Донские журналисты прошли учебно-практические курсы по работе в кризисных ситуациях «Бастион».

«Бастион» — это межведомственный проект, 15 лет назад созданный Союзом журналистов Москвы, чтобы научить сотрудников СМИ выживать и эффективно работать в экстренных ситуациях: от пожара и наводнения до боевых действий. Поддержали проект агентство по делам печати РФ, министерства обороны, иностранных дел и внутренних дел России, МЧС, ФСБ, НАК и Росгвардия.

В числе слушателей 21-го по счету курса «Бастион», который проходил на полигоне Раевский под Новороссийском, были донские журналисты газет «Наше время» и «Шахтинские известия», а также оператор «Дон-24».


Не выполнить задание

Нас собралось со всей России почти сорок человек. Воинская часть 7-ой гвардейской десантно-штурмовой горной дивизии ВДВ столь внушительный табун журналистов встречала впервые. Компания на 21-м «Бастионе» действительно оказалась на редкость разношерстная. Выделялся десант из операторов «Russia Today» (RT), прошедших уже не одну горячую точку на планете, еще десяток человек — впервые присутствующие на «Бастионе» жители Донбасса. Остальные: корреспонденты газет и интернет-порталов, а также несколько сотрудников администраций, работающих с журналистами.

Программу для такого винегрета подобрали соответствующую. Лекцию главы департамента информации МИДа России сменяли рассказы известных журналистов о работе в Сирии и Нагорном Карабахе, а емкий инструктаж от Национальной антитеррористического комитета — воспоминания прошедших Чечню и Афганистан. 


Значительная часть обучения проходила в полевых условиях

Часть занятий — на полигоне, например, для наглядной демонстрации оперативниками МЧС правил поведения при пожаре, а по возвращению — встреча с их коллегами уже из центра экстренной психологической помощи, с которыми обсуждаем нюансы информирования пострадавших при ЧС. Росгвардия предпочла донести основные моменты работы журналистов при массовых беспорядках инсценированным «столкновением с футбольными фанатами», военные — устроили экспресс-курс молодого бойца. На десерт: ориентирование на местности — на всякий случай.

При этом из нас ни в коем случае не готовили спасателей, психологов и уж тем более военных. Основная мысль, которую пытались донести эксперты: «Мертвый репортер задание не выполнил» — циничная фраза самих же журналистов. Даже самый лучший кадр не стоит жизни. По словам одного из создателей «Бастиона» — первого секретаря Союза журналистов Москвы Людмилы Щербины, эти курсы и созданы для того, чтобы не допустить попадания в списки погибших сотрудников СМИ новых фамилий.

Попутно лекторы из всех ведомств проговаривали и обратный вариант, когда своими действиями журналист создает угрозу попавшим в чрезвычайную ситуацию и спасающим их людям. Таких примеров, к сожалению, в России тоже предостаточно.


«Боец, у тебя пневмоторакс!»

Первую доврачебную помощь нам преподавали два улыбчивых медика, которые при появлении теле- или фотокамер моментально натягивали балаклавы по самые глаза. Хирургических лайфаков не давали. Перетянуть артерии жгутом, наложить повязку, в том числе и при сквозном ранении грудины (пневмотораксе) и оперативно эвакуироваться в «зеленую зону» — в принципе, это все, что требуется от журналиста в экстремальных условиях. Приуныть не давала озвученная на первом же занятии информация: до 80% пострадавших при ЧС погибают в течение первого часа после ранений, и такие нехитрые (если уметь) действия позволяют их дотянуть до прибытия медиков, а значит — спасти.

Мы перетягивали друг друга, слушали пульс, терзали «Антона» — манекен для отработки искусственного дыхания — и обратно по кругу. Вроде научились, но когда на учебном полигоне перед армейским инструктором попытались повторить — получилось не очень.

 «Боец, у тебя пневмоторакс! — кричала белокурая майор медицинской службы лежащему на носилках солдату, тот начинал надсадно хрипеть. — Что вы ждете, он умирает! Всё, ты ранен плечо! — это неуклюже подползавшему журналисту. — Ваш коллега в опасности, на помощь, живее!». 

В общем, полегли мы все на полигоне — и взяли на заметку дальнейшую отработку навыков на домашних, включая кота.


Вербуются все

Отдельно стояли занятия с психологами и экспертами Московского центра защиты от стресса: прорабатывали не детские травмы, а способы защиты от манипуляций и возможной вербовки «деструктивными силами». Разведчиков из нас также не готовили, но учили замечать попытки завладеть вниманием, сбить с толку и перетянуть на свою сторону. 

Эксперты буквально на пальцах, шаг за шагом раскрывали механизмы, по которым нейтрально настроенный человек может за короткое время превратиться в безжалостного фанатика. И тут же, выбрав жертву из слушателей, демонстрировали озвученный прием: вовремя спохватиться удавалось не каждому.

Об угрозе «стокгольмского синдрома» рассказывал и председатель Союза писателей России полковник Николай Иванов, который описывал поведенческие нормы попавших в заложники на личном опыте. 

Далее нам предстояло прочувствовать это на собственной шкуре...

Продолжение следует...

 

Фото автора, пресс-службы ЮВО и участников курсов «Бастион»

Краснодарский край