«Ломоносовы» с айфонами

Как ни оценивай эффективность ЕГЭ, нельзя не признать, что эта форма проверки знаний отразила решительные изменения в содержании нашего образования. Изменилось и отношение вступающего в жизнь поколения к учебе, к выбору своего дела. О плюсах, что принес с собой ЕГЭ, сказано достаточно. Это прежде всего выросшая доступность высшего образования, что в свою очередь стимулирует пресловутое «стирание граней», о котором у нас не устают твердить аж с советских времен.


Только вот вместе с гранями почему-то стирается и тускнеет само образование. У молодых людей меркнет, а то и напрочь исчезает стремление к знаниям, хиреет способность мыслить самостоятельно и оригинально. Сегодня уже невозможно представить себе Ломоносова, пришедшего с северов в Москву за ученостью. Нынче в суетную нашу столицу пешком не бредут. Приезжают и прилетают с айфонами, набитыми всезнающим «гуглом», в руках. И стремятся совсем за другим...

Причин тому несколько. Одна из них – слом сознания, что принесли с собой революционные потрясения 90-х годов. Сейчас самостоятельную жизнь начинают те, кто родился уже в новой России – в стране победившего капитализма. Для них СССР со всей его историей, идеалами и верой в бесклассовый рай – чуть ли не далекая старина. Да и для многих их родителей те времена – не более чем смутные воспоминания красногалстучного детства.

Девяностые прошлись катком и по одним, и по другим, лишив наивных надежд, загасив благородные порывы, заразив вульгарным меркантилизмом. Вот ведь как: хотели построить общество без классов, а построили – без идеалов. У массы народу все жизненные устремления свелись к желанию получать легкие деньги, не заморачиваясь ни знаниями, ни профессией. И вот эти эрзац-идеалы закрепляются уже во втором поколении. Мало-помалу набирается сил общество профессиональных потребителей – довольно нелепая пародия на американский образ жизни.


Пароход современности опять на мели

В какой-то момент наша система среднего образования сильно напоминала безумный хор, где каждый затягивает милую только ему песню. В одной школе изучают мировую художественную культуру, в другой вместо этого вводят некую валеологию – так называемую науку о здоровом образе жизни...

В пользу валеологии даже знакомство с литературой пытались свести к беглому изучению зарубежных произведений для детей. Или – «проходили» только лучших из лучших отечественных литераторов. Но определенных произвольно – в соответствии со вкусом автора очередного учебника и преподавателя, этот учебник выбравшего. Тогда оказывалось, что лучший поэт ХХ столетия – Михаил Кузьмин, а лучший писатель – Андрей Белый. Остальных с парохода современности, надо понимать, следовало скинуть, и пусть себе барахтаются где-то в тине мелкого шрифта.

Есть школы, где налегают исключительно на математику, презрительно отвергая гуманитарные «сантименты». В других, напротив, игнорируют математику, а заодно и все естественные науки, пребывая в убеждении, что будущим журналистам, филологам и юристам грубый материализм точных дисциплин не понадобится.

По-своему поучительна история с изучением иностранного языка. Его поначалу в стандарты включить позабыли. В пору учебы сына в школе мне даже на полном серьезе объясняли, что ученикам вполне достаточно знать, что такой язык существует. Но потом спохватились и кинулись в другую крайность, заставляя шестиклассников зубрить дурацкие стишки из якобы оксфордских учебников английского. Хотя стиль и построение фраз в этих источниках знаний выдавали легендарную одесскую Малую Арнаутскую. Ведь там, по уверениям классиков, и создаются все подделки.

Зато теперь имеем агрессию англицизмов, когда страна начинает петь, изъясняться и даже ругаться на ломаном-переломанном английском. «Кастинг проводит менеджер по скаутингу»… Такую дивную фразу услышал недавно на одной из местных радиостанций. Речь шла о наборе молодых дарований в некую школу стиля. Из пяти слов три – попугайский английский, сменивший на наших просторах хрестоматийное «смешение французского с нижегородским». Впрочем, язык – это отдельная больная тема. Хотя что, как не язык, ярче всего иллюстрирует состояние умов и душ?

Интересно, что, ратуя в вопросах обучения за полную свободу, граничащую с анархией, организаторы и вдохновители нашего образования безошибочно вычисляли и оперативно устраняли те учебные заведения, где действительно царил дух подлинной свободы, а образование не заменялось образованщиной.

Показательна в этом отношении судьба знаковой для Ростова гимназии юных исследователей, которую все ее выпускники зовут по прежнему наименованию лицеем. Совсем недавно ее фактически закрыли, слив это уникальное учебное заведение, чьи питомцы свободно поступали в любые вузы, с одной из городских школ. Резоны при этом выдвигались чисто экономические: содержание компактной муниципальной гимназии не укладывалось в нормативы подушевого финансирования. Но получилось так, что закрыли то, что выделялось «лица необщим выраженьем», – гимназию, на протяжении 20 лет определявшую счастливую судьбу нескольких поколений ее выпускников, гордо называющих себя лицеистами. Сегодня славную гимназию пытаются возродить – но уже как частное учебное заведение. У государства, муниципалитета сохранять реальные ценности, похоже, нет ни сил, ни желания. И подобные грустные истории не для одного Ростова характерны. Тенденция приняла поистине всероссийский размах

Так, в борениях с метаниями совершенно упускаются суть и роль образования. Теряется понимание самого смысла этого слова – исконно русского, в отличие от множества реформаторских терминов. Образование – то, что образует личность, формирует человека разумного. Это фундамент, на котором только и можно потом строить специализацию в расчете получить настоящего мастера своего дела. Но известно, что случается, если без конца ломать и перестраивать фундамент.


Заветам Вральмана верны?

Система образования по идее должна быть консервативна. В этом залог благополучия и стабильности общества. А вместо этого ее реформируют, а точнее, деформируют по всему фронту. Пресловутые тесты ЕГЭ требуют не столько знаний и умения мыслить, сколько натаскивания и некоторого везения. И что бы там ни заявлял бывший министр образования, а ныне помощник президента и один из творцов образовательной реформы Андрей Фурсенко, одна только подготовка к сдаче такого экзамена переворачивает с ног на голову весь учебный процесс, лишая учебу изначального смысла.

Изрядно охладев к Америке, мы тем не менее продолжаем гнуть и ломать свою школу в попытках втиснуть ее в заморские стандарты. Меж тем Китай, взяв за основу советскую систему образования, очевидно и безусловно преуспел. Мы же целей, провозглашенных образовательной реформой, фатально не достигаем! Только катастрофически подрывается престиж образования вообще. И самое печальное, что поднять его пока никакими мерами не удается. Разве репрессии в отношении большого числа вузов помогли нам избавиться от наплыва «левых» университетов и институтов, готовых торговать дипломами за деньги? Последний громкий скандал с «учебой без учебы», на днях преданный гласности нашими коллегами с телеканала «Россия», - лишь малая часть многозвенной порочной цепи.

Ищут и никак не могут найти себя университеты, получившие ко многому обязывающий титул федеральных. На заре своего рождения их определили как вузы «инновационно-предпринимательского типа». Но что кроется за таким определением, не может пояснить никто. Даже сам нынешний премьер-министр в свое время затруднился объяснить ростовским журналистам, чем в этом смысле новый ЮФУ будет отличаться от прежнего РГУ.

Пока на выходе реформы имеем конгломерат произвольно собранных в один федеральный университет разнопрофильных вузов. Они путаются друг у друга под ногами, то и дело дублируя образовательные и научные направления. Соответственно, и специалисты у такой системы получаются «инновационно-предпринимательские».

Парадокс: юристов, экономистов — явное перепроизводство, а профессионалы — в дефиците. Имеем человека с дипломом, натасканного со школьных лет только на то, что «пригодится в жизни», и с таким крошечным кругозором приходящего в профессию, либо воспитанного по принципу «любой каприз за ваши деньги» и свято убежденного, что профессионала делает «бабло», «мани». И уж точно не учеба, не развитие творческого мышления, не высокий уровень культуры.

Последний в массе своей выше уровня телефонных смс и интернетовского «Твиттера» не поднимается. Одна, от силы две строчки короткого текста – и все. Налицо предпосылки к полному «запору» мысли с последующим «ожирением» умов и сердец. Куда уж тут до ярких идей и свершений! Для них ведь «много букофф» требуется, а имеющегося запаса у многих сегодня куда меньше, чем даже у прославленной Эллочки-людоедки. Впрочем, наши изрядно отреформированные домашние «оксфорды» с «кембриджами» выпускают скорее не Эллочек, а Митрофанушек. Для тех, кто не помнит: это герой комедии «Недоросль». Пьеса Фонвизина, вот уже почти триста лет не сходящая со сцены, стала частью русской культуры. Было время, поставили по фонвизинскому шедевру мюзикл – на удивление удачный. Бард Юлий Ким написал либретто, музыку и стихи. Смотрел, смеялся, но запомнил даже не отрока Митрофана, а его учителя — немца Вральмана. Сей наставник лихо распевал куплеты, которые я бы назвал квинтэссенцией нынешних образовательных новшеств. Судите сами:


Митрофанхен, друг мой,

сфетик,

Ты послушай старишка:

Никакой грамматик

или арифметик

Не нужны твоей башка.


Прочтите при случае весь текст Кима и, думаю, вы придете к определенным выводам. Если мы не хотим превращения нашей России в госкорпорацию «Митрофан Лимитед», от заветов «старишка» Вральмана надо срочно отказываться. Вспомнить, что образование у нас значится в числе национальных приоритетов, и не поскупиться для достижения поставленных целей. Вложения в образование – это, пожалуй, единственное, что всегда дает стопроцентную отдачу. Не будет их – только и останется, что распевать, глотая слезы:

Ваш страна - особый случай,

Разобраться мудрено:

Кто у вас ушитель,

кто обычный кучер –

Или это все одно?


P.S. Вы могли бы задать вопрос: почему эти заметки, которые выходят в канун Дня России, посвящены такой далеко не праздничной теме? Могли бы... Но, наверное, не спросите, если хотя бы раз задумывались, чем сильна страна и от чего и от кого зависит ее судьба.