День народного единства, даденный нам взамен годовщины Великой Октябрьской революции 7 ноября, по сути своей исторической концепции выпадал бы не на 4 ноября, когда не произошло практически ничего в 1612 году, а на 5 ноября, когда поляки, сидевшие в Москве, капитулировали.

Однако сверхзадачей этого нового пока еще праздника было не столько смысл соблюсти, сколько даты развести, оставив при этом ноябрьский праздник в качестве близкой нам красной даты календаря. Красной даты…

Ассоциации и сравнения, тем не менее, вновь и вновь увлекают нас в прошлое, чтобы понять, выиграли мы, сломав советскую империю, или все-таки проиграли. Так ли уж позарез надо было бежать из социалистического лагеря в либеральный беспредел, вырываться из советского тупика в капиталистический рай?

Очевидных ответов, похоже, нет. Хотя бы потому, что мы все равно застряли где-то на полпути — к «раю», конечно, а не беспределу. Бросаться из крайности в крайность для России как раз не проблема — достигается в один прыжок. Стоит только власти растеряться и утратить контроль над происходящим.

«Более ста лет прошло с тех пор, как Ленин опубликовал свой труд «Развитие капитализма в России», а капитализмом в России и не пахнет, — пишет в «Аргументах неделi» Владимир Пастухов. — Отправляя на свалку истории одну дикую экономическую систему, мы водрузили на ее место другую, еще более «самобытную». В основе капитализма лежат доверие, самоограничение и солидарность в экономическом классе. Капитализм — это система организованного доверия». Между тем, «Великая криминальная революция», по определению Станислава Говорухина, поставила во главу угла совсем иные категории: «Обман стал основным поведенческим стереотипом», а честность и порядочность превратились в «социальный атавизм», присущий неудачникам.

Но какова же цена успеха фартовых? Мы все дальше скатываемся к архаичной экономике, «основанной на примитивном торгашестве и воровстве».

Сам автор статьи прямо об этом не говорит, но очевидно, что в таких условиях экономический либерализм, подвергнутый критике теперь даже на Западе, нам не подходит вовсе. «Избыток «дикой воли», — считает Пастухов, — делает безальтернативным авторитарное правление. Сам себя не ограничишь, государство тебе поможет. Но тогда не жалуйся на бюрократию и коррупцию. Государственная опека — это пакетное предложение, в которое коррупция включена как нагрузка».

Замкнутый круг получается. Бизнес рвется к максимальной прибыли любой ценой. Чтобы остановить «вольницу», включается авторитаризм, а вместе с ним подключается и коррупционный механизм. Хуже того, присосавшись к материальной подпитке, этот механизм, все более усиливаясь, стремится к сохранению подобного положения вещей.

Именно поэтому олигархический капитализм 90-х сменился у нас на бюрократический капитализм, как это ни дико звучит, 21-го века. И обуздать его как систему, несмотря на все усилия президента и премьера, боюсь, не удастся. Что-то подправлять, подчищать, перенаправлять по-прежнему можно в основном только в режиме ручного управления. Хорошие законы, на которые уповает Дмитрий Медведев, не работают, потому что они в руках тех самых бюрократов, которые стали на сегодня фактически господствующим классом, и терять такое выгодное положение, очевидно, не собираются.

«Даже самый отъявленный карьерист советских времен все же связывал свое продвижение вверх по служебной лестнице с интересами и судьбой страны, и не ставил карьеру выше интересов государства. А сейчас мы уже имеем целое поколение служивого люда, который свою карьеру рассматривает только в материальной плоскости. И им абсолютно наплевать, что будет с государством, которое позволяет им делать эту карьеру. Это самый опасный симптом», — говорит писатель и главред «Литературной газеты» в интервью «Комсомольской правде».

«Советские карьеристы» — это отголоски еще той империи, которую заложил Петр Великий, все свои недюжинные силы приложивший к тому, чтобы его исконно вороватые сподвижники научились… нет, не жить честно, увы, но воровать «не с убытку, а с прибылей». То есть, чтобы было что урвать, надо было созидать. Советский Союз, пройдя сквозь пелену «мировой революции», не считавшейся с жертвами, успел-таки «протереть глаза» и вернуть державные стержни.

Либеральные комиссары управились быстрее и эффективнее, растоптав основы государства за неполные двадцать лет и отбросив его к устоям посадского кормления! Они едва не успели вообще «слить» Россию как единое целое. Но успели-таки привить ей раковую опухоль антигосударственности. Саркома еще операбельна, уверен, но вот патентованные пилюли уже не помогают. Это было ясно Евгению Примакову, но применить хирургию ему не позволили. А сейчас главврач нашей больницы — может, и неплохой, но терапевт.

«Если не произойдет никаких существенных перемен в сложившемся «коде» экономического поведения, российская экономика войдет в полосу перманентного кризиса, из которого ей не суждено уже выбраться, — мрачно пророчествует В. Пастухов. — Будет чуть лучше или чуть хуже, но уже никогда не будет хорошо. Россия будет плестись в хвосте мировой экономики, переживая вместе с ней превратности ее судьбы и увеличивая свое технологическое отставание…»

Впрочем, одно и то же можно видеть по-разному. Вот, например, своего рода позиция, известная в свое время как «Россия, ты сдурела!» (вопль демократов, проигравших «первые демократические выборы»). Некий Константин из Пензы, майор в отставке (чьей, кстати, армии?): «Раньше, если клиент не шел в заведение, то меняли не кровати, а личный состав. Может быть, и нам, чтобы реформировать страну, заменить народ?» (из опроса «АН»). А для кого страну реформируем? Если для «клиента», то логика в этом есть. Только в России в таких случаях избавлялись от хозяев «заведения», поставивших страну в неудобное положение.

Тем не менее, «личный состав» нынче действительно не подготовлен. Помните недавние протесты европейских фермеров против низких закупочных цен на молоко? Их сплоченные акции бесили буржуазные правительства, но им-таки пришлось раскошелиться на субсидии. А у нас ведь почти то же самое положение в сельском хозяйстве — и ничего! Народ виноват? Только в том, что эпоха социализма отучила его от борьбы за права трудящихся. И теперь надо начинать с самого начала.

Вот еще мнение Юрия Полякова, высказанное в интервью уже «Известиям»: «Большинство россиян, привыкнув к ценностям «сувенирной демократии», так и не приняли нового социального устройства страны и не смирились с чудовищным расслоением, не ведомым ни одной из «цивилизованных стран», на которые мы равняемся так, что аж трещат геополитические позвонки.

Моисей сорок лет водил свой народ по пустыне, чтобы соплеменники забыли, как сытно жили в Египте… Нас уже без малого двадцать лет водят по зыбучим пескам монетаризма и барханам бюджетного предпринимательства, но скудные социальные гарантии и относительное равноправие советского социума еще в памяти десятков миллионов…

Однако, чем глубже экономический кризис, тем ясней историческая память народа! И поверьте мне (ведь писатель — это социальный соглядатай): та нелюбовь, которую советские люди испытывали к партократам, — всего лишь легкое раздражение в сравнении с тем, что сегодня большинство испытывает к обитателям Рубляндии и ее филиалов по всей стране. А ТВ, как нарочно, опять взахлеб сообщает о новом российском миллиардере в списке «Форбса». Так в 30-е годы прошлого века «Правда» торжествовала по поводу пуска новой ГЭС».

Вот такое писательское сравнение — на мой взгляд, очень яркое. И что же мы имеем в итоге болезненных социально-экономических пертурбаций?

«Социализм уже был практической реальностью в России, в СССР в ХХ веке. При этом он был качественно разным — в том числе с деформациями и репрессиями, единовластием генеральных секретарей, — пишет ведущий научный сотрудник Института философии РАН Вадим Семёнов. — Но советское общество при всех недостатках, которые никто не отрицает, в целом было действительно более трудовым, успешным, прогрессивным, более народным и социально справедливым, чем нынешнее российское общество» («ЛГ»).

Безусловно, советский строй нуждался в серьезном реформировании («Другой альтернативы у нас нет», как говаривал Горбачёв), но никак не в расформировании. А если кто-то считает, что все эти постсоветские годы мы двигались в правильном направлении, подумайте, почему главная задача — модернизации страны — так до сих пор и стоит, как вкопанная. Получается, что, принеся столько жертв и наплодив олигархов — «ничего не предпринимающих предпринимателей», мы ни на шаг не продвинулись вперед…