Ушли за грань и там остались

И реплики о загнивающих нравах Европы в ответ на это проявление «свободы слова» здесь вряд ли уместны: рядовые европейцы так же шокированы очередной выходкой эпатажных художников. Ведь еще в январе этого года миллионы из них вышли в поддержку издания с плакатами Je suis Charlie (фр.: Я – Шарли) после расстрела коллектива журнала мусульманскими фанатиками за публикацию карикатуры на Магомета. Почему-то они, защитники журнала, были твердо уверены: дальше глумления над политиками, религией и известными общественными организациями «Шарли» не пойдет – куда ж еще? А журналисты показали, куда…

А почему бы и нет? Вспомните – следующий же после расстрела номер издания, бывшего еще пару недель назад на грани банкротства, разошелся, как горячие пирожки, в миллионных экземплярах. Но спустя полгода ажиотаж вокруг «Шарли» начал спадать, а тут как раз и тема актуальная, и образ узнаваемый.

И тут стоило бы не ужасаться «их нравам», а сделать соответствующие выводы. Так, еще за сутки до публикации карикатуры на погибшего мальчика с журналистами «Шарли» с удовольствием сравнивали себя организаторы выставки «Скульптуры, которых мы не видим» в московском «Манеже». Там те же религиозные фанатики (на этот раз православные) ворвались в зал со «ставшими уже классикой скульптурами эпохи гаражного нон-комформизма 50-60гг.» и навели страху. Аналогия, к слову, так себе: и «погром» на поверку оказался словесным скандалом с изъятием одного из экспонатов с изображением Христа более чем эротического содержания, и РПЦ от этих «православных» с ужасом открестилась. Но сравнение оказалось коммерчески выгодным – работы участников выставки резко возросли в цене. А то, что поводом для нашествия фанатиков стали изображения христианских святых в непотребном виде – дык у нас же свобода слова и самовыражения: «Во имя этого ж «Шарли» умирал!» И тут – excusez-moi!– такой конфуз.

…Но вы уверены, что в России эти борцы за свободы рано или поздно не докатятся до выходки «Шарли»? Я – нет. Ибо при всей омерзительности картинки с трехлетним Айланом у поклонников журнала, развращенных его вседозволенностью до окончательной потери моральных ценностей, есть оправдание и этому рисунку: «Это сарказм, образно раскрывающий общеизвестную проблему». И ведь действительно, проблема, которую «бичует» последний выпуск «Шарли», более чем актуальна – Европу заполонили мигранты. В такой ситуации можно по-разному относиться к беженцам: сочувствовать или опасаться, делиться последним или поплотнее закрывать дверь. Тем более что в отличие от «гостей Ростовской области» европейцы столкнулись с лавиной скорее переселенцев. У нас в палаточных лагерях жили испуганные женщины с детьми и старики, а там все больше деловитые мужчины 20-45 лет, знающие свои права и панически боящиеся стандартной процедуры дактилоскопии. 

Но глумиться за этот «дискомфорт» над погибшим малышом – это уже за гранью добра и зла. По-моему, эту границу журналисты «Шарли Эбдо» перешли именно тогда, когда впервые позволили себе глумиться над чувствами окружающих и не получили за это по морде.