Премьера балета «Фея кукол» прошла в Ростове

Игорь Левин написал музыку к сюжету почти полуторастолетней давности, а главный балетмейстер театра Иван Кузнецов, кроме своей основной задачи – создать хореографию, выполнил еще одну: написал либретто. Ни время, ни место событий не уточнены: они происходят в прекрасном городе, придуманном художником Дарьей Самороковой (может быть, это средневековая «глубинка»), но один знак сегодняшнего дня – безусловный. Фея кукол дарит простодушной девочке Ди гаджет. И горожане, фланирующие среди ярмарочных ларьков, тоже уткнулись в телефоны. То есть по нашей отечественной привычке сначала кто-то изобретает (или завозит) новинку – всеобщая эйфория, фанфары! – следующим этапом становится такая же страстная борьба с диковинкой, затмившей «родных традиций чистое лицо» (это из стихотворения В.Гафта). «Затравка» не ахти какая изобретательная, но от этого исходного события разворачивается сюжетный клубок. Девочка Ди (Вита Мулюкина), увлекшись механической игрушкой, забывает преданного Мишку.

Оказывается, зная замысел либретто только в общих чертах, композитор написал живописную, разножанровую музыку: с бравурным маршем, с нежным адажио, с испанскими мотивами, с каскадной музыкой (тут уместно вспомнить, что Игорь Левин сочинял музыку не только для театральных спектаклей, но и для цирковых представлений, и этот опыт пригодился для «Феи»).

Хореография Ивана Кузнецова завершает музыкальные образы и коллизии, придав им театральную форму. В жанровой сценке на ярмарке с разношерстной публикой каждый персонаж индивидуален, пусть и в «летучем» варианте. И доблестные офицеры, которые всегда в центре событий, и конечно, куколки, не обойденные их вниманием. Что же касается Мишки с Зайкой (Денис Клепов и Айрат Сабиров) - им придано свое хореографическое поле. Цитаты из других балетов - знак общности с театральными завсегдатаями и дополнительный мотив в историю приключений плюшевых игрушек, которые, судя по их упорству в поиске хозяев, верят, что их не забыли навсегда.

Фея в этом балете, судя по занозистому характеру и экипировке, не признающей никаких законов моды (костюмы Натальи Земалиндиновой), – далекое от сияющих стандартов существо. Если скрестить напористость Черного лебедя с коварством Снежной королевы – получится именно то, что мы видим. В танце Вероники Кравченко — это вихрь, не знающий преград. Фея верховодит всеми, утверждая свое неоспоримое первенство в ликующей сегидилье. Вполне можно поверить, что эта своенравная, непредсказуемая повелительница кукол способна на такую немилосердную провокацию по отношению к милой Ди. Своей неукротимостью она сводит с ума Смотрителя, сильно напоминающего судью Криггса из знаменитого телеспектакля «Здравствуйте, я ваша тетя!». Боевое увечье и этому персонажу, действующему с солдафонской прямотой и неуклюжестью, не мешает вдруг проявить лирическую пылкость, кардинально поменяв пластический почерк своих объяснений. В исполнении Кирилла Новицкого это стопроцентно фарсовый персонаж, серьезный до смешного.

Музыкальная драматургия развивается так, что в конце концов все механическое уступает место подлинным чувствам: ведь куклы – вовсе не бездушные существа, они тоже живые и вносят в мир людей особую теплоту. Стоит только оторвать взгляд от гаджета… В какой-то момент покажется, что «Фея кукол» – одна из сказок Андерсена, который видел живую душу в каждом предмете и научил нас трепетно относиться ко всему, что окружает наш быт.

Людмила Фрейдлин

Фото из архива театра