Сейчас многие ругают наше телевидение. Вот и я не могу в последнее время смотреть некоторые телевизионные каналы. Возможно, мне заметят — это возрастное: раньше и трава была зеленее, и небо голубее. Но оказывается, я не одинок. Как-­то зашел разговор в редакции с одним из наших молодых журналистов: «Я смотрю только утром с 7.30 до 8.30, когда собираюсь на работу, и вечером в 9 часов новости», — заметил он.

Молодежь недовольна тем, что транслируется на современном экране: мало интересного, активного и продвинутого. А меня достало смакование чужой беды и пуб­личное полоскание грязного белья, даже с кружавчиками.

Часто для заманухи(?) пишут — «прямой эфир», а перед этим анонсом показывают нарезку кадров, которые будут в «прямой» передаче.

В самом начале 60-­х я работал на телевидении. Тогда еще не было видеомагнитофонов, и все, что транслировалось из студии, кроме кинопленки, было в прямом эфире. Однажды транслировали концертную программу, в которой был номер «женщина-­змея». Я стоял за телекамерой и старательно панорамировал изгибы артистки, передавая её пластику. В один из моментов у меня в кадре оказалась часть тела, где спина теряет свое благородное название. Я дернул камеру, чтобы сменить картинку, поскольку посчитал, что такая картинка будет неэтична для телезрителя, и заработал тут же в наушники замечание с пульта от режиссера за рывки камеры в эфире.

Сейчас у телевизионщиков считается, чем больше таких мест ниже пояса на экране, тем выше рейтинг передачи…

Надоели одни и те же лица на всех каналах. То он скандалит с «розовой кофточкой», то плачет в Израиле, то счастливый молодой отец в Майами, в «маленькой резиденции» за несколько миллионов долларов из шести спален с бассейном и полем для гольфа…

Некоторые телеруководители, видимо, понимают, что происходит что­то не то. Уже в сериалах про хороших полицейских начинают серию с завязки, где человек, не выдержав «веселых» передач, расстреливает из ружья свой собственный телевизор.

Специалисты давно говорят, что нам необходимо общественное телевидение. Вот и президент России Дмитрий Медведев высказался по этому поводу.

Модели общественного телевидения хорошо известны — материально такое телевидение может обеспечиваться гражданами: с них в обязательном порядке ежемесячно взимают абонентскую плату (таким образом существует британская компания BBC, его почитатели платят «налог» на каждый телевизор в доме). Если зритель не желает платить вовремя, его наказывают достаточно высоким штрафом. Или же общественное ТВ может быть полностью оплачено государством (так работает канадская вещательная корпорация CBC, на содержание которого каждый год выделяется один и тот же неизменный процент бюджетных денег). Кроме того, общественное телевидение может получать деньги сразу из нескольких источников: таким образом финансируется американская компания PBS, которой платят не только зрители, но и Конгресс США, а также крупные корпорации, поддерживающие тот или иной проект телевидения. Только захотят ли наши граждане выделять свои рубли на какое­то «правильное» телевидение? Значит, существующее — «неправильное»? Кстати, был у нас такой канал ОРТ, и расшифровывалось это как Общественное российское телевидение.

 А может быть, проще пойти по пути США? Там есть канал, который называется «Сплетни». Тебе интересно, что Басков и Волочкова объявили себя парой? Или на ком женился Чубайс? А может быть, любопытно, как «звезда», которая в шоке, отметила день рождения своего сына? Включай такой канал и смотри до посинения. А если нет, то помни, что власть телевизора имеет границы — его всегда можно выключить.