Может оказаться, что при строительстве вашего дома инженерно-геологические изыскания делали «на глазок». И прочность конструкции – под большим вопросом

Ни для кого не секрет, что в Ростове проблемные грунты. Отсюда – и в старых, и относительно новых зданиях возникают различные деформации – трещины… Можно ли вообще строить на таких грунтах? 

– Я за то, чтобы строительство в Ростове шло в более широком масштабе, – говорит и. о. завкафедрой гидрогеологии и инженерной геологии Института наук о Земле ЮФУ, директор Ростовского филиала Ассоциации инженерных изысканий в строительстве, кандидат геолого-минералогических наук, доцент Надежда ХАНСИВАРОВА.

Строительство в Ростове ведется в условиях третьей – самой высокой категории сложности инженерно-геологических условий: специфические грунты, опасные геологические процессы. Грунты чувствительны к повышению влажности, легко меняется их консистенция. При низкой влажности они твердые и достаточно прочные, но стоит пройти дождям, снегопадам, подняться грунтовым водам, и наши породы становятся пластичными и текучими. К тому же у нас грунты просадочные. При повышении влажности они неравномерно доуплотняются под действием собственного веса, что приводит к деформации зданий. В Ростове таких домов немало.


Ходим на грани... 

– Только ли грунтовые воды и дожди виноваты?

– Велика роль техногенного фактора. В первую очередь это подземные коммуникации с частыми прорывами труб горячей, холодной воды. Канализационные, повреждения которых трудно отследить. Канализационные стоки, сточные воды промышленных предприятий – это агрессивные среды, которые негативно влияют на грунты. Дело еще в том, что наш регион обречен на подтопление. Приповерхностная часть, скажем так, грунтовой толщи, которая является основанием фундаментов зданий и сооружений, состоит в основном из суглинков с достаточно высокой пористостью. Они хорошо фильтруют поверхностные дождевые воды, но до определенной глубины, на которой залегают очень плотные глины с низким коэффициентом фильтрации. Это так называемый региональный водоупор.

– И вода не просачивается глубже?

– Она идет в сторону разгрузки – в реки Дон, Темерник. Но не всегда успешно. Поэтому у нас все время наблюдается повышение уровня грунтовых вод, а на левом берегу Дона еще и затопление. Проблема еще в том, что у нас снивелирован рельеф города. Увеличение плотности застроек повлекло ликвидацию оврагов, балок, которые выполняли роль природных дрен. А многочисленные водонесущие коммуникации привели к неконтролируемым утечкам воды и в итоге к формированию новых техногенных водоносных горизонтов, подъему их уровней. Ливневки в нашем городе практически отсутствуют.

– Это беды только нашего региона?

– Не только. Надо сказать, что 13 % территории земного шара сложены такими же породами. И в других странах есть опыт строительства на этих грунтах. Скажем, в Китае огромные массивы просадочных грунтов. И там ведется широкомасштабное строительство. Мы тоже успешно осваиваем такие территории, и пока, слава богу, никаких глобальных катастроф у нас не происходит. Но, тем не менее, мы ходим по грани.

– Что нужно для того, чтобы избежать проблем при строительстве на территориях с «ненадежными» грунтами?

– Главное – вести мониторинг влажности грунтовых толщ. Особенно в тех районах Ростова, где проложены основные магистральные коммуникации. Но, к сожалению, такие наблюдения не ведутся, к тому же их сложно организовать. Также не контролируется баланс поверхностных и подземных вод. Дренажные системы в городах области и в Ростове практически отсутствуют, а те, что имеются, как правило, ненадежны в эксплуатации.

– Так, значит, строить высотки нельзя?

– Строить можно все и везде! Только к этому нужен профессиональный подход. В первую очередь ответственно выполнять инженерно-геологические изыскания. Это должны делать профессиональные организации, в которых работают специалисты, имеющие соответствующие знания и навыки.


Кто «бурит» карандашом?

– Разве проектировщики, строители не обращаются к геологам-изыскателям?

– К сожалению, сегодня к геологии отношение строителей, не в обиду им будет сказано, несерьезное. Это проблема всей России. Требования заказчика к ответственности выполняемых изыскательских работ опустились, увы, до нуля. Больной вопрос – тендеры, проведение которых стало основной бедой в изыскательской отрасли.

– Но считается, что тендеры – здоровая конкуренция, состязательность. Что в этом плохого?

– Плохо то, что несовершенный закон о государственных закупках, ценовой демпинг закрывают многим честным компаниям доступ к государственным заказам. Основными участниками электронных торгов чаще всего становятся организации, которые активно предлагают цены намного ниже экономически обоснованных – для них качество работ не имеет значения. При сложившейся системе государственных закупок, где основным критерием является только цена, такие «конторы» выигрывают контракты на сотни миллионов рублей с последующей их перепродажей. Поэтому сегодня идет массовая фальсификация инженерно-геологических изысканий. Заказчик стоит с «дулом пистолета» у виска, совершенно необоснованно требуя сокращения сроков, а главное, объемов выполнения изысканий: «Нам надо за месяц!» Что совершенно невозможно. Инженерная геология – сложная наука. У нас даже на лабораторное изучение грунтов, на определение тех же просадочных свойств уходит неделя. А для строительства нужен целый ряд исследований. И как тут сократить объемы и сроки? Возникает вопрос, что важно: скорость изыскательских работ или все-таки качество?

– Но ведь раньше тоже проводились инженерно-геологические исследования, и никто никого не торопил.

– Раньше такие работы проводились централизованно и выполнялись крупными научными проектно-изыскательскими институтами. После перестройки все они развалились. И сейчас изыскания выполняют частные компании. Некоторые из них хорошо оснащены, в них работают опытные геологи-изыскатели, включая выпускников нашей кафедры. За сорок лет она подготовила более тысячи специалистов, многие из которых входят в профессиональную элиту изыскателей Ростова и области. А есть компании, где изыскательские работы выполняются как раз «быстро». Нехватка профессионалов в таком важном деле – большая беда по сравнению с отсутствием ливневок в городе, замачиванием грунтов. Потому что в недобросовестных компаниях некомпетентные специалисты безответственно выполняют инженерно-геологические изыскания или, как говорят изыскатели, бурят карандашом.

– Это как?

– Если, допустим, под строительство десятиэтажного дома нужно пробурить как минимум четыре скважины глубиной 20-30 метров (в зависимости от масштаба здания, типа фундаментов и нагрузки на грунты), то такие компании могут пробурить одну скважину под дом, провести исследования, а остальные три – «дорисовать».


Нужны профессионалы

– Но, если всем известно, что у нас на определенных участках слабые грунты, которые не могут быть естественным основанием для каких-либо сооружений, как тогда строить?

– Например, использовать методы технической мелиорации. То есть применять специальные вещества, которые вводятся в грунтовый массив и формируют в них новые, более прочные структурные связи. В результате мы получаем грунты с заданными свойствами, так называемые искусственные основания, на которых возводим здания. К примеру, в Дубае используются методы уплотнения песков, которые позволяют строить небоскребы на искусственных основаниях. В Ростове тоже применяется такая методика. Но, опять же, все это должны выполнять специализированные компании.

– И тем не менее Ростов застраивается даже в центре, где с грунтами, прямо скажем, не очень.

– Как по уму надо бы поступить? Прежде всего, провести типизацию геологической среды города и на ее основе создать карту с обозначениями участков, где можно осуществлять высотное строительство, а где нельзя – там могут быть только зоны отдыха или малоэтажная застройка. Например, с осторожностью относиться к высотному строительству в береговой зоне. Обрушение лифта в элитном московском жилом комплексе «Алые паруса», например, специалисты-геологи связывают с достаточно высокими рисками возведения многоэтажных зданий на берегу реки. Так вот, у нас карта геологической среды была создана двадцать лет назад, но не получила применения. Конечно, сейчас она нуждается в обновлении. Ученые нашей кафедры вместе со студентами создали новые карты залегания уровня подземных вод. Но почему-то никто ими не интересуется. Хотя во всем мире такие карты существуют, ими пользуются при строительстве.

– Чем еще ученые вашей кафедры могут помочь строителям?

– Мы владеем методиками, с помощью которых можем рассчитать удельный вес каждого фактора, влияющего на возникновение опасных геологических процессов, загрязнения подземных вод, изменения свойств грунтов. Возьмем, к примеру, процесс переработки берегов. Что в этом процессе первично? Энергия волны, прочность пород, высота берега или наличие аккумулятивных наносов? Проведя соответствующие расчеты, мы можем сказать, что один из этих факторов является доминирующим (он определяет динамику процесса и риски, связанные с его развитием), остальные – второстепенны. В инженерной геологии действует принцип индивидуального подхода к каждому участку, на котором будет возводиться объект. Для этого существуют разные методики, которые применяются в изыскательских работах для строительства. А ими могут пользоваться только специалисты-профессионалы.