Русины готовы открыть «второй фронт»?

Складывается впечатление, что события последнего времени развиваются в Закарпатье так стремительно, что могут повлечь за собой открытие там «второго фронта»...

Для журналистов, собравшихся в агентстве «МедиаС», услышанное на пресс-конференции стало полной неожиданностью. Большинство собравшихся знали о русинах, жителях самой западной части Украины, проживающих в Закарпатской области, лишь то, что этот православный народ сохранил свое название, язык и этнокультурные особенности еще со времен Киевской Руси. После Второй мировой войны русины, вошедшие в состав Украины, сделали неудачную попытку создать автономию. Повторно они попытались заявить о себе после развала СССР в 1991 году и даже провели референдум, большинство участников которого высказались за конфедеративное преобразование Украины, — и вновь без успеха.

С 2008 года напряженность в регионе вновь стала расти — все чаще стали говорить о необходимости создать автономию, иметь возможность называться русинами (сегодня все они считаются украинцам), говорить на родном языке и изучать его в школе.

Лидеры движения давно заручились поддержкой соседей из Венгрии, Румынии, Чехии, Словакии, где имеют связи на разных уровнях — от правительственных кругов до различных политических партий и общественных объединений, которые и поддерживают их идею конфедерализации Украины.

Активизация движения русинов за автономию совпала за последние десять лет с беспричинным закрытием украинскими властями местных предприятий, принадлежащих русинам, — от промышленных объединений до санаториев. Это вызвало рост безработицы в Закарпатской области Украины, и без того не изобилующей рабочими местами. Теперь из 850 тысяч русинов, проживающих в Закарпатье, больше половины (примерно 450 тысяч человек) вынуждены постоянно уезжать на заработки в Западную Европу и Америку.

Обострение ситуации заставило членов правительства непризнанной республики Подкарпатская Русь принять меры. В начале нынешнего года буквально за пару месяцев в Закарпатской области были собраны 40 000 подписей под обращением русинов к Европарламенту о признании итогов референдума 1991 года. Однако в Брюссель документы так и не попали — СБУ провела обыски на квартирах активистов движения, изъяв все собранные подписи. Масла в огонь подлило объявление этих активистов-пенсионеров террористами. Были также произведены аресты видных идейных лидеров движения русинов.

Как считает Петр Гецко, живущий, кстати, в изгнании в Москве, все это — ухудшение жизненной среды за счет закрытия предприятий и давления на сторонников движения за автономию (исчезновение активистов, запугивание) — есть не что иное, как факты откровенного геноцида по отношению к русинам со стороны правительства Украины. «Мы не выступаем за отделение от Украины, мы за единую Украину, но против унитарного устройства страны. Мы считаем, что наша республика должна получить самостоятельный статус в составе конфедерации», — подчеркнул Петр Гецко.

Сегодня члены правительства в изгнании делают попытки привлечь внимание Брюсселя к создавшемуся положению. В начале декабря нынешнего года в Европарламенте состоялся «круглый стол», где ситуация рассматривалась в том числе и через призму отношений Украины с Россией и с ЕС. Достигнуты договоренности о приезде в феврале 2015 года в Закарпатскую область комиссара от Европарламента для ознакомления с ситуацией на месте.

Следующий шаг правительства непризнанной Подкарпатской Руси — обращение в Госдуму России за политической поддержкой. Петр Гецко надеется, что российский омбудсмен не откажется приехать в Закарпатскую область в феврале следующего года и вместе с представителем Европарламента ознакомиться с фактами геноцида русинов, что позволит, по мнению членов правительства, избежать дальнейшего роста напряженности и силового разрешения конфликта. Сегодня же ситуация взрывоопасна, считают лидеры движения. На вопрос, означает ли это, что правительство в изгнании готово открыть на Украине «второй фронт», Петр Гецко ответил:

— Пытаясь цивилизованно решить задачу по созданию собственной автономии, мы фактически уже открыли его – но не военный, а лишь политический. Однако конфликт можно легко перевести и в силовую плоскость: правительство готово хоть завтра поставить под ружье 15000 ополченцев, перекрыть перевалы и бескровно — при наличии в Закарпатье всего лишь 700 человек военного контингента ВС Украины — захватить власть. Однако печальный опыт Донецка и Луганска предостерегает нас от этого, тем более что высока вероятность в этом случае полной изоляции самопровозглашённой автономии от внешнего мира. А это для наших трудовых мигрантов смерти подобно…

Сегодня в Закарпатской области Украины 75% населения составляют русины. Остальные 25% — это украинцы, русские, венгры, румыны, цыгане. То есть титульной нацией этой территории действительно можно считать русинов, лидеры которых весьма уверены в себе. Мировая диаспора русинов — это примерно 3 миллиона человек, проживающих по большей части в Европе, США и Канаде – достаточно состоятельна, имеются даже собственные миллиардеры. Это дает основания правительству в изгнании рассчитывать на поддержку богатых соотечественников из-за рубежа при любом дальнейшем раскладе.

Если при содействии Москвы и Брюсселя будет разыграна политическая карта и автономии удастся добиться, у правительства есть планы по восстановлению экономики региона — в основном за счет высокого (второго в мире по величине) коэффициента транзитности, под которым понимается не только перемещение через территорию людей, но и газа по трубам…

Второй вариант — военный. Его правительство в изгнании также рассматривает, поскольку убеждено, что «Киев толкает русин к силовому варианту противостояния». Если правительство Украины не оценит все возможные последствия ситуации и будет упорствовать, как в случае с Донецком и Луганском, то в глубоком украинском тылу непосредственно на границе с Европой, куда так стремится Киев, может возникнуть еще один очаг напряженности…

Последний вопрос: почему площадкой для подобного рода заявлений премьер-министр непризнанной республики избрал Ростов – остался без внятного ответа. Быть может, потому что те же слова, сказанные им в Москве, утонули бы в шумном потоке других политических заявлений столицы, а в приграничном Ростове, где так чутко прислушиваются ко всему, что происходит на Украине, стали своего рода международной сенсацией?