…Любовь Васильевна Киселева в Радоницу (на девятый день после Пасхи, когда принято поминать умерших) поехала навестить могилу мужа на Северном кладбище.

Ее супруг, офицер МВД, умер год назад. Памятник на могилу семья заказала в «Военно-мемориальной компании». Изготовить его обещали в июле, после чего родственникам надо было связаться с работающими на кладбище сотрудниками МУП СКУ (муниципального унитарного предприятия специализированных коммунальных услуг), чтобы обговорить дату установки.

Каково же было удивление Любови Васильевны, когда еще издали увидела стоящий на мужниной могиле памятник с выгравированным портретом.

Подошла ближе и… пришла в ужас, увидев на нем изображение СОВЕРШЕННО ДРУГОГО человека, у которого была та же, что и у мужа, фамилия, но на этом «сходство» и заканчивалось.

Супруг Любови Васильевны — Киселев Петр Трофимович, 1948 года рождения. Его фотография закреплена на стоящем тут же кресте. На ней — светловолосый моложавый мужчина в военной форме.

А на памятнике значился Киселев Геннадий Данилович, 1933 года рождения, на однофамильца ничуть не похожий…

Его могилу, кстати, Любовь Васильевна с сыном обнаружили в соседнем ряду, чуть наискосок.

Выходит, те, кто устанавливали памятник, перепутали умерших?  Так и есть!

Но как можно было умудриться?! Мало того что по фотографии одного и портрету другого видно — это разные люди. Так к тому же рядом с обеими могилами —  воткнутые в землю металлические таблички с именами-отчествами, датами рождения и смерти...

— У меня началась истерика, — говорит Любовь Васильевна. — И без того не отошла еще после смерти мужа, а тут вдруг… такое  кощунство. И непонятно, как теперь все это исправлять. Где искать координаты фирмы-установщицы памятника, как связаться с родственниками однофамильца — переустановка потребует их участия. У обоих умерших в эти дни – годовщина. Можно представить, что за шок испытают те, кто придут навестить могилы…

Она стала звонить в «Военно-мемориальную компанию», где, естественно, сказали, что не имеют к случившемуся никакого отношения. В конце концов женщина вышла на МУП СКУ. А там с горечью констатировали: мы же обо всем этом предупреждали.

…Небольшое отступление. В «НВ» в корреспонденции «Конкуренция, называется…» (в номере от 7 марта этого года) рассказывалось об изменениях в сфере похоронного бизнеса.

В Ростове, как известно, немалое количество частных фирм, выполняющих ритуальные услуги. От них в органы власти регулярно поступали заявления о том, что МУП СКУ (до последнего времени оно отвечало за городские кладбища и сохраняло за собой контрольно-распорядительные функции) препятствует их предпринимательской деятельности. В итоге антимонопольная служба в соответствии с законом «О конкуренции» предписала МУП СКУ встать в один ряд со всеми «частниками» в качестве одного из хозяйствующих субъектов. С него теперь сняты прежние обязанности по учету захоронений, регистрации, контролю за установкой памятников и т.д. И пошло-поехало… 

—  Если раньше, — рассказывает работающая на Северном кладбище сотрудница МУСП СКУ Р. Борисова, — при установке памятников выписывался наряд, у нас это регистрировалось, фиксировались номера имеющих право заезжать сюда машин, кладбищенская территория охранялась, то сейчас все отменено, полная свобода. Любая фирма, предприниматель могут производить здесь что угодно – строить, перестраивать и т.д. Люди по привычке жалуются нам — у кого-то оградку погнули, у кого-то еще что-то произошло. Мы помогаем чисто по-человечески, а формально, административно не обязаны это делать и вроде как даже не имеем права.

По новым правилам МУП СКУ начало работать с 13 мая. «Перепутанный» памятник Любовь Васильевна Киселева обнаружила на могиле мужа 14-го. Всего день прошел!

— Я в ужасе от того, что нас ждет впереди, — признается Игорь Александрович Усиков, замдиректора МУП СКУ.

В свое время он много сил потратил, доказывая властям нецелесообразность ломки сложившейся системы похоронного дела,  предупреждал, что это может привести к неуправляемости. И как в воду глядел.

Автора «путаницы» с памятником И. Усиков и его сотрудники, давно работающие в этой сфере, вычислили сразу. Но называть его корреспонденту «НВ» Игорь Александрович не рискнул. Поскольку этот ИП — один из тех, кто обращался во властные инстанции с заявлениями на МУП СКУ (дескать, мешает ему своим контролем): может представить все как «сведение счетов».

А просто так убрать памятник с одной могилы на другую, оказывается, уже нельзя: родственникам обоих Киселевых надо будет обратиться с заявлением в департамент ЖКХ, мэрию, возможно, придется и в суд. Все это потребует времени, нервов.  Простое житейское дело – обиходить могилу – превращается в бег с препятствиями. 

Страшно представить, что будет дальше в условиях сегодняшней бесконтрольности. Ждать можно чего угодно. Понравится, скажем, кому-то чужая оградка —  а почему бы не снять? Захочется в уже занятом месте произвести захоронение — а почему бы нет? Не хочется рисовать пугающих картин, но, похоже, все к тому идет.

Какой же выход? Устраивать на кладбище дежурства по охране могил? Может, в мэрии Ростова подскажут?