Число преступлений, жертвами которых становятся дети, растет. В прошлом году, например, в производстве следователей находилось 97 таких уголовных дел, из них 6 — по убийствам детей, 24 — по изнасилованиям, 46 — насильственным действиям сексуального характера.

А в первом квартале нынешнего года статистика по тем же категориям преступлений распределилась таким образом: 4, 6 и 2.

— Страшно! Получается, дети — это группа риска, особо уязвимая и притягательная для потенциальных преступников…

— Да, это так, — подтверждает Юрий Васильевич Попов, руководитель Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Ростовской области. — Поражает проявляемая по отношению к детям жестокость. А также то, что они все чаще в собственных семьях становятся объектом насилия. Со стороны отчимов, родных отцов… Можно долго рассуждать, что тому причиной — разрастающаяся асоциальность, пьянство с наркоманией, моральная деградация, опускающая человека до уровня животного, но факт есть факт: дети часто становятся жертвами тех, кто, по всем человеческим канонам, должен их защищать. 

Недавний вопиющий случай: житель Новочеркасска на своей машине вывез родную десятилетнюю дочь в безлюдное место, изнасиловал, задушил, сбросил труп в яму в лесополосе и уехал прочь. У него, кстати, есть еще один ребенок — двухлетняя девочка.

— Коль у него имеется машина, то, стало быть, он — не из разряда неимущих бедняков, не асоциален — по крайней мере, с виду?

— Вот именно — абсолютно среднестатистическая личность, не из разряда опустившихся, обычный, казалось бы, человек: что называется — «как все»…

Другой феномен, с которым теперь нам тоже нередко приходится сталкиваться, — это когда матери,  призванные, по идее, быть на стороне своего пострадавшего от сексуального насилия ребенка, занимают прямо противоположную позицию, поддерживая и выгораживая обвиняемых.

Так повела себя многодетная жительница Азовского района, чей сожитель длительное время насиловал ее десятилетнюю дочку. Мало того, что она помогла ему скрыться от следствия, но к тому же стала еще и заставлять девочку, чтобы та изменила показания. А потом вообще выехала в неизвестном направлении: как позже выяснилось — в Миллеровский район. Сколько же нам пришлось приложить усилий для установления ее местонахождения! В конце концов законными представителями девочки стали органы опеки, она была помещена в приют.  Чем объяснить поведение матери? Не исключено — элементарной материальной заинтересованностью, желанием иметь «кормильца» в доме пусть даже такой ценой. 

Бывают  ситуации, когда люди, по долгу службы обязанные помогать попавшему в беду ребенку, проявляют необъяснимую бездеятельность, равнодушие.

Вот два примера из все того же Миллеровского района. Девочка-школьница регулярно подвергалась насилию со стороны отчима — это не было тайной ни для учительницы, ни для директора школы, ни для начальника районного управления образования. Но никто не обратился в правоохранительные органы, предоставив преступнику (он сейчас осужден на четырнадцать лет строгого режима) возможность еще долго продолжать издеваться над ребенком. Или другая ситуация: семиклассники одной из миллеровских школ сняли на камеру мобильного телефона сцену сексуального насилия над своим же товарищем, распространив ее затем по всем классам. А директор, узнав это, дал команду стереть скандальную запись — лишь бы замять дело, не выносить сор из избы. В отношении него возбуждено уголовное дело по ст. 285 ч.1 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями, с работы он уволен. А начальник Миллеровского районного управления образования (тот, что «не придал значения» деяниям отчима-насильника) стал фигурантом уголовного дела по ст. 293 ч.1 УК РФ — халатность…

— В марте этого года громко прогремело дело об исчезновении троих ребятишек, игравших на берегу реки в хуторе Клочковка. Из МЧС, чьи водолазы были привлечены к поискам, прозвучало: 99% — за то, что детей в воде нет. Но все-таки их нашли там…

— Усилия были приложены огромные, просто титанические! Кстати, в самых опасных местах, где лед мог сдвинуться, работали водолазы уже не МЧС, а Следственного комитета. Рыбаки очень помогали, жители с большим пониманием отнеслись — ведь мы «перешерстили» все окрестные деревни, заходили в жилища, проверяли все и вся, но ни от кого не услышали: «Ах, вы нас подозреваете, не имеете права!..» Удалось буквально по минутам восстановить передвижение мальчиков. Поэтому прозвучавшее заявление коллег насчет «99% — то, что детей в воде нет» лишний раз убеждает: категоричность в таких ситуациях неприемлема. Ведь сразу же появились инсинуации типа «детей украли», «их разберут на органы»…

Нами рассматривались три версии — убийство, несчастный случай, похищение. В пользу последнего свидетельствовала одна местная жительница, указавшая на некоего водителя-дальнобойщика Геннадия, который якобы мог увезти ребят. И хоть мы интуитивно чувствовали, что это ложный след, но сбрасывать со счетов ничего было нельзя. Поиски «похитителя Геннадия» вышли за пределы ростовской области, его искали по всей стране. Он был обнаружен аж в Иркутской области, доставлен к нам. После проверки выяснилось — не похищал он детишек, это оговор. Оказалось, та женщина просто решила таким вот образом его наказать (у них были краткосрочные близкие отношения). Что на это скажешь, где совесть и сознательность? Ну нельзя же сводить личные счеты такой ценой, играя чувствами родителей погибших детей, расходуя впустую время и силы следственных и оперативных работников!

В результате тела детей были все-таки обнаружены в воде и без следов насильственной смерти. Проделанная следствием титаническая работа дала результат, появилась ясность: это — несчастный случай, а не убийство и не похищение…

— А что можно сказать о нераскрытом преступлении — убийстве двух малолетних сестричек из Таганрога?

— В декабре прошлого года это дело было принято к своему производству Следственным комитетом при прокуратуре РФ. По нему проведена огромнейшая работа: 140 томов уголовного дела, за три прошедших года (убийство произошло в мае 2007-го. — Л.К.) дело ни разу не приостанавливалось. Я порой удивляюсь, как к убийце (назвать это существо человеком язык не поворачивается) благоволит судьба: ведь по найденным на месте преступления биологическим следам был составлен его генетический паспорт, на этой основе проведено множество экспертиз, проверено с десяток тысяч (не меньше!) людей, но он так и не попал в этот фильтр. Парень и девушка, видевшие его машину (они находились в лесополосе в момент совершения преступления, испугались, убежали. — Л.К.), не смогли толком ее описать, не определили марку и даже цвет не запомнили. Пробегавший возле лесополосы спортсмен тоже вроде бы видел автомобиль, но тоже ничего не добавил, не заметил. Однако несмотря на это нас все-таки не покидает уверенность, что убийца двух девочек в конце концов будет найден…

— Подводя черту, — сказал в заключение Ю.Попов, — хочу всех призвать: не будьте равнодушными, не проходите мимо чужой беды, сообщайте в правоохранительные органы, если стали свидетелем чужих противоправных действий… Может, именно вы тем самым сумеете предотвратить большое несчастье, спасете чью-то жизнь. В искоренении преступности должны быть заинтересованы абсолютно все, а не только те, кто занимается этим по долгу службы.