Полгода назад ростовчанин Эрик Владимирович Оккаев смог наконец не просто восстановить свои родительские права, но и доказать, что его лишили их незаконно. Об этой непростой, затяжной и трагичной истории мы рассказывали в нескольких материалах «Семь «я» - в беде» («НВ» от 12. 11. 2013г.), «Была семья и нет семьи» («НВ» от 11.12.2014 г.), «Отец вернул детей домой» («НВ» от 20.01.2017 г.)


Вместе с родительскими правами к нему вернулись трое его сыновей и две дочки, которые несколько лет провели сначала в приютах и социально-реабилитационных центрах, потом – в детдомах. 

За своих детей он бился как мог – на комиссиях, в инстанциях и в судах. Вместе с ним это пыталась делать и супруга – Варсеник Семаевна. Но помощница из нее была никакая. 

Потому что на тот момент она была больна. Именно из-за ее внезапно наступившего психического расстройства хорошая, крепкая семья и рассыпалась на осколки. 

Несколько ситуаций, например, с загадочным ожогом одной дочери или пребыванием ранним утром на улице без присмотра другой вызывали у органов опеки и комиссии по делам несовершеннолетних вполне объяснимую тревогу за безопасность детей. Но однозначного ответа, как быть, не существовало.

Ведь до этого семья никогда не попадала ни в какие «плохие» списки. Жили дружно, надеялись на себя и ничего не просили у государства. Эрик Владимирович – не пьяница, не наркоман, не тунеядец. Человек – на все руки мастер. Как приехал в Ростов больше двадцати лет назад из Баку в связи с армяно-азербайджанским конфликтом, так и работал после службы в армии в жилищно-коммунальной сфере. Варсеник Семаевна, пока не заболела, смотрела за детьми и была ответственной матерью. 

Полгода назад ростовчанин Эрик Владимирович Оккаев смог наконец не просто восстановить свои родительские права, но и доказать, что его лишили их незаконно.И хотя Семейный кодекс против лишения прав тех, кто не исполняет свои родительские обязанности не в силу нежелания или распущенности, а в связи с болезнью, административная машина все равно закрутилась. 

Эрик Владимирович пытался делать что возможно и склонить на свою сторону чиновников, но как только рядом появлялась Варсеник Семаевна, все опять сходились во мнении, что детей ей доверять страшно. Тем более, младшему сыну тогда едва исполнилось полгода. 

За что же зацепиться? Все-таки нашли сразу несколько причин – стесненные жилищные условия с недостаточным естественным освещением, низкий уровень доходов. Плюс к этому - за отведенное на исправление ситуации время Эрик Владимирович так и не смог ее кардинально изменить: супругу хоть и укладывал периодически в больницу, но не исцелил, квартиру новую не купил и свою зарплату сантехника в госучреждении – роддоме № 2 – сам себе не повысил. 

Словом, их все-таки лишили прав, а детей разбросали по детдомам. Эрик Владимирович после работы навещал их почти каждый день. Варсеник Семаевна тоже рвалась к ним всей душой и в периоды улучшения своего состояния ездила на них посмотреть и пообщаться. 

Но, бегая по кругу, точнее – по инстанциям, Эрик Владимирович понял, что никто не вернет детей домой, пока там находится Варсеник Семаевна. То есть главная причина – в ее болезни. 

Тот факт, что в отличие от всех членов семьи за двадцать лет она так и не оформила российское гражданство и несколько раз находилась на грани депортации, на этот раз оказался даже кстати.

Как, до конца неизвестно, но ее удалось уговорить выехать на родину в Армению. 

Полгода назад ростовчанин Эрик Владимирович Оккаев смог наконец не просто восстановить свои родительские права, но и доказать, что его лишили их незаконно.После этого пружина стала потихоньку раскручиваться. Эрик Владимирович не уставал повторять : «За что меня лишили родительских прав? Если за стесненные жилищные условия и уровень зарплаты – но ведь так, к сожалению, живут многие! Я хочу быть со своими детьми, заботиться о них!» 

Через несколько месяцев ему все-таки удалось через суд вернуть себе родительские права и детей. 

Сейчас Эрик Владимирович и его пятеро детей живут все в той же маленькой квартирке с частичными удобствами общей площадью 24 квадратных метра. Размещаться в таком пространстве, где на человека приходится всего 4 (!) квадратных метра, очень сложно. Но многодетный отец не опускает руки. Говорит, силы придает чувство ответственности за судьбу детей.

- Старшему Валоду – уже 18 лет, учится на втором курсе колледжа. Занимает призовые места по радиотехнике и по спорту, знаете, это когда на турнике висят на одной руке, - Эрик Владимирович с большой любовью рассказывает о своих детях. - Роберту – 16 лет. Он решил продолжить учиться в той же школе, в которой занимался, еще находясь в детдоме. Увлекается боксом. Маргарите – 12 лет, Эдите – 9. Вот с ними сейчас возникла проблема, которую нужно решать. Дело в том, что отдал их в хорошую школу нашего района, но она с математическим уклоном. Мои девчонки к такой программе, по всей видимости, оказались не готовы. Живя в детдоме, занимались совсем по другим программам. Самый младший Андроник - еще детсадовец. На 8 марта мне предложили на утреннике роль Серого Волка. А что? Я согласился с удовольствием! Купил тельняшку, слова выучил. Варсеник звонит из Армении, общается с детьми.

День многодетного отца начинается в 6.30 с приготовления завтрака. На столе – яйца, бутерброды с маслом, мед, джем. Потом мужская часть семьи выдвигается по своим делам: старшие мальчики – на учебу, Эрик Владимирович заводит Андроника в детсад, потом идет на работу. Девочки занимаются во вторую смену. Вечером - опять хлопоты по хозяйству. 

- Готовлю на следующий день обед. Варю, например, куриный бульон для супа. Мясо едят кто как хочет – вареное или обжариваю. Из продуктов часто покупаем сосиски – делаем насечки поперек и поливаем соусом, кетчупом. Макароны варим. Да по-разному! Очень поддерживает нас благотворительный фонд «Я без мамы». Он был рядом и когда Варсеник заболела, но дети были еще с нами, и сейчас. Сотрудники фонда интересуются, что конкретно нужно. Вот давали вещи по сезону, билеты в театр. С трудовым коллективом роддома № 2 мне тоже очень повезло. Как наша семья попала в беду – люди помогали и словом, и делом. Это, конечно, дорогого стоит! Но разорвать замкнутый круг с возвращением мне родительских прав без «Нашего времени» я бы не смог никогда! Теперь всем рассказываю, что есть газета, которая бескорыстно стоит за людей и за правду. Спасибо всем-всем большое!

В управлении соцзащиты Пролетарского района Ростова говорят, что Эрик Владимирович получает детские пособия на детей по 374 рубля, ежемесячную единовремеенную выплату – по 389 рублей, денежную компенсацию за услуги ЖКХ. Но какого-то отдельного сопровождения такой необычной семьи ни соцзащитой, ни органами образования не предусмотрено. 

- Если будет тревожный сигнал от соседей, школы или просто кого-то из граждан, мы подключимся и отреагируем, но пока, слава богу, все в этой семье нормально, - говорят в районном отделе опеки и попечительства.

Но, может, все-таки настало время идти на шаг вперед – не ждать, когда семьи с детьми «сломаются» под напором наваливающихся проблем, а заранее помогать им решать жилищные, материальные и психологические проблемы? 

- Когда-то увидел картину, на которой изображен караван, и подумал, что для своей семьи - я тот, кто идет в начале, - говорит Эрик Владимирович.

Только бы не надорвался … Думаю, вести свой большой караван по жизненному пути многодетному отцу все-таки было бы легче в несколько иных жилищных условиях. 

Самостоятельно решить этот вопрос у него вряд ли получиться, а вот закатить рукава и поучаствовать насколько возможно – он всегда «за».