Вот и дожили мы до очередного праздника. И готовы приступить к четырехдневному отдыху по случаю… А вот по какому случаю, это вам далеко не каждый объяснит.

У моих коллег стало хорошим тоном всякий раз в канун Дня народного единства, отмечаемого 4 ноября, проводить опросы в попытках выяснить, насколько же глубоко наши граждане прониклись идеей дарованной им несколько лет назад  новой табельной даты. Я опросов не проводил: достаточно того, что многие из моих друзей — народ вполне просвещенный — впадали в легкий ступор, пытаясь привязать 4 ноября к конкретному судьбоносному событию.

Про новые российские официальные  праздники, увы, пока можно сказать только одно: взялись ниоткуда и продолжают быть непонятно про что. Тот же завтрашний День народного единства мало того, что завязан на весьма спорную в историческом отношении дату окончания Смутного времени XV века, так еще почти каждому ясно, что придуман для того, чтобы заменить собой 7 ноября, — день социалистической революции. Который и праздновать в стране разгулявшегося капитализма вроде как и не пристало, но и не отмечать вовсе тоже духу не хватает.

Хотя отчего не праздновать? Или то, что произошло в России 7 ноября 1917 года, не изменило лицо мира?  Вон у французов тоже немало претензий к своей революции 1789 года, оказавшейся не менее, если не более кровавой, чем наша Октябрьская. Однако дата 14 июля — День взятия Бастилии — как была национальным праздником, так и остается им уже на протяжении 220 с лишним лет. И весь мир французскую революцию уважительно называет Великой. И ничего!

Если же говорить о современных событиях, так же, как и Октябрь 17­го, радикально повлиявших на ход истории, то разве август 1991 года менее значим в этом отношении? Будем называть вещи своими именами: тогда, 19 лет назад, тоже грянула революция, после которой жизнь на огромных пространствах нашей планеты потекла совсем по другим руслам. Однако у нас отмечается маловнятный день принятия Декларации о государственном суверенитете России 12 июня (что за суверенитет, по отношению к чему?), тогда как 22 августа — день победы демократии в противостоянии с ГКЧП — скромно именуется Днем российского флага и хотя и числится в праздничных, но статуса государственного не получил.

А 4 ноября меж тем стали рождаться совсем иные традиции. И вряд ли они могут радовать граждан и власть. Имеются в виду все эти «русские марши» и прочие скандальные националистические аттракционы, которыми едва ли не с самого начала стал отличаться этот день. В Ростове, к счастью, это ощущается не так сильно (хотя и здесь националистическое давление год от года возрастает). Но перешагните северную границу области — и размах  сборищ доморощенных шовинистов способен неприятно поразить. В этот день они, собравшись под сенью «имперских» черно­белых с золотом стягов, вскидывают правую руку в известном салюте и самозабвенно возглашают: «Россия для русских!», «Москва для москвичей!» ­ и тому подобные заклинания…

Иными словами, опустевшую после августа 1991 года нишу должным идеологическим продуктом заполнить так и не удалось — и ее оперативно заняли националисты со своими барабанами. Всем остальным достался лишний выходной. А тем, кто постарше, — еще и воспоминания о 7 ноября, когда, что там ни говори, но при всей официальной трескотне каждый из нас чувствовал величие  своей страны. Удивительной страны, которой люди гордились, даже не принимая царившие в ней порядки… От того времени нам в наследство остались День Победы да еще, пожалуй, День космонавтики — 12 апреля следующего года исполняется как раз полвека полету Юрия Гагарина. Вот эти праздники навязывать и толковать никакой власти и в голову не придет: народ давно принял их сердцем — без всяких дарованных свыше выходных.

Появится ли нечто подобное в новой России? Будем надеяться, что да. Иначе о каком поступательном развитии можно говорить? Только произойдет это после того, как расслоение общества — это неизбежное следствие всякой революции — закончится и уступит место обратному процессу — консолидации. Хоть и считается, что вещи эти объективные, от воли власти и граждан не зависящие, но кое­что в этом направлении обе стороны сделать все­таки способны.

И прежде всего — не совершать глупостей. Иначе так и оставаться нам с «днями народных выходных» вместо праздников.