Ивану Афанасьевичу Бондаренко 5 июня исполнилось бы 90 лет

Фото с сайта www.donland.ru

Он ушел от нас 16 февраля 2009 года. И хотя он, в прошлом первый секретарь обкома партии, на пенсию вышел давно, в июле 1984 года, провожать его в последний путь собралась, казалось, вся область. К другу его, соратнику Николаю Дмитриевичу Пивоварову обращались многие: о таком человеке должны знать и помнить не только те, кто шел с ним по жизни, но и просто жители области.

Вот мне и выпал счастливый случай работать над книгой воспоминаний об Иване Афанасьевиче, которых много накопилось у Н.Д. Пивоварова. Только так случилось, что и мне самому есть что вспомнить.

Дело в том, что когда первым секретарем обкома стал И.А. Бондаренко, в области начали возводиться новые и технически перевооружаться старые гигантские предприятия. А я, журналист-сельхозник, отмечал с облегчением: ну, слава тебе, и за село взялись…

И правда, он, казалось, из села не вылезал. И мне, работнику областной газеты, приходили через редактора записки Бондаренко с просьбой посмотреть внимательно на какой-то район, комплекс или хозяйство. А в то время развернулось во всю ширь строительство молочных, мясных, овце- и птицеводческих комплексов, совершенствование технологий кормления, содержания животных и т. д. Потом по указанию Бондаренко мне поставили прямой телефон, и довольно часто помощник первого Юлий Финько звонил и предупреждал: сейчас будешь разговаривать с Иваном Афанасьевичем… Это, правда, задевало моего редактора, но он смирился.

Однажды звонит: ты, дескать, в Пролетарском колхозе был? Ну, а что ты? Я завтра хочу посмотреть их технологию…

...Зашли на ферме в корпус. А коров не видно — огромный корпус пустой. В проход выходим — все до единой коровы лежат, жуют свою жвачку. Такой картины видеть не приходилось нигде. Это значит, что скот наелся, как говорят, от пуза. Оказалось: сено кончилось, так умельцы запаривают полову, смешанную с дертью. Удои сразу поднялись…

...Потом поехали по хозяйству, поля посмотреть. А тут Бондаренко я немного с другой стороны увидел. Он сам ученый-сельхозник, пошел с учеными посовещаться среди посевов, а первый секретарь райкома — ко мне, оставшемуся в машине Ивана Афанасьевича. Просит, чтобы я пересел в его машину. Я об этом и сказал Бондаренко. Он улыбался редко. А тут улыбнулся:

- Ну, пересядь. Человек за дело болеет, а у него, как у всякого, проблем… Пересядь…

Я мог бы таких случаев вспомнить немало, - он беззаветно служил Отечеству и народу Дона. 

Когда он вышел на пенсию, мы встречались. Наши дома — почти рядом, я шел по делам, а он на прогулку выходил. Мне было неудобно ему навязываться, а он останавливал, говорили. Как-то сообщил, что ему на Чехова, туда, ниже, выделили небольшое жилье, и он теперь будет вольный казак, а детям и внукам будет лучше, хотя и возражают. И после встречались, но реже. И вел себя он при этих встречах так же ровно, доброжелательно и сердечно, как и когда был первым секретарем обкома, всемогущим хозяином области. Простой великий человек.

...Вскоре после нашей книги-воспоминаний вышла вторая — инициатором ее появления стал друг И.А. Бондаренко — Юрий Песков, легендарный директор Ростсельмаша. Слыхал, кто-то еще работает над новыми книгами об Иване Афанасьевиче… Легендарная личность того заслуживает.