12-летняя жительница одного из поселений Белокалитвинского района на седьмом месяце беременности!

О том, что ждет ребенка, девочка узнала лишь на минувшей неделе. Ни о чем не догадывались ни ее приемные родители, ни учителя, ни соседи.

Шокирующий вердикт о 25 неделях беременности вынес врач-гинеколог, к которому девочку привезли на осмотр прямо из школы.

Если опекуны, голося, вопрошали: «Как такое может быть?», врач негодовал: «Как такое могли не заметить?», то следователей интересовало в первую очередь: «Кто такое сотворил с ребенком?»

На сегодняшний день все три вопроса остаются без официальных ответов. А вот благодаря сарафанному радио факт беременности молниеносно оброс жуткими подробностями. В ходе собственного расследования мы попытались, насколько это возможно, отделить зерна от плевел.

Беременная девочка воспитывается в неродной семье с 2007 года. Ее в девятилетнем возрасте взяла под опеку бездетная хуторская пара. Вскоре опекуны взяли на воспитание еще двух детей — мальчиков восьми и тринадцати лет, а в этом году семья удочерила грудную девочку.

Мы попытались поговорить о случившемся с приемной мамой девочки. Женщина средних лет, ухоженная, здоровый цвет лица, аккуратная стрижка, маникюр. В общем, версия о ее беспробудном алкоголизме отпала.

— Я ничего не буду вам объяснять, — отрезала женщина. — О нас ничего худого никто из честных людей не скажет, а насчет сплетен чудовищных, так муж адвоката нанял, вот с ним и разговаривайте!

— Где сейчас девочка и остальные дети?

— Девочку увезли в областную больницу, мальчишек забрали в Центр на Заречном, — расплакалась женщина. — Хорошо хоть малышку оставили, пойду я, дите одно дома.

Ничего плохого о многодетной семье действительно не смогли вспомнить ни соседи, ни местный участковый. Может быть, потому, что в поселке семейство обосновалось всего год назад.

— Глава семьи много лет назад был осужден за кражу, отбыл наказание, и судимость погашена, — заверил участковый. — Претензий у милиции к данному гражданину больше никаких не было. Работает в школе кочегаром. Характеризуется по месту работы положительно. 

— Все в шоке и от беременности девочки, а еще пуще от подозрений в адрес ее опекуна, — поведала соседка. — Не верит никто и в то, что детей взяли они ради пенсии. Глава семьи работает как крот — он и кочегар, и водитель — вон у него «Газель-тент» своя — овощи возит, фрукты. Хозяйственный, во дворе порядок, да и так: какой инструмент у него муж ни попросит, все есть. Жена у него не работает, так ведь грудничок на руках и по дому же работы сколько по уходу за тремя другими детками. Дети все опрятные, одеваются хорошо. Про скандалы или обиды между детьми и родителями мы ни разу не слышали. С девочкой, конечно, — горе, но нельзя же все на первого подвернувшегося валить!

— А рядом с девочкой вы никого подозрительного не замечали или может видели, что гуляет одна поздно?

— Да нет, детки хоть и из разных семей, но в стайку сбились, вместе в школу, из школы.

Кстати, о школе: как там не заметили, что с девочкой, мягко скажем, что-то не так?

— ЧП, конечно, небывалое, — посетовала директор учебного заведения. — Но вины учителей в произошедшем нет. Девочка ушла на летние каникулы 25 мая, и на тот момент, если верить медикам, она еще не была беременной. В поведении ребенка тоже не было никаких странностей. Училась хорошо — с одной четверкой по математике, прогулов не было, перепадов настроения тоже. С одноклассниками общалась нормально, как и все дети, баловалась на переменах. После каникул учителя также не заметили в девочке ничего необычного. Веселый, общительный ребенок. Никаких жалоб и нареканий.

— Но ведь срок беременности не месяц, а семь! Как можно было не заметить большой живот?

— Девочка плотного телосложения, в ее возрасте все детки за каникулы быстро растут и поправляются. Мы думали, что она просто пополнела, ведь даже в голову не могла прийти мысль, что ребенок вынашивает ребенка! До последнего школьница посещала уроки физкультуры, выполняла возрастные нормативы. Единственная жалоба у девочки была на расстройство желудка в начале октября, мы сообщили об этом родителям, они, насколько мне известно, возили ребенка к хирургу глотать зонд. Вернулись, заверили, что ничего серьезного, только диету ей порекомендовали.

Как же открылась правда? На одном из уроков школьницу начало сильно тошнить. Кроме обильной рвоты, ее беспокоили рези в животе. Учительница, испугавшись, что у ребенка приступ аппендицита, не раздумывая, послала техничку за поселковым фельдшером. Пропальпировав живот девочки, медик сразу поняла, что к чему, и велела везти ребенка в город к гинекологу.

Осмотрев школьницу, врач подтвердил догадки поселкового фельдшера. Затем, согласно требованиям законодательства, сообщил о факте беременности малолетней пациентки в правоохранительные органы.

После посещения врача опекун с женой и девочкой, как ни в чем не бывало, вернулись в поселок, даже в школу зашли за портфелем и домашними заданиями.

— Мы даже решили, что произошла ошибка, — продолжает директор. – И девочка не беременна, раз «родители» и она сама вели себя так спокойно. Это уж потом милиция приехала. В обвинения верится с трудом, ведь «родители» так заботились о детях, на каждое собрание ходили, поведением и отметками интересовались!

Но ведь и в тихом омуте черти водятся, жива еще память о лестных характеристиках Чикатило… Остается надеяться, что следствие разберется, кто в этой истории — бедная овечка, а кто волк в овечьей шкуре. Пока же достоверно известно только, что правоохранительными органами возбуждено уголовное дело по части 2-й статьи 134-й УК РФ: «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста». Основным подозреваемым по делу проходит опекун девочки. Почему дело возбуждено не по 131-й статье — «Изнасилование», и почему опекун потерпевшей на свободе?

— Следствие не располагает данными, что в отношении девочки было применено сексуальное насилие, — пояснил следователь Белокалитвинского ОВД В. В. Губарев. — По крайней мере, девочка это отрицает. Однако мы проверим эту версию. Потерпевшая дает весьма путанные объяснения случившемуся. (Из неофициальных источников стало известно, что девочка якобы вначале говорила о неизвестном дяде, который играл с ней в доктора в заброшенном хуторском доме, потом заявляла о тех же «играх» с опекуном. — прим. авт.). Доказательств вины подозреваемого у нас пока нет, поэтому мера пресечения в отношении него не избрана. Кроме того, опекун в качестве прямого доказательства своей непричастности к случившемуся с девочкой сам предложил провести тест на определение отцовства. Образцы ДНК взяты, через пару недель мы получим результаты. Есть и другие подозреваемые по делу, но в интересах следствия их имена не разглашаются.

— Известно, что следствие проверяло версию сексуальных домогательств и в отношении опекаемых мальчиков. Что вы можете сказать об их здоровье?

— Обоих мальчиков обследовали соответствующие специалисты, с ними работают психологи. Данных, что дети вступали в сексуальные отношения с кем-либо, нет. Однако до конца следствия мальчики останутся в реабилитационном Центре.

Что же ждет детей после суда над опекуном, если таковой будет? Даже если он окажется не причастным к произошедшему с девочкой, наверняка его лишат опекунства, и дети отправятся в детский дом. Ведь налицо ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию ребенка. Мало того, что девочку не уберегли, так еще и долгое время ничего не замечали! Интересно, а куда смотрели органы опеки, которые обязаны контролировать как социально-бытовые условия жизни отданного под опеку ребенка, так и его физическое и эмоциональное здоровье?