Директором избрали Александра Алексеевича Касьянова. Вот уже добрый десяток лет успешно работают. Касьянов уверен: именно за счет личной ответственности каждого из четверых и понимания того, что если сегодня не получат прибыли, завтра не будет предприятия.

Как укореняется семейственность

Александр Касьянов сегодня имеет то, о чем по нашим временам многие сельские семьи могут только мечтать. Живет вместе со своими детьми. С Дальнего Востока вернулись зять с дочкой и шестилетним внуком, из Ростова приехали сын с невесткой и полуторагодовалой внучкой. Правда, невестка — горожанка, и надолго задерживаться в селе явно не намерена, но Александр Алексеевич и не настаивает. Мол, как сложится, так и будет. А пока рад и тому, что видит их всех, и с молодыми в хозяйстве сподручнее. Такие люди, как Касьянов, село на город никогда не поменяют. И его жена, Наталья Петровна, из того же теста. Она — и зоотехник, и ветврач, и учетчик, и дома коровку держит, — свое молоко всегда на столе. И готовить успевает, и печь, и разносолы у нее припасены на любой вкус.

— В общем, тыл у меня обеспечен, — говорит Касьянов. — Правда, семейственность на производстве — дело тонкое. Такой тандем: муж директор — жена подчиненная, иногда со стороны очень странно выглядит. Моя Наталья может в кабинет влететь со словами «Ты меня достал. Почему с кормами задержка?» А если б чужой дядька директором был?

Александр Алексеевич при этом улыбается, очень довольный, и по всему видно, что такая семейственность ему нравится, и он готов ее укреплять и развивать дальше. Большие виды у него на внука, который, как и он, — Александр Алексеевич.

— Дед, выходит, ты — это я, а я — это ты? — говорит с удивлением шестилетний Саша.

Наверное, Касьянову именно этого и хочется.

Почему Касьянов не сдается

Александру Алексеевичу — 52 года, а стажа у него, причем чисто сельского, — 35 лет. Ему трудовую книжку колхозный кадровик в 13 лет завела, когда он летом за конюха работал. Народ на шелкопряде — очень по тем временам модный «бизнес» был, а Александр — на подвозе. С этой же трудовой он и в колхоз пришел, работал водителем, механизатором, учетчиком, бригадиром, инженером. Касьянов никакого сельского труда не чурался, бывало, бригадиром и скот пас. А что делать? Трактор поломался, корм привезти нечем, коровы ревут, заведующая вся в слезах: откуда молоко, когда скотина голодная?

Ворота открыл — и вперед. Так что Касьянов из тех начальников, с которыми не слукавишь: везде работал, все знает, сколько времени надо, чтобы задание выполнить. Работники, а их в ТНВ 62 человека, в шутку ему иногда пеняют: у тебя не схалтуришь! А иначе не обиходить 3200 гектар пашни и молочное стадо. Здесь еще и свиней «для своих» держат: в горячую пору рабочих обедами кормят, потом — кому свадьбу сыграть, кому юбилей, тоже, считайте, по себестоимости мясо выписывают.

— В селе очень важны стабильный уклад жизни и защищенность человека. Так было и до перестройки, так должно быть и теперь, — уверен Александр Алексеевич. — Не надо забывать, что вокруг нас — люди. Вот и должны мы, руководители таких вот товариществ, на вере, по совести отвечать за то, как вокруг нас народ живет. Не только о рабочих заботиться, но и о пайщиках, сдавших свою землю в аренду ТНВ.

К примеру, такая ситуация, которая породила в иных хозяйствах много конфликтов между собственниками земли и арендаторами. Раньше налог на землю платил арендатор. Теперь закон его от этой обязанности освободил, это обязали делать собственников.

В конкретном случае несколько десятков пайщиков сами должны были ехать в райцентр, чтобы уплатить налог. Более того: по составленным ранее договорам выходило так, что от уплаты налога арендатора освободили, а плату за арендованную землю он собственнику платил как прежде. В некоторых предприятиях была она чуть больше этого самого налога. Фактически владелец земли ни с чем оставался: землю в аренду отдал, плату получил и тут же отдал ее на уплату налога. Где справедливость?

— Мы сами предложили людям налог за них платить, увеличили арендную плату. Нашли вариант, удобный и нам, и людям, и, между прочим, бюджет не обижен: платежи поступают в полном объеме и в срок. О будущем надо думать: сегодня я — директор, завтра — обычный рядовой пенсионер. Я же отсюда никуда не уеду! И будут мне люди выговаривать за все проблемы, которые я мог решить, а не захотел…

Человек, который вырос в хуторе, проработал в нем всю жизнь и хочет людям прямо в глаза смотреть, имеет свой взгляд и на некоторые коммерческие проблемы. Во многих территориях пруды, которые еще при советской власти создавались, выкуплены и чуть ли не огорожены: ни искупаться, ни рыбу половить просто так, бесплатно, там нельзя. А вот уголок живой природы, оформленный в собственность «Касьянова и К», всем доступен. Пруд зарыбили, и ловят толстолобика килограммов по 25, щука попадается по 9 килограммов. Рабочие после смены остаются рыбалить. Хорошо с работы вернуться с уловом! И отдых у костра замечательный.

Хорошая цена лучше субсидии

В прошлом году ТНВ «Касьянов и К» получило урожай озимых 42 центнера с гектара. Для белокалитвинских земель — очень даже неплохой результат.

И это при том, что здесь пока предпочтение отдают дедовским методам. Осенью — пашут, зато на следующий год обходятся без гербицидов. Касьянов уверен, если 4 года поработать плугом — все сорняки уходят. Чтобы на модные нынче ресурсосберегающие технологии перейти — надо иметь технику, средства на гербициды, а главное, куда потом девать высокие урожаи? Сейчас головная боль селян — снижение себестоимости своей продукции. Потому что фактически многие хозяйства в прошлом году остались с убытками. И никакие субсидии здесь не помогают.

— По-хорошему, лучше всяких субсидий — цена на нашу продукцию. Но государство нам ее не гарантирует! — восклицает Касьянов. — Зато сколько чиновников над оформлением этих субсидий трудятся, и сколько драгоценного времени, порой в горячую пору, сельхозпроизводители теряют, не считая расходов на бензин! Упростить бы эту процедуру — всем бы выгода была. Почему по Интернету нельзя отчитаться? Вот из нашего хутора Семимаячного съездить в город — километров 60, так что туда-обратно, плюс очередь выстоять, полдня минимум.

Крутимся, как можем. Нам бы немного понимания со стороны правительства: ведь это мы даем людям в селе рабочие места! Ведь это за счет наших налогов живут сельские территории. Про малый бизнес в городах, который в основном на услугах держится, говорят на всех уровнях. Мол, создаем средний класс. А ведь фермеры, собственники предприятий — производители сельхозпродукции, это и есть сельский средний класс. И чтобы его позиции укрепить, достаточно дотировать его продукцию в трудные годы, когда нет цены на зерно.

Зачем пошел в депутаты?

При всей своей занятости подался директор ТНВ «Касьянов и К» в депутаты районного собрания. И на прошедших выборах победил соперника — шахтера из Синегорки с солидным преимуществом.

Надо сказать, что нынешний март заставил многих руководителей сельхозпредприятий и фермеров бороться за депутатский мандат. Видно, пришла пора осмысления: без их хозяйского глаза жизнь в родном хуторе наладить будет сложно.

— У нас автомобиль «скорой помощи» — 1999 года выпуска: металлолом. Автобусу, который возит народ в Белую Калитву, — 12 лет. Чтобы молодым расписаться и штамп в паспорте поставить — тоже в город едут. Мы оторваны от жизни. Стал депутатом, буду стараться что-то изменить. Здесь, в хуторах и поселках нашего сельского поселения, много людей, которые так же думают…