Мученики войны, погибшие в концлагере на территории РАУ, все еще ждут, когда их похоронят достойно

«Гросс-лазарет №192» - так цинично назвали гитлеровцы созданный ими в помещениях РАУ во вторую оккупацию Ростова концлагерь для советских военнопленных. Там приняли мученическую смерть тысячи людей.
После войны тридцать лет на этом месте был мемориал с братским захоронением погибших в лагере смерти. В 1975 году мемориал уничтожили, на освободившейся площадке появилось одно из подразделений РАУ.


«Лазарет»-убийца

...Туда сгоняли раненых и больных советских военнопленных из других находившихся на территории области концлагерей.

Никого в этом «лазарете» не лечили, а напротив – истребляли. Методично, изуверски, с садистской жестокостью. Избивали, травили собаками, не кормили, не давали пить. Если кто-то, не выдержав, выползал наружу, надеясь собрать влагу с земли, тут же стреляли. Трупы не убирались по 7-10 дней. Врачам из числа военнопленных не разрешали никому оказывать помощь. Если это требование нарушалось, тут же расстреливали. В небольших помещениях находилось по 100-150 человек (обо всём этом рассказывается в изданной по горячим следам в 1943 году брошюре В. Ватина «Лагерь смерти»). Люди спали на корточках или стоя, подпираемые другими узниками.

Расстрелы шли каждый день. Тела сбрасывались в вырытый ров. Некоторые были еще живы, но их тоже засыпали землей. Она потом шевелилась, из-под нее неслись стоны.

Врач-ординатор Г. Жамгоцев, после освобождения Ростова направленный военкоматом на оказание помощи выжившим узникам концлагеря, так описывал увиденное:

«...Передо мной открылась ужасная картина. Пронизывающий ветер врывался в щели палаты, снег свободно проникал в окна, кое-где забитые досками. На трехъярусных деревянных нарах лежали по два-три человека, а кому не хватало места – на голом полу. В помещении стоял огромный котел-параша, около него валялись трупы. Крыша протекала. В суровые морозы, не выходя наружу, больные обмораживали себе конечности…»

Увидели освободители Ростова и ров с телами расстрелянных, и стенку со следами крови, и громоздящиеся возле нее горы трупов. Бойцы, командиры, политработники Красной армии, принявшие мученическую смерть…

Всех их похоронили за ограждением в одной братской могиле – по оценкам краеведов, не меньше шести с половиной тысяч человек.

После войны на том месте был создан мемориал. По рассказам и фотографиям, это была окаймленная деревьями площадка размером более двадцати соток, в центре находилась засаженная цветами земляная насыпь захоронения, перед ней - памятник воинам-освободителям. Вход свободный со стороны улицы Новаторов через чугунные ворота. Территория являлась тогда городской и отношения к училищу не имела.


Погибшие беззащитны…

- А еще на постаменте памятника была мемориальная табличка со словами: «Здесь похоронены советские военнопленные нацистского лагеря смерти, зверски замученные и расстрелянные. Вечная память героям, павшим за свободу и независимость нашей Родины!» - рассказывает зампредседателя городского клуба «Патриот» А. Стасюк. - Я помню этот текст наизусть, поскольку учился в шефствовавшей над мемориалом школе № 25 (сейчас это гимназия) и бывал там постоянно. Все наши торжественные мероприятия проводились в этом священном для ростовчан месте.

А подполковник в отставке Александр Бабичев, поступивший в РАУ в 1966 году, давал на мемориале военную присягу.

- То была незыблемая традиция, - свидетельствует он. – Присяга курсантами училища произносилась только там…

Но к началу семидесятых годов стали происходить перемены. Училище расширялось, к нему было присоединено находящееся на отшибе здание, к которому не было прямого прохода – вот и решили проложить его через кладбище военнопленных. Командование РАУ обратилось по этому поводу к городским властям, те пошли навстречу. В итоге площадка мемориала оказалась в ведении РАУ, а судьба захоронения была предрешена.

…В Госархиве Ростовской области хранятся два листочка с решением горисполкома от 7 января 1976 года, где сказано: «…в связи с предстоящими строительными работами на территории Высшего командного училища братская могила окажется в самом центре режимных объектов», поэтому предлагается «принять предложение училища о перезахоронении останков праха…».

Это единственный документ, проливающий свет на произошедшее.

Нет уже в живых и тогдашнего начальника РАУ, в чью бытность произошло «поглощение» территории воинского захоронения. Этот человек, кстати, не являлся фронтовиком. Возможно, если б воевал, то не решился бы покуситься на братскую могилу.

Многие сотрудники, преподаватели скрепя сердце воспринимали происходящее, но у военных приказы начальства не обсуждаются.

…На площадке бывшего мемориала тем временем кипела работа. Деревья спилили, цветы вырвали, памятник куда-то вывезли, на очищенную поверхность стали класть бетонные плиты. Самосвалы, нагруженные выбранной из захоронения землей (там делали шахту для учебного оборудования), куда-то ее вывозили.

Была произведена частичная эксгумация останков. Что смогли собрать, то собрали, поместили в четыре гроба (много ли в них могло поместиться, если в земле лежали шесть с половиной тысяч человек?) и перезахоронили. Где именно – никто точно не знает. В разговорах об этом бывших сотрудников все время звучит: «по-видимому», «наверное», «скорее всего» и т. д.

Вот и 94-летний Александр Захарович Карпенко, бывший фронтовик, полковник в отставке, двадцать лет прослуживший в РАУ, тоже предполагает, что, вероятнее всего, останки военнопленных перезахоронили на Братском кладбище.

Однако никаких подтверждающих это документов там нет, местонахождение могилы тоже неизвестно.

Потом возникла версия, что останки были отвезены на ул. Волоколамскую в район тюрьмы на Каменке.

И действительно, в глухом месте на задворках находящегося вблизи тюрьмы гаражного кооператива «Октябрь» есть неизвестное захоронение. Я сама случайно его обнаружила, увидев за гаражными боксами верхушку какой-то скульптуры, а пробравшись по колдобинам через заросли кустов, вышла к высокому монументу скорбящей женщины и камню с надписью «Никто не забыт, ничто не забыто». Сотрудники исправительного учреждения, с которыми созвонилась, подтвердили, что там похоронены погибшие во время войны граждане, заверили, что ухаживают за могилой…

- Может, и правда, часть останков туда была вывезена, но точно утверждать нельзя, - говорит Николай Федорович Шевкунов, подполковник в отставке, член ветеранской организации РАУ. – А факт - то, что покрывающие площадку уничтоженного мемориала бетонные плиты и сейчас лежат на костях, поскольку основная масса останков так там и осталась. В 2012 году после ликвидации РАУ я сам, оказавшись в том месте, в срезе земли у подвинутой плиты увидел человеческие кости. Разве не кощунство то, что мученически погибшие военнопленные до сих пор лишены достойного упокоения?

Территорию бывшего РАУ сейчас занимает учебный центр подготовки авиационных специалистов – в/ч 20926. На площадке уничтоженного мемориала стоит теперь учебная техника центра. Новое руководство, естественно, не горит желанием исправлять ошибки предшественников.

И все же продолжать оставаться такой же, как сейчас, ситуация с раскуроченным захоронением не может. Это аморально, оскорбительно для военной памяти. Тем более в год 70-летия Победы. Поисковики в лесах, полях, горах разыскивают останки погибших бойцов, а у нас они лежат, непогребенные, в черте города.

Так, может, пришла все-таки пора исправить допущенную когда-то несправедливость – возродить мемориал и достойно похоронить останки погибших солдат и офицеров? А то ведь стыдно же, уважать себя не сможем. Люди мы – или кто?

Фото автора и из архива ветеранов РАУ