Ошибка профессора Преображенского

Режиссер-постановщик Петр Орлов создал на сцене атмосферу 20-х-30-х годов прошлого столетия. Большинство зрителей приняли все, что привнесли в булгаковскую повесть автор инсценировки Анатолий Королев и режиссер.

Если не все читали повесть Булгакова, то фильм «Собачье сердце» смотрели многие. И может быть, не один раз. Но, даже зная сюжет, неотрывно и с сочувствием следили за перипетиями, в которые попадает бедолага-пес Шарик, а затем - с негодованием - за откровенным нахалом Шариковым в исполнении Олега Хаустова. Экспрессивны его монологи, органично преображение после пересадки гипофиза отпетого пьяницы Клима Чугункина. Но сбросить шерсть, начав говорить, а не лаять, - совсем не значит стать человеком. От реплики начальника подотдела очистки Москвы от бродячих животных (коим стал вчерашний пес): «Уж мы их душили-душили, душили-душили» - даже в зрительном зале начинаешь ощущать себя беззащитной кошкой.



Шарик-Шариков - продукт ошибки российского ученого Филиппа Филиппыча Преображенского, которого актер Роман Пуличев явно не идеализирует. Его профессор - личность не однозначная; ответственность за тех, кого приручил, – не его принцип. Он может справиться с проблемой в виде разговорившегося и разгулявшегося Шарикова… только хирургическим методом.



Грозный с виду Швондер – актер Александр Барков - та самая пена, которая всплывает на поверхность в эпоху перемен. Он думает, что бога за бороду поймал, а это его поймала на крючок новая власть, которой он нужен как исполнитель-устрашитель. С ним члены непотопляемого во все времена домкома - Вяземская, Пеструхин, Жаровкин. Они представлены на сцене как истинно карикатурная четверка: люди, вышедшие из низов, испорченные данной им крохотной властью. Пригрев на груди Шарикова, с помощью которого они надеются найти управу, свести счеты с классовым врагом Преображенским, они встают на защиту его прав. Нелепая компания и не подозревает, что профессор в итоге спасает от пса в личине человека не только себя и свое окружение, но и домком. Шариковы идут по трупам. Натравит его кто-то более ушлый в своих интересах на домком – «удушит» и домком.



Финал с решеткой, за которой беснуется Шарик (там ему и место) воспринимается и как фиаско профессора, и как предупреждение. Это отсыл к нашей исторической памяти. И неудивительно, что у зрителя возникают ассоциации с сегодняшним временем.