Буквы на граните: ошибок еще много...

Его проводят Ростовское региональное отделение Поискового движения России, сводный межрайонный отряд «Донской» имени Анатолия Калинина и Константиновский педагогический колледж. Командиры и бойцы поисковых отрядов, архивисты, историки, краеведы, юные исследователи обсудят различные аспекты сохранения исторической памяти, конкретные события, героические и трагические, которые случились в Донском крае 80 лет назад, малоизвестные до сих пор страницы истории.

О необходимости работы над ошибками коллег проинформирует представитель регионального отделения Поискового движения России, редактор областной и муниципальных Книг Памяти Игорь ШМЫГАЛЬ: в учётных карточках воинских захоронений и на плитах братских могил выявлено много недостоверных сведений о захороненных погибших воинах. Это, по словам Игоря Анатольевича, одна из форм искажения истории Великой Отечественной. И вот почему:

– Занимаясь уточнением сведений в Книгах Памяти Ростовской области, всегда надеемся найти подробную информацию о каждом погибшем защитнике Отечества. На плитах воинских мемориалов в населённых пунктах бывает много ошибок. Есть они и в учетных карточках. Ошибки разные. Самые очевидные – искажение фамилий, имён и отчеств, особенно старинных, ныне не употребляемых. Бывает, что нанесены только инициалы имени и отчества, не указано воинское звание.

Другие часто встречаемые ошибки – топонимические, когда населённых пунктов с одним и тем же названием было несколько. Скажем, хуторов с названием Весёлый в Ростовской области было 24 (а еще имелось много Ивановок, Александровок и так далее). В результате записи в донесениях: «...место захоронения хутор Весёлый Ростовской области» – воспринимались по-разному. Сказалось и то, что в свое время сведения о потерях были засекречены. И тогда можно было нанести на плиты любые фамилии с инициалами, ведь никто не проверит – это ж секретно. Например, в посёлке Сорговом (ранее село Манычское) Зерноградского района на памятнике – просто набор фамилий, среди которых есть даже фамилии осуждённых военным трибуналом уроженцев этого села. Очень часто числившиеся ранее пропавшими и убитыми оказывались живы, дошли до Берлина, некоторые даже были награждены юбилейными орденами. Прогресс информационных технологий даёт нам сейчас возможность сопоставить все записи на одного и того же воина и исправить неточности.

Ещё одна причина появления ошибок – некомпетентность сотрудников местных администраций, составлявших эти списки. Например, погибшие в начале декабря 1941 года воины 347-й стрелковой дивизии были похоронены в хуторе Екатериновка Неклиновского района, а их фамилии занесены на плиты в сальской Екатериновке. Никто не задумался: «А здесь ли они похоронены?» Ведь в декабре 1941 года на сальской территории боевых действий не велось.

Всего в списках по Сальскому району найдено более 1500 разных ошибок.

Конечно, это добрая мысль – увековечить на одних плитах воинских мемориалов фамилии погибших освободителей, а на других рядом – фамилии невернувшихся односельчан. Списки эти потом полностью перекочёвывали в паспорта захоронений как фамилии здесь захороненных. Так, например, было при обновлении учетных карточек воинских захоронений в 2014 году. Еще один случай из такого же ряда – памятник на якобы братской могиле лётчиков в селе Синявском. На плите там – девять фамилий. На самом деле никто из них там не похоронен. Согласно донесениям о безвозвратных потерях, эти лётчики погибли в разное время и в разных местах. Причем не только в Ростовской области.

По словам Игоря Шмыгаля, чтобы убрать подобные ошибки, необходимо к учётной карточке каждого воинского захоронения составить историческую справку с приложением копий подтверждающих документов.

Другой проблемой является отсутствие узаконенного формата записи о захороненном воине в учётной карточке и на плитах мемориалов. Имя и отчество – желательно полностью. В обязательном порядке необходимо указывать воинское звание, так как этот погибший – военнослужащий, отдавший жизнь свою за наше Отечество.

В ряде мест муниципальные власти идут навстречу энтузиастам и наводят порядок в списках захоронений. Так, дубовский краевед Александр Терехов, участвовавший в подготовке Книги Памяти Дубовского района, составил новые, более точные учётные карточки всех воинских захоронений в своём районе и настоял на изменениях записей на плитах памятников.

– Но это – порыв души. А где те, кто должен был этим заниматься? – спрашивает Шмыгаль. – Да вы просто наложите эту ситуацию на себя. Если на могилах ваших родственников вместо их фамилий вдруг появятся другие...

Недостоверные сведения о захороненных погибших воинах в учётных карточках воинских захоронений и на плитах братских могил являются одной из форм искажения истории Великой Отечественной войны. Наверное, вскоре будет дана юридическая оценка этим фактам, и местные администрации внесут исправления на плитах памятников согласно документам.

Как известно, ответственность за содержание мест захоронения, оборудование и оформление могил погибших при защите Отечества возлагается на органы местного самоуправления. Органы военного управления (военные комиссариаты) ведут учёт воинских захоронений и погибших военнослужащих, участвуют в выявлении ранее не учтённых воинских захоронений, находящихся на территориях регионов. Игорь Шмыгаль уверен: поисковики могут оказать им огромную помощь.