Что известно о Егорлыкской за пределами станицы? Ну, может быть, то, что здесь есть школа олимпийского резерва, воспитавшая для России чемпионов мирового уровня по гандболу. Еще станицу «прославил» битумный завод, отравляющий жителей ядовитыми испарениями. К сожалению. Такие вот разные информационные поводы…

«Калейдоскопичной» вышла и встреча с жителями станицы в декабре. С корреспондентами «Нашего времени» люди общались с разными целями. Кто-то просил о помощи, кто-то просто отводил душу, высказывая наболевшее. Многие говорили о детях.

«Надо кормить детей, поэтому закрываю свой бизнес». «Помогите моему ребенку!». «Мы-то ладно, а вот детей жалко». «Теперь растить детей сложно».

Показалось, что это — преобладающий мотив. Впрочем, судить вам, дорогие читатели.

Не повезло со страной

Предприниматель Сергей Савченко держит небольшой магазинчик. Торгует тем, что нужно каждый день: хлеб, молоко, прочие продукты, химия для дома. Но будет точнее сказать, что у Савченко был магазинчик. Или «пока есть». Сергей Иванович прикидывает так и эдак, но вывод получается один: в связи с повышением страховых взносов, помноженным на другие «особенности национального бизнеса», его делу не выжить. 

— Я умею считать. Мне нет смысла работать. Я в минусе. В этом государстве выгоднее быть пустым местом. ИП очень сильно отличается от физлица — такой человек хуже, чем другие.

Сергей Иванович удивляется: почему магазин с одним продавцом площадью 30 квадратных метров должен платить за коммунальные услуги так, будто он — промышленное предприятие? Савченко платит за электричество 1,96 рубля за киловатт-час как потребитель, как предприниматель — 4,60 рубля. Та же ситуация — с газом и с водой.

— Еще один нюанс нашей светлой жизни — проверки, — продолжает бизнесмен. — Их не должно быть, но они есть. Пять раз в этом году приходили проверяющие из разных инстанций. Говорят: есть жалоба. Я говорю – хорошо, письмо-то покажете? Нет, говорят, обращались по телефону. И не называют ни имени, ни фамилии автора жалобы. Хотя по закону реагировать на анонимные заявления контролирующим органам запрещено. Пожарники приходили — предложили применить какую-то пропитку для помещения. От нее, может, ничего и не возгорается, зато все портится от жуткого запаха.

Савченко говорит, что ему всего обиднее моральная сторона происходящего.

— Не повезло нам с вами родиться в этой стране… Где правительство объявляет одно, а через два дня: ребята, вы все неправильно поняли! Например, для предпринимателей было постановление правительства об отмене налога на транспорт, используемый при ведении бизнеса. Так его продолжают взимать! Я пришел, говорю, как же так? Они: «У нас не было указаний».

Сергею Савченко 50 лет, он инвалид второй группы. От государства получает пенсию в размере 3200 рублей. Бизнес собирается закрывать потому, что тот больше не позволяет ему обеспечивать семью. Маленькой дочери Сергея Ивановича нет еще и полугода. Это его четвертый ребенок.

Рожай, когда поработаешь

Инженера информационных технологий Ярослава Шацкого, работающего во дворце искусств, волнуют новые правила оплаты больничных листов.

— Вот конкретный пример: моя жена. У нее график «два на два» — два дня работает, два дня отдыхает. Раньше при выдаче больничного заработок за год делился на количество реально проработанных дней, применялся коэффициент. Сейчас берут промежуток в два года, суммируют заработок и делят на сумму календарных дней за два года — 730. Как будто не было ни выходных, ни отпуска! Знаменатель больше, значит, меньше итоговое число.

Потеряют, рассуждает Ярослав, и те женщины, которые будут рожать, проработав после института меньше двух лет.

— По новому закону пострадают и женщины, рожающие второго ребенка. Если женщина родила, будучи в декрете, то она ничего не заработала. Они говорят: зато мы вам повысили выплаты за второго ребенка! Да. А если женщина проработала год после института и родила? Тогда в принципе она тоже ничего не получает, — подытоживает Ярослав.

Лене нужен дом, а клубу в Мирном — долгая жизнь

Пенсионерка Нина Ивановна Бурмак из хутора Мирного — человек не безразличный. Пришла она не со своей бедой, а с тем, чтобы другим помочь.

— Моей внучке Леночке жить негде, а у нее скоро второй ребенок появится. Лена мне неродная. Ей было четыре года, когда мой сын женился на ее матери. Они пили, а Лена со мной была. Ласковая, умная девочка. Семь лет вместе жили. Потом сын с Лениной матерью развелся, но мы общались всегда.

В 16 лет Лена встретила Гришу, влюбилась. У них родилась Эмма. Ей почти уже два года. Молодые жили у Гришиных родителей, но там семья большая, неспокойная. Они ушли на квартиру. Жили там, пока было чем платить. На постоянную работу Гришу не берут (я  думаю, потому что цыган), а подработки — они же не постоянные. Хотя, например, в центр занятости он не становился.

Сегодня Гриша продолжает жить у родителей, а Лена лежит в больнице на сохранении. Когда ее выпишут с малышом, идти ей будет некуда. Я-то ее на время согласна приютить. А дальше?..

Лена могла бы пока пожить в муниципальном жилье, а потом ей бы выплатили материнский капитал на второго ребенка, и они с Гришей купили бы небольшой домик. По-другому у молодых вряд ли получится обзавестись жильем. Гриша перебивается временными заработками. Лена с детьми будет какое-то время сидеть — тоже работать не пойдет. У нее-то проблемы возникнут уже даже с тем, чтобы выписать ребенка, пособия оформить, потому что паспорт не могла получить — нечем было заплатить.

И еще, органы опеки грозились забрать Эмму. Не нужно этого делать. Лене хоть 18 лет и нет, но мать она хорошая, только ей нужно протянуть руку помощи.

Еще Нину Ивановну вопрос с местным домом культуры волнует.

— Его закрыть грозятся. Наш клуб — огромное красивое здание. Там дети в школе искусств занимаются. Мероприятия, хотя и редко, но проходят. Куда люди пойдут, если клуб закроют?

Пока материал готовился к печати, пришла новость — клуб все-таки закрыли…

Солнечная сторона

— Я — тренер Егорлыкской СДЮШОР (спортивной детско-юношеской школы олимпийского резерва. — ред.) по гандболу, — говорит Марина Тимченко, — а это — мои питомцы: Ангелина Литвиненко (на фото слева. — ред.) и Ксения Исарева. Девочки занимаются гандболом недавно. Станица наша городу не ровня, но какие спортсмены отсюда вышли! Алина Долгих, чемпионка мира по гандболу 2001 года. Сюзанна Гиголян стала чемпионкой европейских олимпийских игр. А уж спортсменов, которые стали игроками высшей лиги, я по памяти всех даже не перечислю…

Поступить в школу, рассказывает тренер, может любой ребенок, начиная с шестилетнего возраста. Он попадает в спортивно-оздоровительную группу. Проходит время, и если юный спортсмен продолжает ходить на занятия, он может выбрать отделение. Их в Егорлыкской спортшколе два: гандбол и футбол.

Просьба у Марины Тимченко одна:

— Напишите о нашей школе!

Обязательно напишем.

Негде погулять…

Полуторагодовалый Валера, сын егорлычанки Виктории Акопян, о спорте, понятно, еще не помышляет. Ему пока бы просто погулять. Но это — проблема…

— Нет детских площадок, — говорит мама Вика. — Только одна — в единственном парке на краю станицы. На улице Газовой, где мы живем, детей некуда вывести. А со двора выпускать страшно, всюду машины.

— На нашей улице нет асфальта, ямы  и грязь. Живем в станице тринадцать лет, а все никак не заасфальтируют, — добавляет девушка.

На отсутствие асфальта на улицах станицы жаловались и другие жители. Асфальта нет на улицах Тельмана, Ленина, возле паспортного стола. Как и нет надежды, что когда-нибудь его положат…

…И не на чем доехать

Игоря Усова мы встретили на остановке. Парень ехал из Зернограда, где учится, домой к родителям. 

— Уже два часа стою, голосую. Сегодня четверг, а автобусы из Егорлыка в Балко-Грузский только по понедельникам, средам и субботам ходят. Люди, у которых нет машины, в безвыходном положении оказываются. В Егорлыке — все службы, поликлиника, магазины. На такси разориться можно. XXI век на дворе, а тридцать километров — проблема.

Вакансия не для всех

Дмитрия Трегубова волнует проблема работы. Пять месяцев найти ее не может. Пока смотрит за двухлетним сыном Ярославом.

— Я работал торговым представителем в ростовской фирме. Заработок был неплохой, но, когда я заговорил о том, что нужен месячный отпуск, мне сказали, что больше пяти дней отдыхать не дадут. Я все бросил и уехал на месяц. Меня уволили.

Я обратился в Егорлыке в центр занятости. Второй месяц подряд мне предлагают должность водителя. Можно было бы пойти, зарплата 8 тысяч. Но меня не устраивает график работы: могут вызвать в любое время дня и ночи, а я нередко сижу с сыном. Ярослав ходит в сад, но часто болеет. Жена работает. Зарабатывать восемь тысяч, чтобы отдавать няне, — глупо. Была бы хотя бы предложена работа с регулярным графиком, нам с женой было бы проще подстроиться.

Еще бы воду…

Нина Николаевна Мудренко — наша давняя читательница.

— Рада была вашему приезду. У меня, понимаете, знакомые инертные. А я знаю силу печатного слова: обращалась уже к вам. Газета мне года три назад колонку помогла подвести. Теперь просьба такая же.

Мой сын живет в станице на улице Вознесенской, 22. Колонка на этой улице находится в районе дома номер 8. В общем, до моего сына еще метров триста. Вот на это расстояние ему и приходится воду носить, чтобы порядок в доме навести, помыться, есть приготовить, животных напоить. В таком же положении и другие семьи. Там живет немало пенсионеров. На Вознесенской есть пустые участки. Люди там и строиться не хотят, и продать землю не могут — воды-то нет.

В прошлом году сыну провели газ, еще бы воду теперь… Он и его соседи согласны оплатить подведение воды, но только в рассрочку. Может, можно это как-то сделать?

Мы поможем

Елена Алещенкова, генеральный директор ООО «Агентство поддержки малого предпринимательства», никак не могла остаться в стороне, тем более, что в ее офисе мы и вели прием граждан. Она как никто другой знает и что больше всего волнует предпринимателей, и какие проблемы в районе.

— Увеличение страховых взносов до 34% больно ударит и по предпринимателям, и по району. У нас около двух тысяч налогоплательщиков — представители малого и среднего бизнеса. Их отчисления по НДФЛ и часть отчислений по ЕНВД шли в местный бюджет. Пусть это были небольшие поступления, но они шли. Результат их поступлений — красивая благоустроенная станица.

Сегодня многие предприниматели приходят в агентство, чтобы ликвидировать свое дело. Это тенденция. Те, кто останутся, станут сокращать рабочих или уходить в тень. А это и новые безработные, и сокращение поступлений в бюджет. Для района это особенно тяжело, потому что в ноябре у нас расформировали военную часть. Это минус n-нное количество поступлений  в бюджет.

Предпринимателей пугает еще и то, что в следующем году вводится лицензирование на продажу пива. Лицензия стоит 60 тысяч рублей. Кроме того, торговать пивом индивидуальные предприниматели теперь не смогут, только юр.лица. Владельцам маленьких магазинчиков в деревнях (это в основном ИП) будет сложно. 

Со 2 октября стал действовать закон об увеличении штрафных санкций за несвоевременную подачу налоговой декларации и своевременную постановку на учет. Если раньше новоиспеченный предприниматель обращался в налоговую, и регистрация проходила автоматически, потому что налоговики подавали сведения в остальные структуры, то теперь нужно регистрироваться и в налоговой, и в органе социального страхования, и в пенсионном фонде. В общем, проблем добавилось. Однако все они обусловлены федеральным законодательством. На областном же и районном уровнях делается много для развития предпринимательства. Департамент инвестиций и предпринимательства финансирует нас, а мы бесплатно оказываем консультации начинающим предпринимателям. В этом году многие из них получили субсидии. В районе наше агентство тесно сотрудничает с местной администрацией, центром занятости. Если кто-то из егорлычан решится открыть дело в следующем году, гарантируем: помощь будет оказана всесторонняя.

«Иногда думаешь, доживу ли до завтра?»

Битумный завод в Егорлыке уже не раз становился предметом скандала. В 2007-м его закрыли при содействии прокуратуры, обнаружив превышение предельно допустимых концентраций углеводородов в семь раз. В 2010 году завод, поменявший владельцев, снова стал предметом внимания проверяющих органов. Егорлычане собирали подписи, пытаясь добиться, чтобы предприятие перестало «накрывать» их дворы ядовитыми испарениями.

— Ночью, бывает, не можешь заснуть, задыхаешься, особенно летом, — рассказывает егорлычанин Дмитрий Синютин, живущий на улице Заводской. — Дышать невозможно. Лежишь и думаешь: если я сейчас засну, то проснусь ли?

Как рассказывают станичники, по утрам на стенах и крышах домов, на заборах обнаруживается жирноватая пленка. Когда солнце нагревает поверхности, она начинает испаряться, поставляя жителям вторую волну испарений. Бывает, что люди, не имея возможности выспаться ночью, когда ветер дует в их сторону, идут ночевать к родственникам в другую часть станицы. Ветер поменялся — те, наоборот, идут к ним.

— И вот после такого отдыха надо идти на работу, — говорит Дмитрий Владимирович. — А мне даже до работы дойти тяжело. Ну ладно, мы. Но дети! Вот кого жалко. Подписи против завода собирали уже не раз. Местный районный суд его даже закрыл. Но завод постоял-постоял и задымил по-прежнему….

— Я звонил Путину, когда все звонили, — добавляет Синютин. — Дозвонился. Звонок зафиксировали. Может, помогут…

Сейчас завод стоит. По словам Дмитрия Синютина и других жителей станицы, он работал до наступления холодов. Анонимный комментарий к одной из статей по теме, вывешенной в Интернете, утверждает: завод работал и в ноябре…

Мы обещаем разобраться в ситуации и сделать все, что возможно.

«Вы ничего не измените!»

Большинство егорлычан встретило нас как друзей, с которыми можно и радостью поделиться, и трудности разделить. Но были среди них и те, кто, изначально собираясь на встречу с газетой, потом все-таки на нее не пришел. «Вы же ничего не измените!» — сказали они. Не очень правильный подход, на наш взгляд, капля — и то камень точит. Газета дает возможность обратить внимание на волнующие моменты. Такой случай обязательно представится еще: газета вернется в район. Ответы же на конкретные вопросы, которые были заданы в этот раз, мы будем искать, поднятые темы осветим на страницах газеты.