Судьба была на удивление благосклонна к ней, быть может, потому, что прежде заставила  стать участницей трагедии в  нежном возрасте — всего четырех лет от роду. Тогда самолет, на котором она с родителями летела на отдых из Москвы в Сухуми,  рухнул в море неподалеку от Сочи.  Он продержался на воде считанные минуты, которых комбригу Яну Фабрициусу  хватило, чтобы через иллюминатор вытолкнуть наружу маленькую  девочку и ее мать, после чего самолет стремительно пошел ко дну, увлекая  на глубину всех остальных пассажиров…

Эти две женщины — уцелевшие мать и дочь — имели непосредственное отношение к одному из авторов памятника Ленину, установленному в Ростове в 1928 году у парка Горького на Большой Садовой. Мало кто знает, что создали его москвичи — скульптор Георгий Нерода и архитектор Петр Андреев. С именем второго и  связана удивительная история, которую рассказал  один из наших читателей.

…Через год после установки памятника вождю в Ростове в  августе 1929 года летели на маломестном самолете из Москвы в Сухуми на отдых архитектор Петр Никифорович Андреев с женой Александрой Васильевной и четырехлетней Инной. На дозаправку самолет приземлился в Сочи. Здесь к пассажирам присоединился Ян Фрицевич Фабрициус, человек в Советской России легендарный, поскольку был он не только прославленым комдивом и заместителем командующего Кавказской армии, но  и кавалером четырех  орденов Красного Знамени. И друзья, и враги отмечали его бесстрашие, огромную духовную и физическую силу, называя его Железным Мартыном.

Когда взлетали с аэродрома в Сочи, мотор несколько раз заглох. А, поднявшись над морем, самолет никак не мог набрать высоту. В метрах 60-и  от берега  он странно покачнулся  и через несколько секунд упал на воду. На берегу мгновенно собралась огромная толпа, а к самолету сразу же поспешили несколько лодок, бывших поблизости.

По воспоминаниям Александры Васильевны Андреевой, от резкого толчка дочка, которую она держала на руках, отлетала в угол, где были составлены чемоданы. В кабину хлынули потоки воды. Женщина кинулась к мужу и увидела, что он и сидевший рядом с ним пассажир потеряли сознание. Она потеряла самообладание, но  увидела, как Ян Фабрициус бросился к вещам и из-под чемоданов вытащил девочку. Один из иллюминаторов самолета еще оставался над водой. Комбриг крикнул в него кому-то из подплывших лодочников: «Здесь женщина с ребенком! Скорее сюда!» Он поднес Инну к окну, открыл его и передал кому-то девочку. Потом по грудь в воде пробрался за Александрой Васильевной: «Скорее  в окно!». Вода ударила ей в лицо, она захлебнулась — и очнулась только  в лодке. Самолета над водой уже не было. Позже ей рассказали, что, когда Фабрициус пытался выбраться вслед за ней,  самолет перевернулся и камнем пошел под воду, увлекая на дно всех оставшихся в нем людей…

Эту трагедию Александра Васильевна помнила до конца жизни  в мельчайших деталях. Умерла она в 70-х годах прошлого столетия и похоронена рядом с мужем на старообрядческом Рогожском кладбище, где все Андреевы покоятся  недалеко от усыпальницы известного мецената Саввы Морозова.

Инна не помнила  почти ничего, но всегда знала, что  они с матерью не смогли бы самостоятельно выбраться из самолета, не приди им  на помощь комдив.  Яну Фабрициусу обе были обязаны жизнью, а потому Инна Петровна очень долго поддерживала связь с его музеем в Латвии.  Даже тогда, когда развалился СССР, грянули постперестроечные времена, а в биографии Фабрициуса обнаружили темные пятна — подавление Кронштадтского мятежа в 1921 году, например, и другое…

Гидроэнергетик по специальности, кандидат технических наук, Инна Петровна Андреева прожила долгую и  интересную жизнь, много путешествовала, обожала лошадей. Каждый отпуск проводила верхом на любимом коне Форуме.

Судьба подарила ей удивительное здоровье — до 76 лет она ни разу не обращалась к врачу. Шутила, что здоровье ей досталось по наследству от ее деда по линии матери, который имел рост 2 метра 15 сантиметров и был личным охранником императора Александра III. Умерла Инна  Петровна внезапно, став свидетельницей другой трагедии. Поливая цветы у себя на балконе, она была перепугана видом пролетевшего мимо соседа-самоубийцы, выбросившегося с верхнего этажа. После этого ей стало плохо и пришлось первый раз в жизни идти в поликлинику. Раздраженная медсестра в регистратуре накричала на пожилую женщину, с ней случился инфаркт и, вернувшись домой, она тихо скончалась. Случилось это в 2000 году.

Историю семьи инженера-архитектора Андреева рассказал его дальний родственник Сергей Николаевич Положенцев, наш земляк и читатель «НВ».

— Что заставило вас обратиться к этой позабытой истории?

Несколько лет назад в одной из газет был опубликован материал о памятниках Ростова, в том числе — и о памятнике Ленину на Большой Садовой. Очень обидело то, что  и имя, и отчество архитектора Андреева назвали неправильно. А ведь человек он был не только талантливый, но и очень интересный. Я несколько лет собирал сведения о  подробностях той трагедии, участницами которой стали наши московские родственницы — его жена и дочь. Они были на удивление интеллигентными женщинами, таких сейчас почти не осталось. Хочется, чтобы, проходя мимо памятника Ленину, люди вспоминали не о социалистической революции и политике, а об архитекторе Андрееве, чья жизнь оборвалась так внезапно и трагически, о его семье, сохранившейся только благодаря комбригу.  Что бы плохого о Фабрициусе сегодня ни говорили, он погиб, спасая других…