Так вышло, что первую информацию из оздоровительного лагеря «Дон» Туапсинского района я получил со стороны «потерпевших». Чеченские пользователи сети Интернет, ссылаясь на рассказ чеченского омбудсмена Нурди Нухажиева, рассказали следующее:

«Заместитель директора оздоровительного лагеря Борис Усольцев вечером 24 июля в пьяном виде подошел к трем отдыхавшим во дворе подросткам из Чечни и стал, бранясь, их избивать. Один из избитых мальчиков проходил курс реабилитации после операции.

По рассказам местных жителей, заместитель директора лагеря Усольцев Борис ранее служил в Чеченской Республике по контракту во время двух военных кампаний. «Я вас давил в Чечне и здесь буду давить», — с такими словами он избивал мальчишек из Чеченской Республики. На защиту ребят встал воспитатель группы Гиназов Руслан, тренер юношеской сборной Чеченской Республики, которому пришлось силой остановить мужчину.

Отец предполагаемого инициатора драки, директор лагеря Михаил Усольцев, попросил воспитателей никому не сообщать об этом, на что те согласились. Однако спустя какое­-то время сам директор вернулся со вторым сыном и толпой из 300 — 400 человек из числа местных жителей, вооруженных железными прутьями, и устроил в своем заведении настоящий погром».

Триста­-четыреста местных жителей, гоняющихся с железными прутьями за чеченскими детьми, — картинка, прямо скажем, нереальная, поверить в которую практически невозможно. Но многие пользователи интернета поверили. И начали говорить о бесчеловечности русских, казаков, то и дело восклицая: «Дети-то в чем виноваты?».

Потом появились сомневающиеся, которые директора лагеря знают лично (многие там отдыхали) и прежде таких эскапад за ним не замечали. Более того, выяснилось, что в лагере «Дон» чеченских детей отдыхало около 400, тогда как прочих — в частности, из Ростовской области — 100. Слабо верится, что директор лагеря заманил к себе подростков из Чечни, чтобы потом устроить на них охоту.

А скоро стала известна и другая версия событий.

«Замдиректора лагеря Борис Усольцев обходил корпуса и услышал мужские голоса в спальне девочек. Открыв дверь, он увидел, как трое 15–16­летних парней избивают 14-­летнюю девочку, приехавшую из Ростова. Они к ней приставали, обзывали, и она дала одному из них пощечину. И ей тут же врезали кулаком по лицу. В этот момент и зашел Усольцев, который, конечно, не сдержался и начал защищать ростовчанку. Завязалась драка. В результате у воспитателя оказался сломан нос и несколько ребер.

После этого оказавшиеся поблизости от лагеря местные жители, хорошо знавшие Усольцева, вошли в лагерь и устроили драку, в которой пострадали жители Чечни». 

Надо заметить, что на размещенных в интернете фотографиях изображены люди, которым и 14, и 17 лет дать сложно. Местные очевидцы говорили о 18 — 20-­летних парнях… И, конечно же, опять не обошлось без негативных высказываний в адрес чеченцев в целом, их поведения в быту и на отдыхе.

Разные версии событий, разные комментарии. В одной версии пьяный мужчина пристает к ребенку после операции, и избиение перерастает в массовую драку. О том, что сам воспитатель был сильно избит, скромно умалчивается. В другой — трое парней избивают девчонку — словно бы и одного почти взрослого борца из сборной республики для этого не хватило… А маховик взаимной неприязни раскручивается…

На днях я как раз был на базе отдыха в Туапсинском районе, куда приезжали два больших автобуса из Чечни. В первом были молодые ребята, лет 18 — 22. С бородками, в черных майках, они все время «кучковались» у главного входа. Вели себя вполне пристойно, разве что эта постоянная скученность, нехарактерная для отдыхающих. Еще играли там же в футбол — не слишком оглядываясь по сторонам; но и мячом, который лупили изо всей силы, ни в кого постороннего на моих глазах не попали. Хотя могли и попасть. А еще у одного парня мне запомнилась майка с надписью «Осторожно — чеченец» на спине…

Подонки приставали к девушке и избили ее — какая разница, какой они национальности? Они должны быть наказаны, и сурово. Пьяный мужчина бросился бить детей — имеет ли значение, какой национальности мужчина, а какой — дети?

Только вот дело в том, что и у нас, и тем более на Кавказе понятие «свой» слишком много значит. «Своему» можно простить, за «своего» нужно вступиться. И ведь правильно! И прощать нужно, и вступаться. Только до какого предела?

Может быть, стоит активнее пропагандировать такое хорошее понятие, как интернационализм? И не только на словах, но и на деле? Пришедшая на смену интернационализму «толерантность» как-то уж слишком сильно смахивает на призыв терпеть.

Только вот интернационализм непременно должен быть обоюдным. Все мы должны быть «своими» друг для друга. Иначе — никак. Вместе нам жить в любом случае…