Я хочу поставить себе памятник. Маленький, можно даже почти тщедушный, но чтоб величественность от этого не пострадала. Нескромно, но я прям заслужила.

Нет, мир я не спасла. Не нашла и лекарство от рака. Даже старушку через дорогу не перевела. Но ощущение, что героический подвиг все же совершила, есть. Я наконец-то оформила все документы, чтобы устроить свою двухлетнюю дочь в детский сад. 

Эпопея длилась почти два месяца. Два месяца отсутствия талонов для записи к врачам, докторов, которые почему-то именно летом ходят в отпуска, часовых очередей, пациентов, которые без очереди. С горем пополам все специалисты были пройдены, попутно сделана прививка против кори вкупе с краснухой и паротитом. Я уже предвкушала близкую победу. И тут неожиданно выяснилось, что надо еще сдать ворох анализов и сделать манту. Результат туберкулинодиагностики этого года непременно должен быть записан в садиковую историю болезни. Почему участковый педиатр в начале всех мытарств не упомянула об этом, ограничившись лишь указанием обойти докторов по списку, не знаю. Может, запамятовала, хотя я честно предупредила, что понятия не имею, что нужно делать при устройстве в садик. Конечно, виновата сама. Могла бы посмотреть в интернете. Там информация есть и на этот случай жизни. Но я давно зареклась медицину и интернет не смешивать – доверять только тому, что скажет доктор. Иначе у себя можно такие заболевания обнаружить, с такими последствиями…

Анализы тоже было сдать непросто. Особо туго далась кровь из пальца. В лаборатории нашей детской поликлиники ввели систему талонов – записи на определенное время. Хотели как лучше, чтоб очередей и скандалов не было. У тебя талон на 8.24 – вот к этому времени и приходи спокойно. Немного не вышло. Все равно толпа, кого-то сами врачи отправляют на срочный анализ и не дают талонов, кто-то опоздал, кто-то с грудничком…

Но самым знаменательным стал последний день эпопеи. Я рассчитывала прийти с ребенком к началу приема педиатра – 8.00. Быстро приложить линейку к ручке, записать результаты манту и анализов в историю и бежать на работу. Полтора часа мы только просидели в очереди к врачу. Выяснилось, что сейчас записать в садиковую медицинскую карту нам никто ничего не может – в этот раз доктор принимает с другой медсестрой, которая не имеет отношения к нашему участку. А «наша» будет только с 11.00. Впрочем, манту нам все же измерили и нужные графы в истории заполнили. И тут же педиатр радостно отправила нас на последнюю прививку от полиомиелита – вакцина в поликлинике появилась. Под процедурным кабинетом мы отсидели еще одну очередь длиною в час. В последний момент случайно выяснилось, что прививать дочку сейчас никак нельзя – с предыдущей вакцинации прошло буквально недели две вместо необходимого месяца. На обе прививки нас направила один и тот же педиатр, уже весьма возрастная дама. 

Я прекрасно понимаю, что врачей в поликлиниках не хватает. Молодые специалисты туда идут работать неохотно. Вот и приходится держаться за докторов старой закалки. Оставляют желать лучшего и условия труда. Одних бумажек на каждого пациента нужно тонны исписать – в компьютерный-то век. На прием ежедневно приходят десятки человек. Немудрено запутаться в лицах и именах, невозможно вспомнить, кого из них ты направлял на прививку целых две недели назад. Но не глянуть в историю болезни и назначить двухлетнему ребенку одну из самых тяжелых вакцин, не выдержав положенный между прививками срок, все же вопиющая невнимательность.

Скандалить, сообщать, куда следует, не стала. Решила: обошлось – и хорошо. А потом задумалась, может, напрасно я так поступила? У нас обошлось, а пронесет ли другого маленького пациента? И поняла, что поступила именно так не из благих помышлений – не доносить на человека, который просто совершил ошибку по невнимательности. А от банального нежелания связываться с официальными инстанциями, которое укоренилось во мне уж слишком глубоко.

Спросила друзей, знакомых, оказалось, и они стараются обходить всевозможные инстанции десятой дорогой. Оттягивают визит в какое-нибудь «управление» до последнего. Почему? Раздражает и трата времени в очередях, и беготня за бумажкой на бумажку. Но больше всего стараются избежать общения с людьми в кабинетах: «Один вопрос приходится раза по три задавать, чтобы ответ наконец услышать. Зачастую смотрят будто сквозь тебя. Деловые все такие, а ты домой к ним без приглашения пришел и отвлекаешь». Знакомо, правда? Выходишь иногда из очередного кабинета и чувствуешь себя прям по Достоевскому, маленьким человеком, права не имеющим… 

Мои приключения в тот день на процедурном кабинете не закончились. Была еще парочка напрасных очередей, каждая длиною в час и больше. Одна из них к заведующей на подпись всех документов – последняя инстанция. Специальной заведующей по детским садикам. Раньше этим занимались обычные заведующие, которых в нашей поликлинике две или три, потом выделили отдельного человека. С кабинетом и часами приема…