Акция устрашения?

Вместе с пациенткой он вышел из кабинета и направился в соседний, где есть кушетка и можно осмотреть больную в положении лежа. Свою дверь оставил незапертой. Так здесь всегда было принято.

«Это обыск!»

В промежуток, пока травматолог отсутствовал, к его дверям подошли двое молодых людей. Один зашел в незапертый кабинет, оставался там минуту-две (это подтвердили пациенты) и, выйдя в коридор, стал ждать Курочку. А когда доктор вернулся, эти двое шагнули навстречу и объявили, что они — сотрудники полиции, а в отношении него проводятся оперативные действия.

Сунувшихся в кабинет пациентов оперативники не пропустили. Санитарку, медсестру — тоже. Потрясенный происходящим молодой врач протянул руку к телефону, но полицейские его одернули: нельзя! Один из них представился — оперуполномоченный Р.Жеребило, другой отказался называться.

Через некоторое время в кабинете стало тесно: плюс к уже находящимся тут двоим полицейским пришли еще трое сотрудников ОВД Азова — старший оперуполномоченный С.Цовма, оперуполномоченный С.Маняш, следователь С.Слободчиков, с ними — двое понятых, а вскоре прибыл и эксперт.

«…С.Маняш заявил, что сейчас будет обыск и изъятие денежных средств, которые мне якобы передал больной Ольховский, — написал травматолог Александр Курочка в поданной в Азовский городской суд жалобе на действия сотрудников полиции. — После чего Маняш из ячейки для хранения документов вытащил купюру (одну тысячу рублей), о которой я не имею представления.

Во время обыска С.Цовма приблизился ко мне сзади и быстро негромко сказал: по тебе давно целенаправленно работаем, если отец не откажется от долга, возбудим уголовное дело о взятке». Так вот оно что!

Цовма против Курочки

Об этой истории с невозвращенным долгом в «НВ» рассказывалось дважды — в публикациях «Легко ли кидать своих?» и «Игра в прятки с решением суда» (в номерах за 22 февраля 2008 года и 30 апреля 2010-го). Напомним суть.

Отец молодого травматолога Курочки, тоже Александр Александрович Курочка (они полные тезки), начмед райбольницы села Самарское Азовского района еще семь лет назад занял своему, как он считал, хорошему товарищу-односельчанину Анатолию Владимировичу Цовма большую денежную сумму — 22650 евро, скопленные за время офицерской службы за границей. «Собирал на покупку квартиры дочери — и так влип!» — ругает теперь себя. Поскольку должник попросту его «кинул». Заранее, видимо, подготовившись. 

Анатолий Владимирович Цовма, личность в селе Самарском известная, занимается фермерством, но предпринимательская деятельность оформлена не на него, а на других лиц; берет у односельчан земельные участки в аренду, но не спешит расплачиваться с ними зерном как договорено — об этом корреспонденту «НВ» еще три года назад рассказала целая делегация обратившихся в редакцию жителей. А недавно опять поступила аналогичная жалоба: от малоимущей матери—одиночки, тоже предоставившей А.Цовме свою землю и не получившей от него платы. Ну, а вынесенное Азовским городским судом решение от 15 июня 2006 года о взыскании с А.Цовмы в пользу А.Курочки 825 тысяч рублей (это эквивалентно сумме в евро) было им попросту проигнорировано. Хотя за прошедшие годы из-за индексации долг еще больше увеличился — в исполнительном листе теперь значатся «плюс 198 тысяч рублей».

Но А. Цовме все это — что с гуся вода. Ведь если верить документам, взять с него нечего. На счетах — никаких денежных средств. Наложить арест на имущество тоже невозможно: формально за ним ничего не числится. Гол как сокол. Хотя ездит на хорошем авто, живет в добротном доме, владеет техникой, однако оформлено все (опять же) не на него, а на других лиц.

Все семь лет А. Курочка-старший упорно пытается вернуть опрометчиво данные в долг деньги и ведет неустанную переписку с прокуратурой, органами МВД, службой судебных приставов. Но толку никакого — А. Цовма остается неуязвим.

Впрочем, чего удивляться? В ОБЭП Азовского ОВД служит сын Цовмы-старшего — старший лейтенант полиции Сергей Анатольевич Цовма. В его родное ведомство и поступают жалобы А.Курочки. Как говорится, без комментариев. 

В письмах в областные правоохранительные инстанции А.Курочка-старший постоянно на это указывает, подчеркивая: должник не вел бы себя так самоуверенно, если бы не наличие сына-полицейского. С ним соглашаются:

«…установлено, что в ОБЭП по Азову и Азовскому району в должности оперуполномоченного состоит сын Цовмы А.В — Цовма С.А., что может повлиять на объективность производства доследственной проверки… Указанный материал направлен в УБЭП ГУВД по Ростовской области. Начальник 2-го отдела управления по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел, юстиции и УФСКН, юрист I класса С.Л.Анапольский».

«…проверка по данному материалу приняла характер волокиты. Прокуратурой данный факт будет отражен в обобщенном представлении на имя начальника ОВД по Азову и Азовскому району, в котором будет поставлен вопрос о применении к виновным сотрудникам ОВД мер дисциплинарного характера… Заместитель межрайонного прокурора А.К.Белокопытов».

«…сотрудниками ОБЭП ОВД по г.Азову и Азовскому району допущены нарушения требований УПК РФ. К данным сотрудникам будут применены меры дисциплинарного воздействия. Начальник ГУ МВД РФ по Ростовской области И.А.Бойченко».

Однако оперуполномоченный С.Цовма благополучно прошел переаттестацию. А вскоре состоялась операция по «задержанию» травматолога А.Курочки. Отца ведь можно «достать-проучить» и через сына? 

Сведение счетов?

Курочка-младший подал в суд.

— Вы знали, что между семьями Курочки и Цовма сложились неприязненные отношения? — во время заседания спрашивал судья Азовского горсуда А.Апанасенко следователя В.Слободчикова и оперуполномоченного В.Германовича.

Оба сказали: «Нет». Однако на вопрос судьи, от кого стало известно о предстоящей в горбольнице №1 операции, последовал ответ: от оперуполномоченного С.Цовмы.

Сам он в судебном заседании подтвердил свою осведомленность о конфликте отца с Курочкой-старшим, но сказанную Курочке-младшему фразу насчет возбуждения уголовного дела отрицал…

Обнаруженная оперативниками меченая купюра светилась, отмечалось в суде, светло-голубым цветом, а пальцы травматолога — желтым.

— Почему? — допытывался судья. — Ведь свечение должно быть одинаковым?

Ответ был: «Не могу объяснить…». Кстати, от допрашиваемых сотрудников ОВД столь часто звучало — «не знаю, не могу сказать, это мое предположение…», что судья даже пообещал вынести частное определение и довести все до сведения их начальства.

В принятом в итоге постановлении сказано: «…судья считает жалобу подлежащей удовлетворению в части признания незаконными действий должностных лиц ОВД по г.Азову и Азовскому району при проведении проверки по материалу, воспрепятствования А.Курочка вызова адвоката и безосновательного доставления его в ОВД без документального оформления…».

Можно было бы перевести дух и порадоваться, но мешает остро ощущаемое «послевкусие» — сознания полной незащищенности любого из нас. Будь то подполковник медслужбы Курочка-старший (имеющий, кстати, государственные награды, российские и международные) или вчерашний студент Курочка-младший. Да кто угодно. Силовики все равно сильнее. С их корпоративностью и полной уверенностью в собственной непогрешимости.

Врачи же особенно уязвимы: их подставить — раз плюнуть. В «НВ» уже писалось об этом в корреспонденциях «Идет охота на врачей», «Мы вас всех пересажаем!..», «Кому выгодны подставы?».

В жернова попадают иногда и весьма именитые люди (имеющие столь же могучих врагов). В прошлом году жертвой провокации стала известный врач, профессор медуниверситета И.Буштырева Явившаяся к ней на прием пациентка под слезный рассказ о необходимости провести ей пикантную гинекологическую операцию выложила на стол пачку денег — и тут же выскочила вон, а в кабинет И.Буштыревой по-хозяйски вошли оперативники. Дальше — точь-в-точь как с травматологом Курочка: вызов эксперта, просвечивание лампой купюр-рук, протокол.

…Загадочны, скажем так, действия и роль больного А.Ольховского (первоначально он обратился в поликлинику по поводу ушиба коленного сустава), чья меченая купюра оказалась в ячейке с документами на столе у травматолога. По версии полицейских, деньги доктору он якобы передал за выдачу больничного листа. Но в поликлиниках сейчас введен такой порядок, что врачи не выписывают бюллетени. Это делается в специально выделенных кабинетах, меддокументацию обязательно просматривает завотделением, тот проверяет диагноз и обоснованность выдачи бюллетеня, старшая медсестра делает пометки в специальном журнале, больной тоже здесь расписывается: формальностей — масса. Поэтому представление, будто сидящий на приеме врач «командует» выдачей больничных листов, — из разряда устаревших. И кстати, у пациента А.Ольховского бюллетень был закрыт как раз накануне того дня, когда к травматологу явились с обыском. Почему пациент сразу его не забрал, а без всякой надобности явился к доктору в тот день, когда, по идее, уже должен был приступить к работе? И вообще-то, подсовывая врачу купюру, он ведь тоже совершает неправедное (с точки зрения закона) действие?

Для И.Буштыревой предпринятая против нее в прошлом году «акция устрашения» закончилась благополучно: в возбуждении против нее уголовного дела было отказано. Однако нервы ей потрепали изрядно.

Но она — доктор наук, авторитет, знаменитость. А травматолог Александр Курочка — недавний студент, работает всего год, он только в начале трудового пути — и его так «обломали». Он сейчас задается вопросом: «Как мне теперь смотреть на больных? Неужели в каждом надо подозревать провокатора?!»

Переадресуем эти вопросы областному полицейскому руководству. И выскажем пожелание: не надо правоохранителям портить свой имидж. Все-таки статус стража порядка ко многому обязывает. Нельзя им играть по собственному хотенью. Иначе в конце концов бог знает куда придем…