Повторение пройденного

— Владимир Васильевич, чем, по-Вашему, вызвано появление Постановления Верховного суда РФ «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов», если уже существуют соответствующие статьи и в Конституции РФ, и в трех кодексах РФ, и в законе о СМИ, и в специальном законе об обеспечении доступа к информации судов от 2008 года?

—  Проблема открытости и гласности судопроизводства, доступа к информации о деятельности судов находится в центре внимания уже несколько лет. Настоящим прорывом в этой сфере стал Федеральный закон № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ». Однако с момента его принятия у правоприменителей, правозащитников возникали вопросы, связанные с открытостью судопроизводства. Это и потребовало разъяснений, оформленных в соответствующем постановлении пленума.

—  В постановлении указано, что вход журналистам в здание суда свободный. Какой документ должен предъявить журналист при входе в суд: редакционное удостоверение или паспорт?

—  На входе приставы требуют от граждан предъявления паспорта. Однако если паспорта у журналиста при себе не будет, он вполне может воспользоваться своим служебным удостоверением. Возможна процедура сканирования сумок и одежды с помощью металлодетектора. Как вы понимаете, обеспечение безопасности – это требование современной жизни. Поэтому не стоит называть эту процедуру «обыском» и обижаться.

—  Необходимы ли журналисту аккредитация или разрешение судьи, чтобы присутствовать на судебном заседании?

—  По Конституции РФ, разбирательство дел во всех судах открытое (за исключением отдельных случаев, когда речь идет о необходимости проведения закрытого судебного заседания). Так что любой желающий может посетить судебное заседание в качестве слушателя. В том числе, конечно, и журналист. В постановлении четко написано, что присутствие журналистов в открытом судебном заседании в целях получения сведений по делу является законным способом поиска и получения информации. Нельзя чинить препятствия и отказывать журналистам в доступе в зал судебного заседания по мотиву профессиональной принадлежности. Равно как и по причине отсутствия аккредитации. Так что отсутствие аккредитации не лишает СМИ права получать информацию о деятельности суда и не является ограничением для профессиональной деятельности журналистов.

Обращаю внимание, в постановлении отмечено, что намеренное создание судьей условий, ограничивающих или исключающих доступ лиц, не являющихся участниками процесса, в том числе журналистов, в открытое судебное заседание, или создание условий, препятствующих его фиксации, свидетельствуют о нарушении профессиональной этики.

—  Надо ли уведомлять судью об использовании диктофона — вместо блокнота и ручки?

—  Исходя из общего правила, зафиксированного в нормах Уголовно-процессуального и Гражданского процессуального кодексов, присутствующие в открытом судебном заседании лица, журналисты в том числе, имеют право в письменной форме, а также с помощью средств аудиозаписи фиксировать ход судебного разбирательства. На это особого разрешения председательствующего судьи не нужно. И уведомлять о вашем намерении использовать диктофон в судебном заседании не требуется. Заходите, занимайте место в зале судебных заседаний и записывайте на диктофон — это ваше законное право.

Печально, что кто-то из журналистов имеет опыт, когда судья запрещает ему использовать диктофон в судебном заседании. Такого быть не должно. Свобода в отношении производства видеозаписи регламентирована статьями процессуальных кодексов очень давно, так что постановление пленума, о котором мы сейчас говорим с вами, не ввело ничего революционного в этом плане.

Могу посоветовать журналистам, считающим, что их права были ущемлены, обращаться с заявлениями и жалобами в нашу пресс-службу, будем разбираться. Если уж такой инцидент произошел, не надо закрывать на него глаза. И активная позиция журналиста в этом вопросе будет только способствовать обеспечению открытости судопроизводства.

—  Требуется ли разрешение судьи на проведение фото- и видеосъемки в зале суда?

— Общее правило таково: проведение фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки, трансляция судебного заседания по радио и телевидению судебного заседания допускается с разрешения председательствующего судьи. Просьба журналистов о проведении съемки отражается в протоколе судебного заседания и подлежит обязательному рассмотрению судом с учетом мнения участников процесса.

Следует понимать, что председательствующий в судебном заседании вправе запретить фотографирование, видеозапись или киносъемку судебного процесса в тех случаях, когда против этого возражают стороны, когда это создает шум, напряжение и суету в зале, а также для обеспечения безопасности участников процесса. Фотосъемка и видеозапись не должны нарушать порядок судебного заседания и мешать участникам процесса. В связи с этим суд может самостоятельно определить места для съемки и ограничить время ее проведения как по инициативе самого председательствующего, так и по инициативе лиц, участвующих в деле.

Если суд придет к выводу, что фотосъемка, видеозапись, киносъемка, трансляция хода открытого судебного разбирательства не приведут к нарушению прав и законных интересов участников процесса, то он не вправе их запретить только по причине субъективного и немотивированного нежелания участников процесса такой фиксации.

Чтобы не решать все эти вопросы в процессе заседания, журналистам лучше заблаговременно обратиться в пресс-службу суда за получением разрешения на фото– или видеосъемку.

—  Предположим, съемка запрещена. Можно ли журналисту находиться в зале суда с фото- и видеоаппаратурой?

—  Согласно положениям принятого постановления пленума, посетителям и представителям СМИ с аудио-, фото-, кино– и видеоаппаратурой должен быть обеспечен свободный вход в здание суда. Если журналист не намеревается использовать эту технику, то находиться в зале и иметь в сумке фотоаппарат ему никто не запретит. Но вот пользоваться фото– и видеоаппаратурой, повторяю, можно только с разрешения председательствующего.

—  Вносит ли новое постановление изменения в слушания закрытых процессов?

—  Скорее это не изменения, а предельная ясность. Проведение разбирательства дела в закрытом судебном заседании возможно только по основаниям, предусмотренным федеральным законом, как в отношении всего судебного разбирательства, так и в отношении какой-либо его части. То есть для того, чтобы рассмотреть дело в закрытом судебном заседании, необходимы веские причины. Все они перечислены в законе. Так что просто из-за «плохого настроения» закрывать процесс судья не имеет права.

О проведении разбирательства дела в закрытом судебном заседании суд выносит мотивированное определение или постановление, в котором должны быть указаны конкретные обстоятельства, препятствующие свободному доступу в зал судебного заседания лиц, не являющихся участниками процесса, в том числе и журналистов.

Информация о разбирательстве дела в закрытом судебном заседании должна быть общедоступной.

До вынесения и оглашения такого определения или постановления судебные приставы не вправе удалять из зала судебного заседания лиц, не являющихся участниками процесса, журналистов в том числе. В тех случаях, когда решение суда о проведении разбирательства дела в закрытом судебном заседании принимается при назначении судебного заседания, лица, не являющиеся участниками процесса (журналисты в их числе), в зал судебного заседания не допускаются.

Если судом принято решение о проведении части разбирательства дела в закрытом судебном заседании, то лица, присутствующие в судебном заседании, но не являющиеся участниками процесса (журналисты), не допускаются только на эту часть судебного разбирательства.

Суд рассматривает в закрытом судебном заседании гражданские дела, если в них содержатся сведения, составляющие государственную тайну, тайну усыновления (удочерения), а также другие дела, обязательное рассмотрение которых в закрытом судебном заседании предусмотрено федеральным законом.

—  В каких случаях сведения являются информацией ограниченного доступа?

— К информации ограниченного доступа относятся сведения, составляющие государственную тайну (статья 5 Закона РФ «О государственной тайне»), иную охраняемую законом тайну (например, тайну усыновления (удочерения) (статья 139 Семейного кодекса РФ), врачебную тайну (статья 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»), а также иные сведения, доступ к которым ограничен на основании федерального закона (например, сведения о лицах, подлежащих государственной защите в соответствии с Федеральным законом от 20 августа 2004 года № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»).

Суд не вправе отказать в предоставлении запрашиваемой информации, ссылаясь на то, что ее часть относится к информации ограниченного доступа. В таком случае, согласно части 3 статьи 19 Закона «об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ», предоставляется общедоступная часть информации.

—  Как быть, если зал, где проводятся слушания, не вмещает всех желающих представителей СМИ?

— Это острый вопрос. Не все наши суды имеют просторные залы судебных заседаний. Но понятно, что и выйти рассматривать дело на площади или в коридоре судья тоже не может. Надо искать выход в каждом конкретном случае: или находить максимально просторный зал, или искать другие способы разрешения ситуации.

—  Ваши пожелания коллегам-судьям и журналистам в условиях новых правил гласности?

—  Самое главное пожелание — неукоснительно соблюдать эти новые правила. Для этого потребуется быть внимательными, терпеливыми, принципиально честными. Когда на процессе присутствует пресса, получается, что в одном пространстве встречаются два профессионала — судья и журналист. И каждый выполняет свою работу. Не нужно заискивать, не нужно «закрывать глаза» на чье-то неправильное поведение, равно как и не надо поднимать скандал на пустом месте, выходить на «тропу войны» в стремлении кому-то что-то доказать. И судьям, и журналистам нужно просто максимально хорошо делать свою работу и уважать друг друга. Думаю, тогда все останутся довольны.