Русский лубок – сценки на жетонах

…Приехал как-то в ростовский-на-Дону клуб коллекционеров, располагавшийся тогда на танцплощадке парка 
им. Максима Горького, «залетный» посетитель – то ли коллега по увлечению, то ли реализатор коллекционного материала. Большое количество дорогих предметов и монет из «драгов» (драгоценных металлов) наши крутые завсегдатаи у него расхватали быстро. Остался лишь спичечный коробок с какими-то тонкими бронзовыми, невзрачными на вид жетонами. И вдруг среди них промелькнул экземпляр, нужный в мою коллекцию – 5 копеек 1922 г. Николо-Павдинского кооператива, который и приглянулся мне… Но хозяин этого коробка, увидев блеск моих глаз, сразу сориентировался: «Отдается все гамузом! На выбор будет в два раза дороже!». 




– Сколько? – спрашиваю.

«Залетный» назвал цену, которая соответствовала каталожной оценке названного мной предмета. А все остальное получается доставалось покупателю, то бишь мне, практически даром.

Это меня устраивало, и я забрал коробок со всем его содержимым.

Уже дома просмотрел «бонус-довесок». И коробок я однозначно определил в ту самую баночку «Сброс», что томилась за своей ненадобностью под диваном. Определил на долгие годы и даже долгие десятилетия. Так, что и забыл об их существовании вовсе. Пока…

…пока совсем недавно на глаза не попалась информация о том, что некто из Уфы продает свои «лубочные жетоны», при взгляде на которые память мгновенно высветила «файл» из давно «заархивированного» прошлого – коробок с примитивными жетонами! Сам термин «лубочные жетоны»  заставил в очередной раз окунуться в поиск.



Сначала о том, что есть русский лубок (а это, заметим, чисто русское явление) вообще. Это – народная картинка, вид графики, изображение с подписью, отличающееся простотой восприятия и доступностью образов.

Основным исследователем русского лубка считается известный российский искусствовед и краевед, сенатор Дмитрий Александрович Ровинский (1824 – 1895), издавший около 20 научных работ на эту тему.

Пика популярности лубок как явление российской массовой культуры достиг в XIX веке, когда листами с лубочными картинками были украшены не только жилища простых россиян, но и царские хоромы, что свидетельствует о неподдельной любви к нему всего народа, независимо от социальной принадлежности.

Исследователи подразделяют сей вид народного творчества на два основных подвида – портретный и событийный. Превалирует, конечно же, событийный. В частности, именно из лубочных картинок россияне узнавали о победных сражениях нашей армии в Русско-турецких войнах XVIII века. Батальные сценки вообще, надо сказать, были довольно частыми сюжетами лубочного творчества. 




Счеты в России использовали вместо счетных жетонов.

Появление лубка в нумизматике, а точнее – в экзонумии, произошло во многом благодаря… западноевропейским счетным жетонам. А еще точнее – благодаря вытеснению последних с российского рынка. 

Каким образом? И вообще – откуда они взялись? Каково их предназначение? Какая взаимосвязь этих счетных жетонов с нашими – лубочными?

Большинство историков утверждают, что первые металлические счетные жетоны, применявшиеся для подсчетов на специальных досках – абаках, появились в середине XIII века во Франции и довольно быстро распространились в соседних с ней странах, таких, как Англия, Германия, Чехия, Италия, Нидерланды, ряд других государств, где уже в конце XV века было налажено собственное производство счетных жетонов. Постепенно это новшество охватило всю Европу. За исключением, конечно же… России, где мы, как всегда, пошли иным путем. И не ошиблись. Но об этом чуть ниже…

Апогея своей популярности  счетные жетоны достигли к середине XVI века, когда их штамповали уже многие фирмы.
Значительная часть жетонов изготавливалась в городе Нюрнберг, вследствие чего за ними прочно закрепилось название – «Нюрнбергские счетные жетоны». Они стали объектом глубокого исследования нашим земляком, известным коллекционером жетонов императорской России Игорем Руденко, изучившим с этой целью фонды многих крупных музеев мира и собравшим уникальный материал, вошедший в шикарно изданный в Ростове-на-Дону солидный каталог «Нюрнбергские счетные жетоны».



Нюрнберг. Счетные жетоны. 

В конце XVI века, в связи с внедрением в европейскую жизнь арабских цифр, счетные жетоны теряют свое значение и статус. Но штамповка их продолжается уже в новом качестве – как игральных марок, сувениров. И нельзя не отметить ведущую роль России в этом долгожительстве счетных жетонов. В чем тут секрет?


Лубочные жетоны из спичечного коробка.

А он весьма прост – западноевропейские счетные жетоны в нашем государстве никогда не использовались как «счетные», т. к. в России для этого существовал свой «костяной» и «дощатый» счет (русские счеты – старшие поколения хорошо помнят этого предшественника арифмометров, калькуляторов да компьютеров – деревянную раму со спицами и с нанизанными на них костяшками – обязательный атрибут, позволявший осуществить расчет покупателя с продавцом, составить отчетный документ в учреждении…).



Украшение для женщин и  девиц. Фабрика Кучкина.

Но, вместе с тем, западноевропейские счетные жетоны, в огромных количествах завозимые купцами в нашу страну из-за рубежа, пользовались большим спросом у модниц Поволжья, Урала и Западной Сибири, украшавших ими свои одеяния и головные уборы. А спрос, как гласит народная мудрость, рождает предложение. И счетный  жетон приобрел новый, значительно более низкий статус – украшения, сувенира. Местное население охотно выменивало их за дорогостоящие меха, достающие­ся предприимчивым купцам за бесценок.


Российские власти не запрещали этот, по сути, незаконный ввоз в страну иностранных жетонов, т. к. это значительно сокращало утечку из денежного обращения государственной разменной монеты, при отсутствии жетонов использовавшейся для составления монист и прочих украшений. А утечка эта, надо сказать, была весьма ощутима для государства, т. к. монеты, предназначенные для этих украшений, либо подвергались напайкам всевозможных крепежных колец, либо в них пробивались отверстия. Само собой разумеется, что такие монеты (а это были монеты из драгметаллов) в денежное обращение страны не возвращались. Пробивание же отверстий в бронзовых жетонах абсолютно не наносило ущерба государству и почти не вредило бюджетам простых людей.

Самый большой приток счетных жетонов в Россию пришелся на XVII – XVIII века, то есть после их отмены у себя «на родине», однако уже вскоре этот поток стал ослабевать. Тогда прибыльную инициативу подхватили российские мастера, активно включившись в перспективное дело изготовления жетонов для женских украшений. Сюжетами их изображений стали картинки, сильно напоминающие лубочные. Отсюда и появившееся чуть позже название.

Уже в XIX веке лубочные жетоны полностью вытеснили западноевропейские. Ближе к концу века их массово производили штамповочные фабрики и мастерские Кучкина, Дмитриева, Збука, братьев Нордвиц и др. Для женских украшений стали штамповать не только малоформатные жетоны, но и предметы крупного формата – полтины и рубля. Некоторые даже с конкретными надписями типа «Украшения для женщин и девиц», но уже без лубочных картинок.

…А что же сами лубочные жетоны?

С приходом Советской власти ушло в предание производство этих безобидных атрибутов женских украшений. Рядом постановлений СНК были запрещены чеканка и штамповка всяких монетовидных знаков. Под общий молох угодили и лубочные.

Чеканно-штамповочные мастерские под угрозой уголовного преследования обязали не принимать и не выполнять заказы подобного плана. Однако, несмотря на это, их количество продолжало расти. И во многом «благодаря» (если только в данном случае так можно употребить это слово)… женским захоронениям Поволжья, Урала, Западной Сибири, в которых и по сей день находят немало лубочных и их предшественников – счетных жетонов. Ведь на одеяниях каждой модницы, проживавшей тогда в названных выше регионах, был не один десяток, а то и не одна сотня таких жетонов-украшений…