Мысли по поводу дня рождения Иосифа Сталина

Эх, раз, еще раз: ошибка крокодила Гены

Недавно Россия отметила день рождения Иосифа Виссарионовича Сталина. Пишу «недавно», потому что дата рождения вождя окружена ореолом таинственности. Помните знаменитую песенку крокодила Гены: «К сожаленью, день рожденья только раз в году»? Так вот: Геннадий Крокодилович сильно ошибся в своих расчетах.

При жизни руководителя Страны Советов сообщалось, что он появился на свет 21 декабря 1879 года. Однако после смерти Сталина всплыли любопытные подробности. В метрической книге Успенской церкви города Гори сохранилась запись о том, что 6 декабря 1878 года у православных христиан Виссариона и Екатерины Джугашвили родился сын, названный Иосифом. Та же дата указана и в свидетельстве об окончании Иосифом Джугашвили Горийского духовного училища, а позднее - и в архиве полицейского ведомства России. А жандармы - народ пунктуальный... Выходит, с «поправкой на ветер», что Сталин родился 19 декабря 1878 года.
 
Вопрос: на кой шут «отцу народов» вздумалось менять дату рождения? Внятного ответа историки до сих пор не нашли. Наука пока не в курсе дела. Хотя это - не единственный случай подобной «шифровки». Так, дорогой наш Леонид Ильич, который Брежнев, на самом деле родился не 19 декабря 1906 года, как наивно считает прогрессивное и регрессивное человечество, а... 1 января 1907-го (что зафиксировано в материалах его личного дела)! Но тут с переносом все понятно. День рождения  совпадает с Новым годом, и посему то ли сам генсек, то ли коллективный разум Политбюро решил: два великих праздника в один день не потянуть даже привычному к обильным возлияниям русскому народу (тем более водка при Ильиче стоила дешево).

А вот Сталин соорудил задачку, над которой придется ломать головы не одному поколению историков…


Любит – не любит, плюнет – поцелует…

Но оставим историкам историково, обратимся к личности Сталина. Отношение к Иосифу Виссарионовичу меняется в нашем обществе с такой частотой, что становится тревожно за психическую вменяемость этого самого общества. Понятно, что при жизни вождь считался чуть ли не наместником бога на земле, иконы в виде плакатов и молитвы в виде песен окружали советского человека с первых лет жизни. Во время похорон «отца народов»  народ рыдал, некоторых скорбящих задавили насмерть в толпе. В ГУЛАГе, правда, уход Усатого Гуталинщика отмечался радостными торжествами в бараках. Затем мумию Иосифа Виссарионовича подселили в мавзолей - под бок к Владимиру Ильичу. 

Далее случилось страшное: Никита Сергеевич Хрущев на ХХ съезде КПСС открыл общественности глаза: оказалось, что Сталин - бездарь, тиран, кровопийца и за малым не пожиратель младенцев. А народу искусственно был навязан «культ личности» этого злодея. Вскоре и сам Никита отличился расстрелом рабочей демонстрации в Новочеркасске, и его пинком согнал с трона Брежнев. При Леониде Ильиче и его скоропостижных последователях авторитет Сталина начали постепенно восстанавливать, его образ стал появляться в военных фильмах-эпопеях. Еще чуть - и деяния генералиссимуса вошли бы в школьные учебники.

Но грянула горбачевская перестройка, и мы узнали о вожде столько, что хрущевские разоблачения по сравнению с этим воспринимались как хвалебные песнопения.

Казалось, финиш: все «устаканилось» навечно. Но - снова здорово! Сегодня популярность «отца народов» среди россиян растет феноменальными темпами. В 2011 году по опросам ВЦИОМ о любви и симпатиях к Сталину заявили 32% наших граждан, через два года число поклонников генералиссимуса составило 36%, а недавно из опросов Левада-центра выяснилось, что действия Сталина поддерживают уже более половины граждан России — 52%.

Что ж опять творится, громадяне? Как прикажете вас понимать?!


Пламенный контрреволюционер

Профессор-советолог Кайл Доусон убежден, что «рост популярности Сталина - это запрос на «сильную руку». Но есть и другая причина: постепенный отход от диких мифов хрущевщины и «перестройщины», появление серьезных исследований сталинской эпохи, объективных статистических данных и т.д. 

Нет, и сегодня ни сам Сталин, ни его методы не вызывают у меня особых симпатий. Я не тоскую по сильной руке, сжимающей мне горло. Однако для меня неприемлема также ложь многих «поборников истины», которые лепят из «отца народов» припадочного недоумка, страдавшего манией преследования и уничтожавшего всех подряд. 

О Сталине и сталинизме будут спорить долго - если не вечно. Но в день рождения «несвятого Иосифа» мне хотелось бы сказать о том, о чем не принято распространяться ни среди обличителей, ни в среде защитников «отца народов». 

Сталин не был идейным наследником большевизма. Он был его идейным противником. По мнению ряда историков, старые большевики тормозили развитие страны. Эпоха разрушителей прошла,  нужны были созидатели. И уничтожение косной партийно-советской верхушки, по Сталину, было задачей первостепенной. Как и идеологически-культурная контрреволюция, возвращение традиционной системы ценностей. 

Эту контрреволюцию отмечали и «левые», и «правые». Троцкий в книге «Преданная революция» (1936) возмущался «сталинской» конституцией, которая провозгласила равенство всех граждан и отменила «классовый подход». А ведь еще недавно вузы принимали в основном детей пролетариата и беднейшего крестьянства. Критиковал Лейба Давидович и создание «рабочей аристократии» - передовиков производства, трактористов, комбайнеров, зажиточных крестьян, которые «имеют собственных коров и свиней»... 

Большевики пытались уничтожить институт семьи, «семейный очаг», авторитет родителей, отделить детей от семьи и воспитывать их в коллективе. Многие социальные эксперименты «пламенных революционеров» граничили с маразмом. Это надо было остановить, иначе стране пришел бы крах. И Сталин ломал «экспериментаторов» через колено: реабилитировал семью, остановил гонения на церковь, восстановил казачество и офицерский корпус, объявил священными нацию, родину, отечество, даже вернул народу елку…

Этому аплодировали многие эмигранты, надеясь на возрождение великой России. В том же 1936-м историк-эмигрант Георгий Федотов в статье «Сталинократия» радостно отмечал: «Это настоящая контрреволюция, проводимая сверху». По мнению Федотова, Россия возрождалась материально, технически, культурно: «Никогда еще влияние Пушкина в России не было столь широким. Народ впервые нашел своего поэта. Через него он открывает собственную свою историю». Отсюда и оправдание антибольшевистских репрессий: «В России не прекращаются аресты, ссылки, а то и расстрелы членов коммунистической партии. Правда, происходит это под флагом борьбы с остатками троцкистов... Но под троцкизмом понимается вообще революционный, классовый или интернациональный социализм...»

Свою политику Сталин проводил варварски, репрессии нередко были неоправданными, били по невинным людям, коллективизация, индустриализация внедрялись кровавым способом. Однако, несмотря ни на что, Сталин был «державником». На первом месте для него стояли интересы страны. Этого никому не оспорить. Неудивительно, что под влияние личности вождя попадали многие умные, талантливые, честные и благородные люди: Михаил Булгаков, Борис Пастернак, Константин Симонов - всех не перечислить. «Для меня Сталин - Бог», - сказал когда-то Константин Рокоссовский (маршал, которому перед войной выбили зубы в гулаговских застенках). 


Выпьем за Родину, выпьем за Сталина?

В год 70-летия Великой Победы нельзя умолчать и о том, что сегодня «либеральные» идеологи пытаются полностью отрицать роль Верховного Главнокомандующего СССР в победе над фашизмом. Дескать, победил не Сталин, а «советский народ». Зато все ошибки в войне приписываются именно «тирану». Между тем совершенно ясно, что основные операции вооруженных сил координируются исключительно через Верховного Главнокомандующего, обязательно утверждаются Центром. Это - азбука военного дела. Разумеется, Сталин как Верховный Главнокомандующий и руководитель СССР совершил ряд серьезных ошибок, стоивших стране очень дорого. Но и в победах нашей армии есть его немалая заслуга.

Нам рассказывают, что Сталин «уничтожил талантливый советский генералитет» и поэтому-де чуть не проиграл войну. Но вот слова фельдмаршала Паулюса на Нюрнбергском суде: «Советская военная стратегия оказалась настолько выше нашей, что я вряд ли мог понадобиться русским хотя бы для того, чтобы преподавать в школе унтер-офицеров. Лучшее тому доказательство – исход битвы на Волге, в результате которой я оказался в плену, а также и то, что все эти господа сидят вот здесь на скамье подсудимых».

Отдельной строкой - о народе. Нигде и никогда в истории народ сам по себе войну не выигрывал. Ему обязательно нужен национальный лидер, талантливый полководец. Это все равно что сказать: Наполеон ровно ничего не значил - побеждал французский народ! Суворов - жалкий старикашка! Побеждал не он, а русский народ! При всем кажущемся уважении к народу на самом деле это — мерзость.

Сталинскую эпоху можно назвать великой и ужасной. Как и вождя, которому она обязана своим названием. Но справедливость требует от нас не впадать в крайности. «Отец народов» совершил много страшных вещей - это правда. Как правда и то, что он превратил аграрную полуграмотную страну в великое развитое государство буквально за одно десятилетие, и это помогло СССР выстоять в самой страшной войне за всю историю человечества. 

И я поднимаю бокал в память об Иосифе Виссарионовиче. Какая бы она ни была, эта память, но Сталина, несомненно, можно назвать великим человеком. Великим созидателем? Великим злодеем? Каждый из нас волен выбирать.                                                                                                 


P.S. 21 декабря пензенские коммунисты торжественно открыли в городе «Центр Сталина» (который в пику Ельцин-центру в Екатеринбурге уже называют Сталин-центром). Под аккомпанемент советских песен гостей угощали грузинским вином и дарили репринтные номера газеты «Правда» 1945 года. 

Открытие «Центра Сталина» подвергли критике правозащитники. «Это опасно. Манипулируя разными образами Сталина и образами Великой Отечественной войны, эти люди могут поймать большое количество душ», - заявил глава общества «Мемориал» Арсений Рогинский. По его мнению, Сталин воспринимается как символ сильного и мощного государства, а то, что Сталин и вся его политика античеловечны, остается для людей второстепенным.