Таджикистан. Далёкий.Близкий. Экзотический

Впрочем, никакие времена не могут помешать узнавать тому, кто хочет узнать. Что такое Таджикистан сегодня? Что ждёт его завтра? Чем живёт-дышит его народ? Связан ли он по-прежнему дружескими узами с Россией? Все эти вопросы хоть в какой-то степени каждый из нас — участников медиатура, посвященного 90-летию города Душанбе — и надеялся «прояснить» для себя, а, стало быть, и для своих читателей.

Поездку эту под девизом «Таджикистан — Россия: день вчерашний, день завтрашний» организовал Альянс руководителей региональных СМИ России при содействии мэрии Душанбе. Но, фигурально выражаясь, «заварила кашу» главный редактор подмосковной газеты «Луховицкие вести» Гульчехра Одинаева — таджичка, родившаяся и выросшая в Душанбе.

Четыре часа полёта. Россия, Казахстан, Туркмения, Узбекистан… Леса, поля, степи, пустыня с серебристой лентой Амударьи, и вот, наконец, выползли из-за горизонта суровые громады хребтов, местами тронутые снегом.

В Москве начиналась зима, а здесь — двадцать шесть тепла. И не менее тёплая встреча. И паспортно-таможенный контроль без очереди (это же гости!), а потом – гостиница «Пойтахт», что значит «Столица». И завертелись калейдоскопом насыщенные встречами, поездками и впечатлениями дни недолгого визита. Казалось бы, что можно узнать за четыре с небольшим дня? Но взятые под ненавязчивую и доброжелательную опеку главным редактором душанбинской «Вечёрки» Гульнарой Амиршоевой и директором медиа-холдинга «Таджикинфо» Гуфроном Вахобовым, мы с утра до вечера старательно впитывали информацию, эмоции, ощущения. Всё интересно — и обитатели городского рынка со своим экзотическим товаром (ах, какие фрукты-овощи, какие специи для плова!), и автомобильное движение (довольно расхристанное и с постоянными гудками сигналов), и детишки в обязательных школьных формах, и спасающие от солнца тенистые чинары, и терпкая смесь старой, советской и современной архитектуры…

Главным по «ранжиру» (но не по эмоциям) событием стало участие нашей группы в праздничном карнавале, посвященном 90-летию Душанбе. Ярко, пёстро, шумно, в глазах буквально рябило от по-восточному изысканных национальных костюмов и украшений. Правда, временами отчего-то вспоминался карнавал из старого советского фильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён».

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон сидел, что называется, в двух шагах, и я время от времени смотрел на него, ловил его реакцию на выступления артистов, на то, как он общается с окружением. Мы уже видели его портреты в различных кабинетах самого разного ранга, на предприятиях, на улицах — где только можно. И услышать успели многое. Всякое. Позже громадные баннеры, изображающие президента за разными занятиями (от перерезания красной ленточки до беседы с народом) мы увидим и на Нурекской ГЭС, и в Варзобском ущелье, и в небольших городках, пролетавших за окнами нашего микроавтобуса…

С одной стороны, как-то попахивает «культом личности», но с другой — горячейший уголок Средней Азии, прошедший через кровавую гражданскую войну, президент не сдал и не сдаёт ортодоксальным исламистам. Таджикистан при всей его исламской сути — светское государство.

Конечно, ничего я не решил, поскольку ничего решить при таком небольшом объёме информации и невозможно. Пройдёт время, и история покажет, чем был для Таджикистана и таджиков их президент — Эмомали Рахмон.

А я сохраню в своём журналистском архиве приглашение президента мне, мухтараму (уважаемому, почитаемому), на торжественный достархан, посвященный 90-летию Душанбе.

***

А что же Душанбе? Название переводится как «понедельник»; предание гласит, что когда-то на месте города был небольшой посёлок, в котором по понедельникам торговал большой восточный базар. Отсюда и название.

Сегодня это типичный южный советский город с восточным колоритом, в котором тут и там «прорастают» кристаллы современной, вполне европейской архитектуры. И это делает столицу очень своеобразным городом.

Четыре с небольшим дня было отпущено нам на информационное «разграбление» города и его окрестностей. А кажется, что пробыли мы там целый месяц. Пролетевший, впрочем, в одно мгновенье. Из особенно запомнившегося — двенадцатиметровая глиняная статуя спящего Будды в Музее древностей Таджикистана. Среди экспонатов немало по-настоящему интересных артефактов, но Будда – поражает.

Хороша панорама горящего ночными огнями города с 19-го этажа современного здания «Душанбе-Плаза», где устроила для нас торжественный ужин мэрия.

В памяти (и в путевом дневнике, и на фото) останется поездка в горы, в Варзобское ущелье. А во время посещения старинной Гиссарской крепости мы нежданно-негаданно попали в гущу восточной свадьбы, «гуляющей» под оглушительные хрипловатые звуки медных предлинющих карнаев и бой барабана.

Впечатлили современный таможенный терминал и образцово-показательная, укомплектованная превосходной немецкой техникой типография «Фароз», и посещение частного строительного (а в общем-то многопрофильного) предприятия, на виноградниках которого мы с удовольствием побывали (рука до сих пор чувствует тяжесть виноградной грозди в несколько килограммов, которую я сорвал, но так и не осилил съесть до отлёта). И, конечно, экскурсия на Нурекскую ГЭС — некогда «стройку века» в СССР.

Нурек поражает. Много лет назад на школьной политинформации, слушая доклад одноклассника о «стройке века» на горной реке Вахш, мог ли я вообразить себе, что лет сорок спустя сам окажусь здесь, у основания огромной трёхсотметровой плотины, что буду любоваться бирюзовой водой Вахша, смотреть на мощные турбины во впечатляющем размерами машинном зале, что поднимусь по крутому серпантину к Нурекскому водохранилищу с по-морскому синей водой, и даже искупаюсь в его прохладных водах?

Но именно так всё и произошло.

У входа в машинный зал висит бронзовый барельеф — карта СССР с ниточками, протянувшимися от разных городов Советского Союза к Нуреку. Объяснений тут не нужно, понятно, что это циклопическое сооружение строил весь СССР. Более двух сотен различных НИИ и заводов из разных концов России и союзных республик принимали участие в стройке века. Вот что значит — сообща.

Большое количество информации и эмоций впечатляет, но и сбивает, отчасти даже мешает выстроить чёткую картину увиденного— услышанного. В значительной степени упорядочить всё то, что нам удалось узнать за время путешествия, позволила встреча с чрезвычайным и полномочным послом России в Таджикистане И.С. Лякиным-Фроловым.

Игорь Семенович четко и ясно обрисовал ситуацию как в самом Таджикистане, так и в регионе (политически довольно сложном), а также достаточно подробно рассказал о взаимоотношениях между нашими странами. Отношения эти, как считает посол, сегодня на подъеме. Подтверждается это и тем, что в короткий срок состоялось четыре встречи наших президентов, и оживлением межпарламентских и экономических связей — тем, например, что товарооборот за последние девять месяцев вырос на 60 процентов. Не было бы счастья, да санкции помогли.

Заинтересованность Таджикистана в сотрудничестве с «большим северным партнёром» понятна. А чем Таджикистан интересен России?

-— Для России Таджикистан является важным фактором сдерживания исходящих из Афганистана террористической и наркотической угроз, — отметил посол. — Кроме того, Таджикистан — крупный поставщик необходимых для экономики России трудовых ресурсов. В России постоянно находится около полутора миллионов таджикских граждан.

Между прочим, посол напомнил журналистам, что Таджикистан является единственной страной, с которой Россия имеет действующий договор о двойном гражданстве, позволяющий гражданам Таджикистана оформить российское гражданство с сохранением таджикского.

— Вспомните, российский президент Владимир Путин сказал на одной из встреч с Эмомали Рахмоном, что «мы относимся к Таджикистану как к очень близкому партнёру и союзнику. Это не просто стратегические отношения — это союзнические отношения…»

Ну, это так сказать, взаимоотношения «на высшем уровне». А как «низы»? Как народ? Мы, конечно, за эти дни прочувствовали дружественный настрой простых таджиков, но всё же интересно было узнать мнение посла.

Посол привёл неожиданно простой довод:

— Таджики болеют за русских спортсменов. Если транслируют соревнования иностранных команд, одна из которых российская, таджики болеют обязательно за русских.

Не стану приводить цифры и факты, прозвучавшие в ходе беседы, всё это можно без труда найти, запросив у дядюшки Яндекса. Но упомяну важный для меня момент. Неужели всё так благостно и безоблачно, неужто всё без малейших трений? И что подкупило: мы уже знали, что не так давно произошёл весьма неприятный инцидент между местными жителями и служащими российской военной базы, который вызвал довольно широкий резонанс в Таджикистане (вспомним, кстати, как реагируют москвичи на подобные инциденты). На прямой вопрос посол и ответил прямо: да, случилось, да, неприятно, да, нужно делать выводы и серьёзно работать над тем, чтобы подобное не повторялось.

Впрочем, это лишь эпизод, подчеркивающий искренность посла и его трезвый взгляд на ситуацию. В целом же тематика нашей встречи была обширна: ядерное и военное сотрудничество, проблема русского языка (таджики желают изучать русский, но не хватает учителей), совместная научная деятельность, инвестиции (более 26% всех инвестиций в Таджикистан — российские)… «Газпром» сегодня помогает здесь искать нефть и газ, активно работают российские операторы мобильной связи, а вообще сегодня в Таджикистане реализуется три десятка российских проектов разного уровня.

Разговор не мог не коснуться проблемы «гастарбайтеров». И обсудив её, мы вместе с послом пришли к единодушному мнению, что пришло время, когда стереотипы, навязанные нам в отношении мигрантов некоторыми, в основном федеральными СМИ, пора изживать. И здесь АРС-ПРЕСС, объединяющий СМИ разных уровней — от маленьких районных газет до больших областных медиахолдингов из всех регионов России, — может сказать своё веское слово.

Разговаривая с послом, мы, конечно, отдавали себе отчёт в том, что невозможно за полтора часа беседы вникнуть во все хитросплетения взаимоотношений наших стран. Понятно, что политика — дело многоуровневое и многоплановое. В который раз мы убедились, что для поддержания искренне тёплых отношений между народами очень важна и так называемая «народная дипломатия». И, разговаривая с послом об отношениях между Таджикистаном и Россией, мы чувствовали, понимали, что и от нас, журналистов, многое зависит. В том числе и от того, что и как мы напишем в своих статьях, репортажах, путевых очерках — о том, что увидели, узнали, почувствовали за эти четыре с небольшим дня в бывшей южной республике СССР, а ныне — государстве-союзнике.

Конечно, всё выше написанное — лишь беглые путевые заметки «по горячим следам». Взгляд «в первом приближении». Многое ещё предстоит обдумать и осмыслить, дополнить цифрами и фактами, решить, как и что написать, какими словами передать яркие, порой двойственные ощущения от увиденного. Отдельной публикации, например, требует беседа с послом. Возвращаясь в Россию, я думал в дремлющем ночном салоне самолёта, отчего так невнимательны мы к южным республикам бывшего СССР. Интереснейший Казахстан почти не посещается российскими туристами, древнейшая цивилизация Туркмении нас не интересует, а что мы знаем про красоты и нынешнюю жизнь Киргизии? И как хорошо, что благодаря искреннему желанию «подмосковной таджички» Гульчехры показать свою родину нам, российским журналистам из Нижегородчины, Придонья, Подмосковья, Татарстана, так нежданно удалось заново открыть для себя экзотический, далёкий и близкий Таджикистан. Все мы разные, и разные впечатления вынесем из этого путешествия. Но ясно одно: никого из нас эта поездка не оставила равнодушным.
А это главное.

Александр ЛОМТЕВ, генеральный директор ИД «Саров»