«Крепкая Рука» – друг индейцев и казаков

Неизвестная война

Каждый россиянин знает о Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. Однако есть и неизвестная война 1930-х годов, в ходе которой наши соотечественники разгромили германскую военную машину и принесли славу русскому оружию. Она началась за девять лет до нападения гитлеровской Германии на СССР – правда, в другом полушарии. Конфликт этот получил название Чакская война между Боливией и Парагваем и считается самым кровавым на континенте за весь ХХ век.

Но ежели война велась между Парагваем и Боливией, при каких делах в ней Россия и Германия?

А вот тут начинается самое интересное…

Куда приводят находки на чердаке

История наша завязывается, пожалуй, много раньше, в начале 1880-х, в уездном городе Гдове Санкт-Петербургской губернии, когда мальчик из семьи потомственного военного Ваня Беляев, роясь на чердаке, нашел книгу о Парагвае вместе с картами этой страны. Особенно его поразило экзотическое название столицы – Асунсьон. Ваня интересовался индейской культурой и историей ещё с семи лет благодаря Фенимору Куперу и Майн Риду, но Асунсьон занял в его душе особое место.

Затем был Санкт-Петербургский кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище, Первая мировая война, где Беляев получил тяжёлое ранение, заслужил Георгиевский крест и участвовал в Брусиловском прорыве. В гражданскую принял сторону белых, вступил в Добровольческую армию Врангеля, с остатками которой эмигрировал в 1920 году из Новороссийска в Болгарию, а затем уже туда, куда его влекло с детства – в Южную Америку. Сначала судьба закинула его в Аргентину. Однако преподавание французского языка в школе Буэнос-Айреса Беляева не прельщало, и вскоре он переехал в тот самый романтический Асунсьон…

Увы, реальность оказалась прозаичнее: «Асунсьон походил на небольшой губернский город, вроде Владикавказа; когда я прибыл сюда, в столице было всего пять автомобилей…».

Беляев не был первым русским, попавшим в Парагвай. За два года до него здесь появились первые поселения казаков, тоже бежавших из России. Но казаки казаками, и Иван Тимофеевич был крупным военным спецом (в гражданскую – главный инспектор всей врангелевской артиллерии), к тому же замечательным учёным-географом. Такой специалист парагвайскому руководству был необходим как воздух. И вот почему…

Предводитель клана Тигров

С начала XIX века многие страны Южной Америки стали избавляться от колониального господства европейских государств. Независимость – это хорошо; однако новые страны тут же принялись выкраивать себе территории побольше и со всей страстью драться за них с соседями. Так вспыхнула Парагвайская война, или Война Тройственного союза, где против Парагвая выступили Бразилия, Аргентина и Уругвай. Разборки длились с 1864 по 1870 годы. В результате Парагвай потерпел чудовищное поражение, потерял более 70% населения и превратился в одну из самых отсталых стран на континенте.

Таким он оставался и в начале ХХ века, когда сюда прибыл Иван Беляев. Поначалу правительство Парагвая задействовало русского эмигранта не только как военного, но и как географа, этнографа, антрополога и лингвиста. В октябре 1924 года его отправили по заданию Министерства обороны Парагвая для исследования малоизученной местности и проведения топографической съёмки труднопроходимого района Чако-Бореаль в междуречье рек Парагвай и Пилькомайо. Совершив 13 экспедиций с группой русских офицеров, Беляев изучил географию, этнографию, климатологию и биологию Чако, быт, культуру, языки и религии местных индейцев. Он составил первые словари местных языков – испанско-мака и испанско-чамамоко, разобрался в структуре индейских племён.

А главное, русский генерал завоевал огромный авторитет среди местных индейцев. Они присвоили ему имя Алебук («Крепкая рука») и выбрали касиком (главой) клана Тигров.

Но почему дикой местностью размером с Францию заинтересовалось именно Министерство обороны? Дело в том, что у Парагвая появился новый опасный соперник – соседняя Боливия, которая решила захватить парагвайскую часть Чако, где якобы имелись крупные месторождения нефти. Осуществи Боливия свой план, и Парагвай сократился бы на треть…

А силы были неравными: к 1930 году население Боливии составляло 2 млн 150 тысяч человек против 800 тысяч в Парагвае.

«Вставай, страна индейская, Вставай на смертный бой…»

Результаты экспедиций Беляева оказались бесценными в период Чакской войны, которая вспыхнула 15 июня 1932 года между Парагваем и Боливией и продлилась три года. Вообще-то обе страны десятилетиями не могли толком поделить Чако, да и не очень старались: местность сухая и холмистая, болотистая, в значительной части покрытая непроходимой сельвой – не особо лакомый кусок… Однако когда в боливийском Чако нашли нефть, соседи парагвайцев логично решили, что месторождения «чёрного золота» наличествуют и в парагвайской части края. Война стала попросту неизбежной…

Боливийцы не сомневались в своей скорой победе. Мало того, что в живой силе они превосходили Парагвай в три с половиной раза, по количеству крупнокалиберных пулемётов – почти в шесть раз, автоматического стрелкового оружия – в два с лишним раза, винтовок – в четыре раза, самолетов – в три с половиной раза (60 единиц против 17). Главное – их армией командовал генерал-майор Ганс Кундт, выпускник Военной академии германского генерального штаба. В Первую мировую Кундт успешно командовал полком, затем бригадой, дослужился до генерала. Став главнокомандующим войсками Боливии, Кундт не сомневался в победе. Под его началом служили также 120 отлично подготовленных германских офицеров-эмигрантов (полковник Кайзер, капитаны Брандт, фон Криес и другие). Генерал называл предстоящую войну «увеселительной прогулкой», а армию противника «босоногой».

И действительно, 15 июня 1932 года боливийские войска внезапно атаковали парагвайские форты Карлос Антонио Лопес, Корралес и ряд других, находившихся в глубине Чако. Сопротивление парагвайцев было быстро смято. Затем пал и ключевой пункт обороны – Бокерон. Победа Боливии казалась неизбежной, Парагвай уже ничто не спасёт.

И тут власти Парагвая предложили русским офицерам-эмигрантам принять парагвайское гражданство и поступить на военную службу. Русские, обсудив ситуацию, решили: «Сегодня Парагвай – это страна, которая приютила нас с любовью, и она переживает тяжелые времена. Это же наша вторая родина, и она нуждается в нашей помощи. Ведь мы же боевые офицеры!» В армию Парагвая добровольцами вступили от 70 до 100 русских офицеров.

Генеральный штаб парагвайской армии возглавил Иван Беляев, что неудивительно: до начала войны он занимал должность начальника военного училища в Асунсьоне. Так что, по большому счёту, Чакская война свелась к масштабному столкновению германской и русской военной мысли. Тем более Кундт и Беляев во время Первой мировой уже сражались друг против друга на одном фронте.

Именно деятельность Ивана Тимофеевича – и научная, и военная – сыграла решающую роль в победе парагвайцев над боливийцами. У парагвайской армии оказались на руках подробные карты местности, составленные русским военным, а главное – союзничество здешних индейцев, 50 тысяч которых вступили в ряды вооружённых сил Парагвая – на первых порах босоногие и с одними лишь мачете. Можно с уверенностью сказать, что только участие русских офицеров смогло превратить десятки тысяч мобилизованных парагвайских крестьян в настоящую боеспособную армию.

Майор Николай Корсаков, обучая военному делу конный полк, перевел на испанский язык песни русских кавалеристов. Полковники Николай и Сергей Эрны строили фортификационные сооружения, да так, что первый из них очень скоро стал парагвайским генералом. Капитан Юрий Бутлеров, майоры Николай Чирков и Николай Зимовский, капитан 1-го ранга Всеволод Канонников, барон Константин Унгерн фон Штернберг – в одном очерке всех не перечислить.

Профессионализм русских офицеров позволил создать боеспособную парагвайскую армию и достичь перелома в войне. Одним из решающих сражений стал штурм парагвайского форта Нанава. Вернее, штурмов было несколько. Генерал Кундт не без оснований считал, что падение форта обеспечит Боливии полную победу в войне. На его беду, Беляев давно уже предусмотрел этот ход – ещё до начала военных действий. И когда 10 января 1933 года боливийские войска при поддержке трех эскадрилий бомбардировщиков начали штурм, их встретили массированные укрепления, минные поля и колючая проволока. Кроме того, воздушные атаки практически провалились: бомбы были сброшены на ложные артиллерийские орудия из стволов пальм, искусно подготовленные под руководством Беляева и Эрна. За десять дней боёв парагвайцы потеряли убитыми 248 человек, а боливийцы – свыше 2000 человек.

Новый штурм форта боливийские войска предприняли 6 июля 1933 года. На этот раз они бросили в бой  два огромных семитонных танка «Виккерс» под управлением немецких капитанов Брандта и фон Криеса. С воздуха атаку поддерживали десять бомбардировщиков. Впереди наступавших колонн шли огнемётчики. Увы, оба танка были подбиты, а восемь атак боливийцев захлебнулись. Всего у Нанавы Боливия потеряла 4000 бойцов, а Парагвай перешёл в наступление. Кундт был отстранён от командования боливийскими войсками.

Вспомним их поимённо…

А в конце 1933 года по инициативе Ивана Беляева и его брата Николая в Париже был создан «Колонизационный центр по организации иммиграции в Парагвай», который начал вербовку бывших белогвардейцев в парагвайскую армию. Почетным председателем центра был избран Африкан Петрович Богаевский – последний атаман Всевеликого войска Донского, избранный на донской земле. И уже в апреле 1934 года из Марселя в Южную Америку отправился первый пароход, на борту которого было около 100 бывших белоказаков, которые влились в ряды парагвайской армии. Это движение стало массовым, и, по некоторым сведениям, в 1934 году против Боливии сражалось около 3000 русских эмигрантов, прежде всего – казаки.

Чакская война окончилась полным поражением Боливии 10 июня 1935 года. Парагвай потерял убитыми 30 тысяч человек, Боливия – 60 тысяч.

Парагвайские власти высоко оценили участие русских в защите этой страны. Переселенцы получили гражданство, свободу вероисповедания, национальные школы, сохранили казачьи обычаи, общинное владение землёй и другие преимущества.

К сожалению, часть русских в Чакской войне погибла. Парагвай свято чтит память этих героев. В столице напоминают о славных русских офицерах улицы Teniente Kanonnikoff (лейтенанта Канонникова), Capitan Nicolas Blinoff (Николая Блинова), улица Colonel Butleroff (полковник Бутлеров) и т.д. Именами русских военных и казаков названы улицы и в других парагвайских городах. Более 100 русских добровольцев получили высокие правительственные награды. Памятник русским воинам стоит на перекрестке у площади Federacion Rusa (Российской Федерации). Особо отмечен героизм Василия Федоровича Орефьева-Серебрякова, казака станицы Арчадинской, бывшего есаула Донского казачьего войска. Имя этого отважного казака увековечили улица Basilio Serebriakoff в Асунсьоне и город Fortin Serebriakoff (форт Серебрякова) на северо-западе страны.

А что же Иван Тимофеевич Беляев? Долгие годы он оставался ректором Военной академии, потом служил верховным комиссаром по делам индейцев. Когда генерал умер 19 января 1957 года в Асунсьоне, Парагвай на три дня погрузился в общенациональный траур. В почётном карауле у гроба стоял президент страны. При отпевании индейцы пели «Отче наш», переведённый Беляевым на их язык. И похоронен генерал на индейских территориях, как он и завещал.

Отдадим же и мы честь нашим соотечественникам. Это и наша история.