Возвращение на подиум

Мое знакомство с этими кошками произошло шестнадцать лет назад. Тогда мы с фотокором, откомандированные собирать о них материал, были поражены зрелищем целой стайки словно игрушечных существ, напоминающих окрасом тайских кошек, которых в то время в народе чаще называли сиамскими. Мало того, что представшие перед нами кошки оказались значительно меньше обычных размером, так и хвост еще у них какой?! Коротенький-коротенький. У некоторых (видимо, тех, что были младше) и вовсе не кошачий хвостик, а заячий помпон.

Кошки-крошки оказались шустрыми, игривыми. Одна пыталась выхватить у меня авторучку, других заинтриговало содержимое кофра фотокора.

— Шнырики! —  говорила, глядя на своих питомцев, хозяйка Людмила Константиновна Красниченко.

И вот теперь мы с фотокором снова едем на встречу со скиф-тай-донами. Другой дом, где нас встречает уже другая хозяйка – дочь Людмилы Константиновны Елена. А кошки… Кошки, кажется, те же самые. Миниатюрные шнырики с маленькими задорными хвостиками. Такой же веселой ватагой носятся по дому, не смущаясь присутствия посторонних. Так же открыты общению с гостями. И к сумкам у них прежний интерес.

Мы с фотокором — небольшие знатоки кошачьих пород. Но и знатоки, должно быть, испытали особые чувства, когда после продолжительного перерыва вновь увидели кошек Елены Красниченко на подиуме. Сразу восемь своих питомцев она показывала недавно на международной выставке кошек в Краснодаре.

Тут вот в чем соль: в течение нескольких лет, по семейным обстоятельствам, Елена Красниченко в таких выставках не участвовала. Это породило слухи о том, будто распрощалась она со своими скиф-тай-донами, а сама вышла замуж и уехала за границу.

Больше того. Скиф-тай-доны — кошки очень редкие и непростые в разведении. За время отсутствия Красниченко в фелинологическом сообществе, появились энтузиасты, которые решили улучшить эту породу, сделать еще оригинальнее. Так, на выставках и в Сети под этим названием стали демонстрировать кошек, которые отличались от настоящих скиф-тай-донов то окрасом, то формой носа, ушей и даже глаз. В «классике» глаза большие, круглые: недаром возникло сравнение кошек-крошек с лемурами, а тут — какие-то раскосые. Были экземпляры, «оригинальные» по всем параметрам.

Люди неискушенные, глядя на этих кошурок, думали, что, значит, такие они и есть, эти скиф-тай-доны. Более продвинутые могли пуститься в рассуждения о нестабильности результата при работе с экспериментальными породами.

Участие питомцев Елены Красниченко в выставке лишило подобные рассуждения почвы. Ведь все восемь ее питомцев были словно из одного ларца, одинаковы с лица. Семь из них аттестовали по высшей категории best, а авторитетный эксперт сказала, что ни один еще город не представлял на выставку столько элитных скиф-тай-донов, Ростов теперь вне конкуренции. Две фелинологические организации выразили готовность рассмотреть вопрос о регистрации скиф-тай-донов как полноправной кошачьей породы.

Когда кошка падает с неба

Если разведение скиф-тай-донов называть экспериментом, то можно сказать, что он начался более четверти века назад. Тому предшествовали два случая, которые теперь, в ретроспекции, представляются уже не просто случаями, а звеньями некоей довольно загадочной цепи.

Сначала Елена, тогда еще школьница, подобрала на улице тайского кота со странным «ломаным» хвостом. А время спустя тайская кошка с еще более необычным хвостом-бубликом свалилась с неба на ее маму Людмилу Константиновну, которая с сумками в руках возвращалась зимним вечером с работы. То есть упала кошка, конечно, не с неба, а с дерева, но все равно случай невероятный, если учесть к тому же, на кого упала.

Красниченко кота назвали Мишей, кошку — Симой. У Миши и Симы пошли котята – хорошенькие, похожие на родителей, мурлыки. И вдруг в одном помете оказался ну очень необычный котенок: совсем крошечный, с хвостиком-помпоном.

Из каких уж соображений, но после рождения этого малыша Сима почему-то изменила привычную схему родительской опеки. Прежде не подпускала папашу к домику с котятами до тех пор, пока малыши не начинали выходить оттуда самостоятельно. А тут позволила Михаилу разделить с ней заботу о новорожденных. И Мишка, которого трудно было назвать пай-котиком, проявил себя отличным отцом.

Необычного питомца Красниченко назвали Куцым. Куцый повзрослел, его глаза стали большими и выразительными, форма туловища приблизилась к квадрату. Было ясно, что это не недоросток, а какой-то особый котенок. Он и нравом отличался от родни.

Легко догадаться, что Куцый и стал родоначальником породы, которую в 1993 году зарегистрировали как аборигенную экспериментальную: скиф-тай-дон.

Давайте жить дружно!

Так какой же у Куцего был характер? С собачьими чертами…

Надо сказать, что в характере его родителя тоже были черты, более присущие собакам, но совсем другие. Михаил, к примеру, терпеть не мог пьяных. Он грозно фыркал на пьяных соседей, а одного из них, набравшегося в зюзю, даже покусал.

Куцый не унаследовал отцовскую боевитость и наступательность, хотя тоже был не робкого десятка. По-собачьи Куцый был привязан к хозяйке. Более обычных кошек привязаны к человеку и его потомки. Их, кстати, можно, как собак, выводить на поводке на прогулку, обучить двум-трем собачьим командам.

Тогда, много лет назад, Людмила Константиновна рассказала нам о дружбе ее кошек с жившей в доме собакой и абсолютном отсутствии агрессии по отношению к обитателям возникавшего время от времени здесь «живого уголка»: к австралийской жабе, декоративной крысе, ежу… Теперь мы воочию убедились в дружелюбии скиф-тай-донов по отношению к другим четвероногим и пернатым. Кошки-крошки по-товарищески общались с морской свинкой и молоденькой йоркширской терьершей, спокойно реагировали на попугайчиков.

Тот, первый материал в «Нашем времени» о скиф-тай-донах назывался «Котята, которые говорят: «Ав». Потому что Куцый и его потомки в юном возрасте (приблизительно до года), общаясь между собой, издают этот странный для кошек звук («Аф-ф», если уж совсем точно). По свидетельству Елены Красниченко, афкают в этом возрасте все скиф-тай-доны. Вероятно, это все-таки гены.

Кстати, о генах. Куцый оказался не только родоначальником, но и патриархом: он прожил 23 года. Долголетие у кошек-крошек — случай вовсе не исключительный. Среди питомцев Елены Красниченко есть восьмилетняя кошка Ева, прямой потомок Куцего. Эта Ева родилась, когда ее матери было 12, а отцу — 18 лет. И это уже близко к рекорду.

Главное, что с Дона

Вообще-то скиф-тай-донами я называю этих кошек по старинке. Так они были официально зарегистрированы в 1993 году. В этом названии —  память о ростовском фелинологическом клубе «Скиф», который принял участие в судьбе этой породы, указание на тайских предков кошек-крошек и на то, что появилась эта новая кошачья порода на донской земле.

Сегодня слог «тай» все чаще заменяют на «той»: скиф-той-доны. Многим фелинологам этот «той», означающий в переводе с английского «игрушка», представляется актуальнее. Много противников у приставки «скиф»: скифы, мол, воины, богатыри, а тут иные внешность и характер. В американском питомнике, где десять лет назад поселилась пара скиф-тай-донов, их переименовали в тойбобов.

Словом, вопрос об официальном названии этой породы, под которым она войдет в каталоги и реестры, пока открыт.

— Я согласна изменить название. Единственное, на чем настаиваю: в нем должно звучать «дон»,— говорит Елена Красниченко.

И в самом деле: разве это — не наш донской бренд? Редкий регион может сказать, что ему довелось стать родиной новой кошачьей породы.