— Моей маме Анне Трофимовне Кузьминой (в девичестве Дроздовой) в июле этого года исполнился 91 год. Но на годы она не жалуется, считает, что человек должен всегда быть «на высоте». С этим девизом и идет по жизни.


Хотя, конечно, легкой ее жизнь назвать трудно. Родилась мама в 1923 году в небольшом селе на Алтае. Когда началась Великая Отечественная война, ей было всего 18 лет. Мама попала в школу воздушных стрелков-радистов. Потом был Сталинградский фронт и полеты на знаменитом бомбардировщике Пе-2. Должность стрелка-радиста у летного состава считалась самой сложной: мало того что ему необходимо совмещать два дела — вести огонь по противнику и передавать сообщения, так и место радиста в самолете было самым уязвимым. Потери среди воздушных стрелков во время войны были колоссальными - на каждого погибшего летчика приходилось семь воздушных стрелков. Может быть, поэтому командир эскадрильи и пожалел мою маму. Буквально после первого боевого вылета вызвал к себе и сказал: «Тебе, девочка, живой остаться надо. С завтрашнего дня переходишь в оружейники». В ее задачу входило заряжать снарядами пулеметы и подвешивать к самолетам бомбы. На один самолет полагалось 10 бомб по 100 килограммов или 2 по 250. Работа была очень тяжелой... И физически, и морально — ведь от твоих действий зависит жизнь экипажа. Летчики, конечно, хрупким девчатам-оружейницам старались помочь. Мой отец Дмитрий Дмитриевич Кузьмин тогда был командиром Пе-2 и помогал маме подвешивать бомбы к своему самолету. Так они и познакомились. И на Курской дуге уже воевали вместе. Потом была Белоруссия, Варшава, Берлин… После окончания вой­ны отца просили остаться работать в Германии, но они вместе с мамой вернулись в СССР.

В 1946 году родилась моя сестра, в 1951-м в Симферополе родился я. Мама какое-то время была со мной, а потом вышла на работу. Вся жизнь моих родителей была связана с самолетами. Отец летал и в Грозном, и в Таганрогском аэроклубе, долгие годы родители проработали в Ростовском аэропорту.

Мама всегда все успевала! И работу свою на совесть делала, и дом в порядке содержала. А какие вкусные рулеты с маком она пекла! Помню, поставит тазик со сдобным тестом в теплое место, укроет одеялом, чтоб поднималось, мне строго-настрого запретит к нему прикасаться: «Дима, нельзя сырое тесто есть, заворот кишок будет». Да куда там! Чуть мама отвлечется, я уже руку в тазик запустил — уж больно вкусным тесто было.

А раз случай смешной с мамой произошел — радио ее напугало, которое у нас в доме практически не выключалось. Прихожу домой, а мама сидит в оцепенении в коридоре на стуле, сумки с продуктами валяются на полу. Что случилось? Оказывается, открывает она дверь в квартиру, а оттуда грубый мужской голос: «Ну что ж, заходите, мы вас давно уже ждем». Какой-то спектакль по радио транслировали, а мама чуть в обморок от такого «приветствия» не упала…

У мамы — сильный характер. Она для меня — эталон женщины. Всегда красивая, подтянутая, жизнерадостная. Выйти без прически на улицу? Такое даже представить невозможно! Она никогда ни на что не жалуется. Даже сейчас, когда одолевают многочисленные болячки. На все вопросы один ответ: «У меня все хорошо». Еще и внукам-правнукам умудряется помогать!

Она всегда в курсе всех новостей, смотрит телевизор, много лет выписывает и читает «Наше время». И советует всем с оптимизмом смотреть в будущее. Вот такая у меня мама…