Космический мониторинг землетрясений приказал долго жить после распада СССР.

СОБЫТИЯ, связанные с катастрофическим землетрясением в Японии, и, конечно, ошеломляющее разрушение атомной электростанции «Фокусима» заставили призадуматься о несовершенстве прогнозирования человеком подобных трагических природных явлений.

Родственники моего товарища, жившие в 1948 году в столице Туркмении Ашхабаде, были разбужены на рассвете 6 октября громким воем овчарки, находившейся вместе с ними в доме. Вдруг пес выхватил из колыбели младенца и выпрыгнул вместе с ним в зубах в открытое окно. Родители мгновенно выскочили во двор, чтобы уничтожить, как им показалось, взбесившуюся собаку. Через секунду дом рухнул, а вместе с ним весь город превратился в руины. Вот так семья моего знакомого, позже переехавшая в Ростов, была спасена псом в то время, когда более ста тысяч ашхабадцев были погребены под завалами зданий.

Овчарка смогла почувствовать приближение катастрофы. Ей хватило несколько минут, чтобы самой спастись и спасти хозяев. Впоследствии рассказывали, что накануне ашхабадского землетрясения из города исчезли все змеи. А как же люди? Неужели они бессильны перед надвигающимся «армагеддоном»?

ЕСТЬ ВО МНОГИХ странах учреждения, цель которых — прогнозирование опасностей. Звоню в Киевский институт геофизики имени Серафима Субботина. Почему в Киевский? Потому что киевляне только что разрекламировали, что у них большие предсказательские возможности.

— За сколько времени вы сможете предсказать землетрясение?

Ответила ведущий научный сотрудник отдела сейсмической опасности Татьяна Цветкова:

— Наша система наблюдений за сейсмикой Земли — одна из лучших в СНГ, может спрогнозировать наступление землетрясения максимум за три минуты до его свершения. В Токио прогноз был выдан за минуту.

Боже мой, неужели нынешние сейсмологи находятся сегодня на уровне всего лишь собачьего интеллекта?

Помнится, что четверть века назад, а я всю трудовую жизнь проработал в днепропетровском ракетно-космическом конструкторском бюро «Южное» под руководством дважды Героя  Социалистического Труда академика М. К. Янгеля, довелось соприкоснуться с разработкой международных космических аппаратов в рамках международной программы «Интеркосмос». Ее инициатором и организатором были Московский институт физики Земли АН СССР и наше КБ «Южное». Представители советских научных учреждений из Москвы, Ленинграда, Новосибирска, Томска и исследовательские круги Чехословакии, ГДР, Болгарии, Польши, Франции, Индии создавали приборы для проведения различных исследований в космосе. Выводились они на околоземные орбиты нашими ракетами-носителями. Мы же обеспечивали передачу научной информации с борта космического аппарата на Землю.

В процессе выполнения в 1981-1986 гг. экспериментов по советско-французскому проекту «Аркад» на околоземной орбите работал разработанный в КБ «Южное» совместно с российскими партнерами космический аппарат «Ореол-3» с французской научной установкой. После расшифровки всей полученной в течение трех лет от установки информации было выявлено, что в ионосфере и магнитосфере Земли происходят процессы, связанные не только с внешними воздействиями Солнца (как ожидали исследователи), но и с внутренними, неожиданными для нас, земными факторами сейсмической активности Земли. Выявление и регистрация этих земных процессов были осуществлены как во время землетрясений, так и, что особенно интересно и важно, за 4-12 часов до подвижки земной коры.

Я связался с бывшим начальником и главным конструктором космического подразделения нашего КБ «Южное», членом-кор­респондентом Национальной академии наук Украины В. И. Драновским.

— Когда наши французские коллеги выявили соответствие происходящего в космосе с земными катастрофическими процессами, то тут же сообщили нам. Наш коллектив создателей космических аппаратов, уже проанализировавший к тому времени аналогичные орбитальные материалы и сверивший их с земными, был рад, что мы с французами пришли к одинаковым выводам, — рассказал он. — Дальнейшие наши исследования совместно с московскими научно-исследовательскими организациями Академии наук СССР были проведены с использованием орбитальных космических аппаратов «Интеркосмос–18, 19, 21, 22» (также советской разработки). Они подтвердили возможность обнаружения и регистрации возмущений ионосферы и магнитосферы Земли, вызванных сейсмическими процессами в коре земного шара, и, что особенно важно, за продолжительное время (до 12 часов и, возможно, более) до свершения катастрофы в земной коре.

Ученые авторитетнейших советских академических организаций — Института физики Земли, Института земного магнетизма, ионосферы и распределения радиоволн, Института космических исследований Академии наук СССР провели научную экспертизу нашего совместного открытия и пришли к выводу, что наличие предвестников землетрясений в ионосфере и магнитосфере является серьезным основанием для разработки системы спутникового мониторинга сейсмической активности Земли и построения на его результатах заблаговременных прогнозов будущих катастрофических явлений на нашей планете.

В НАЧАЛЕ 1991 года В. И. Драновский доложил на 28-й сессии научно-технического подкомитета Комитета по использованию космического пространства в мирных целях ООН (от имени СССР и Украинской ССР) о сделанном открытии. Представитель Турции, испытывавшей в то время катастрофические подземные толчки, аплодировал Драновскому. Вслед за ним весь зал овацией приветствовал ученых, совершивших прорыв в знаниях о сейсмологии нашей планеты.

Сессия одобрила и поддержала предложения представителя СССР и УССР. Одобрение было закреплено в официальных документах ООН.

Все это происходило в начале 1991 года. А затем 17 марта в СССР состоялся референдум с одним вопросом: «Считаете ли вы необходимым сохранение СССР?», на который подавляющее большинство населения ответила: «Да!». В декабре в Беловежской пуще СССР был развален. За государственным развалом последовал экономический крах. Распался СЭВ — Совет Экономической Взаимопомощи стран советского блока. Умерла космическая программа «Интеркосмос». Космические аппараты серии «Интеркосмос» были преданы забвению.

Днепропетровцы попытались было реанимировать космический мониторинг сейсмической активности Земли, но денег на это общечеловеческое полезное дело в независимой Украине не нашлось. В Киеве науке выделяются крохи денежных средств. Бюрократы космический мониторинг положили «под сукно». Россия тоже оказалась на грани фола. Но в Москве заявили, кроме того, что идея прекрасная, от нее отказываться грешно, будем ее  реализовывать собственными российскими силами.

НЫНЕШНЯЯ японская катастрофа заставила призадуматься общественность и правительства ряда стран. Появилось известие, о котором нельзя было не сообщить члену-корреспонденту НАН Украины В. И. Драновскому:

— Владимир Иосифович, в Интернете появилось сообщение, что Евросоюз вроде бы прозрел! Вроде бы намерен выделить на ваш космический проект 300 миллионов долларов!

— В  КБ  «Южное» всегда готовы реализовать космический мониторинг, избавивший бы человечество от непредсказуемости земных недр. Я не сомневаюсь, в России тоже готовы внести свою лепту в его осуществление. Будем рады возо­бновить исследования. До меня дошли сведения, что в России уже возобновились работы по этой теме.

В  КБ «Южное» я связался с одним из создателей «Интеркосмосов» С.С. Кавелиным:

— Своеобразное это дело — разработка космических предсказаний земных сотрясений. Спутник будет год летать вокруг Земли, а катастроф целый год не случится. Найдутся умники-бюрократы, заявят: зря спутник деньги прожирает. Так что, для бюрократа искусственно катастрофу подавай? Но зато когда тряхнет и народ будет оповещен заранее за сутки, снова проблемы — организационные! Как вывезти миллионное население без паники за 24 часа? Одни сутки — это мало. Нужен прогноз хотя бы за месяц. Так что впереди работы непочатый край. И для нас, и для россиян, и для всей Европы.

И еще одно из сообщений из Интернета: в России готовы создать собственный спутник для предсказания землетрясений и вывести на околоземную орбиту. На Украине только мечтают об этом. В Евросоюзе вроде бы готовы выделить огромные финансы, если проект будет реализовываться под эгидой Евросоюза.

Так что, проектирование сдвинулось с мертвой точки?

Станислав АВЕРКОВ, ветеран ракетостроения