».

Впрочем, это было еще в относительно хорошие для сатириков времена. Не в том смысле хорошие, что вокруг море благодатных тем для их профиля – чего-чего, а этого и сейчас не меньше. В те годы невероятное в сравнении с нынешним количество слушателей ценило не смех-щекотку, а иронию с подтекстом. Потом ситуация изменилась: «Мы живем во времена стеба, – констатировал Мишин в одной из послеперестроечных книг. – Ирония обостряет мысль. Стеб ее заменяет».

Михаил Мишин говорит, что и сегодня не видит себя в медийном пространстве, в котором надо хотя бы периодически мелькать, если думаешь выступать на эстраде. И все-таки пару лет назад он откликнулся на предложение провести творческую встречу со зрителями. 

Такие встречи прошли в Питере, Москве, Екатеринбурге. Первыми городами на «южном направлении» стали Ростов и Таганрог.

Накануне творческого вечера в Ростовской областной филармонии Михаил Мишин провел пресс-конференцию в Доме журналистов. И – первые же вопросы о том, не боится ли возвращаться на сцену? Уверен ли, что нынешняя публика примет юмор с мыслью, приглашающей к размышлению?

– Бояться – не боюсь, но волнуюсь. Будут смеяться в зале – хорошо, не будут смеяться – тоже не страшно. Нужен контакт – вот чего хочется добиться, – ответил Мишин.

Судя по атмосфере в зале филармонии, такой контакт состоялся. Для его улучшения Мишин сделал одну простую вещь, которая многих приятно удивила, а иных так даже растрогала. Поскольку мало кто из нынешних зрителей имеет при себе блокнот и ручку, а отправить запиской вопрос писателю хочется, как и в былые времена, каждый получил листок бумаги. Наличествовали и авторучки – в свободном доступе. Оказалось, что у этого полузабытого уже способа общения сатирика с залом – большой потенциал.

Тринадцатый, счастливый

С творчеством Михаила Мишина многие встречаются чаще, чем думают. Ведь он не только писатель, киносценарист, драматург, но и переводчик. Это с его легкой руки репертуар российских театров пополнился целым рядом зарубежных пьес. К примеру, комедией Рэя Куни «№13», которая с успехом идет во многих театрах. В том числе на сцене Ростовского драматического.

– Михаил Анатольевич, почему вы взялись за перевод этой уморительно смешной пьесы, да и других сочинений англоязычных драматургов? В их юморе присутствует для вас что-то особенно ценное? – такой вопрос прозвучал на встрече в Домжуре.

– В области переводов я – самоучка, у меня нет базового филологического образования. Начал заниматься этим делом, не помышляя о промышленном применении. Просто переводил для себя какие-то рассказики. Однажды попросил товарища, чтобы привез из Америки пьесы. Взялся за перевод одной из них, тоже просто для себя. И такой же она оказалась легкой, такой светлой, нежной, так шла вразрез с той чернухой, которая тогда, в конце 1980-х, заполонила у нас сцены и экраны, что мне захотелось, чтобы люди ее узнали.


Я показал свой труд замечательному переводчику, авторитетнейшему в этой сфере мастеру. Он сделал кучу поправок, но благословил. То была пьеса Герша «Эти свободные бабочки».

Я отнес эту пьесу в Ленинградский театр имени Комиссаржевской, они ее мгновенно поставили. «Бабочки» разлетелись по многим театрам страны. Вот таким было мое начало как переводчика пьес.

С Куни вообще удивительная история. Начал читать пьесу «№ 13», и первое ощущение – не мое! Люблю, когда игра ума, а тут…

А тут – иначе, но так смешно, ну такой фарс!

С этой пьесой все сложилось для меня так, как вообще редко бывает. Мечтал, чтобы она шла у Олега Табакова во МХАТе, чтобы поставил ее Володя Машков, а сыграл в ней Евгений Миронов, – все именно так и было.

Критическое сообщество еще до премьеры выражало недовольство уже самим выбором такой пьесы. МХАТ – и вдруг на афише не кто-то из великих, а Куни да еще комедия… Но Машков так лихо все в этом спектакле закрутил, что премьера смела всех его критиков. 

Этот спектакль идет во МХАТе по сей день, только вместо Миронова, который теперь в Театре Наций, главную роль играет Игорь Верник.

Это вам не про тетю Хуанну

Одним из самых успешных в мире телепроектов считается сериал «Друзья». В России зрители увидели его в начале 2000-х. Вы спросите: «Неужели и «Друзья»?..» Представьте себе, да. И «Друзья» заговорили на русском языке благодаря Михаилу Мишину.

Это был короткий период, когда он работал главным литературным редактором на РТР. Там купили американский сериал «Друзья», заказали его перевод – почти подстрочник, и заподозрили, что выбросили деньги на ветер. Потому что в Америке зрители будто бы любят его за юмор. Но, судя по переводу, ничего смешного.

В общем, без большой надежды на положительный исход дела дали этот заграничный материал Мишину – может, придумает чего.


– Я познакомился с ним и увидел, что «Друзья» – это прекрасный сюжет. И юмора много, он хороший, но мало нам понятный, поскольку завязан на американской жизни, – вспоминает Мишин. – Это не какая-нибудь там «Рабыня Изаура» с ее диалогами: «Мария-Антония, мне нужно поговорить с тобой... Мария-Антония, мы уже поговорили с тобой. Теперь мне надо поговорить с тетей Хуанной». Все. Конец серии.

В случае с «Друзьями» надо было решить как минимум три задачи: оправдать закадровый смех, не уйти от сюжета и добиться того, чтобы все это было понятно нашей аудитории.

Мне стало интересно сделать такой непростой, но при этом адекватный перевод. Я потратил на него целый год. Если бы в жизни одним чем-то занимался, я бы до центра земли уже докопал при таком упорстве, а так разбрасываюсь… Но что с этим поделать?

Увлекся «Друзьями» сам, увлек артистов дубляжа. Они сначала на меня сильно разозлились, потому что мой перевод означал для них вчетверо больше работы, чем над «Изаурой» при той же самой зарплате. Но поскольку все – люди творческие, этот процесс их все же захватил: решать более сложные творческие задачи интереснее.

Михаил Мишин стал автором русского текста для двух первых сезонов «Друзей».

А сатирику – смешно?

– Михаил Анатольевич, легко ли вас рассмешить?

– Мне кажется, что я вполне в рамках вменяемости. Другое дело, что сатирик в силу своей профессии, склада ума может угадывать развитие каких-то сюжетов, ситуаций, развязка которых вызывает у других людей смех. У сатириков она может не вызвать смеха, потому что для них нет в ней неожиданности: они уже знают, что за чем последует.

– Что вас сегодня вдохновляет?

– Вдохновение – это, наверное, больше про Пушкина. Мы живем с вами в одном времени и пространстве. Вероятно, то, что волнует, беспокоит меня, так же беспокоит и других людей. Но, может быть, я могу это сказать как-то по-своему. Так, что это становится любопытно какой-то аудитории.

– Сатирик – это состояние души?

– Это – профессия, которая требует определенных умений, если уж вы взялись работать в этом жанре. В жизни сатирики разные. Есть веселые, с радующим окружающих юмором. Есть которые все время как бенгальский огонь. Есть мрачные, ипохондрики.

– Молодым журналистам, литераторам их наставники нередко повторяют как заклинание: «Ни дня без строчки». Вы придерживаетесь этого правила?

– У каждого пишущего – своя история. Одному, действительно, нужно каждый день что-то там пописывать. Это его очень хорошо дисциплинирует и держит в форме. Другому…

Моя проблема – это борьба лени и честолюбия. Когда совсем уже лежу на грунте, думаю: ну вот они, мои друзья, где-то там чем-то заняты, в чем-то таком интересном участвуют, а я чем хуже? Начинаю движение, и вот уже все закрутилось-завертелось, достигло своего апогея, как вдруг приходит мысль противоположная: «И зачем все это мне нужно?» Лень побеждает. Но не навсегда.

Молодые участники пресс-конференции попросили Михаила Мишина дать советы начинающим сатирикам.

– Про то, как надо, про советы и рецепты – это не ко мне. У каждого человека – своя структура, свое устройство, рецептов успеха я не знаю, – сказал он. И ведь не шутил.

После этой встречи мне захотелось перечесть самую знаменитую миниатюру Михаила Мишина про «одобрямс». Год ее написания – 1987-й. Давно я ее не читала и не слышала. Интересно, как воспринимается сегодня? Кстати, само это словцо «одобрямс» выпорхнуло в нашу речь как раз из мишинской сатиры. 

И хотя она про ту, уже далекую теперь жизнь, есть в ней такие фрагменты, что как будто и не про ту, а про эту: «Вопрос «Кто воздержался?» вызывал улыбки. Вопрос «Кто против?» считался чем-то из английского юмора. Реакция на вопрос «Кто за?» была похожа на выполнение команды: «Руки вверх!»

Завершалась миниатюра надеждой, что от эпохи Одобрямса придем к эпохе Размышлямса. Путь оказался неожиданно долгим и извилистым…

Видео Владимира АПАРИНА