«Явки с повинной»

Между тем сразу же после ограбления она утверждала обратное: «Лица данного человека не видела, но запомнила его приметы, худощавого телосложения, светлые волосы…» И вот, спустя почти год, вдруг отчётливо его вспомнила. Сама Иващенко в суд явилась только однажды, на допрос, а потом исчезла. Разыскать её не удалось. Её адвокат Олег Давыдов сообщил, что она уехала за пределы области, а телефон без её согласия он дать не может. Зато удалось разыскать мать Елены. Она сказала, что дочь не была уверена в том, что ограбил её именно Мурашов, и обещала связаться с нею и спросить, не согласится ли она ответить на некоторые вопросы. Через некоторое время я перезвонила матери Елены и в ответ услышала просьбу оставить её в покое, что дочь никаких встреч не хочет и ни на какие вопросы отвечать не будет. Она на 100 процентов уверена, что это был Мурашов…

В показаниях Иващенко есть одна весьма неправдоподобная и по нашему времени экзотическая деталь. Она утверждает, что незадолго до ограбления на одной из тысячных купюр, которую якобы нашли оперативники, сделала запись карандашом «Люд. Ивановна Дом быта Радуга 12.00». «У меня, – поясняла в суде Иващенко, – была запись в телефоне, но чтобы не забыть, я сделала запись на деньгах, написала имя-отчество, и где я должна была увидеться…, запись сделала в троллейбусе». Согласитесь: во-первых, не столь уж большой объём информации надо было запомнить 23-летней девушке, чтобы достать карандаш, подложить под купюру твёрдую поверхность и сделать запись. Во-вторых, записать это в имеющийся смартфон куда проще. Люд. Ивановна, - утверждала Иващенко,- риелтор, с которым она контактировала в поисках аренды жилья. Однако вашему корреспонденту разыскать такого риелтора по указанному адресу не удалось. В агентствах недвижимости, расположенных в доме быта «Радуга», сотрудников с таким именем не припомнили. Более того, в детализации соединений с телефона Иващенко 24 мая 2017 года был только один звонок на телефон матери. А это означает, что никакому риелтору в этот день Елена не звонила. Но и это противоречие в показаниях потерпевшей следователь Доценко оставила без внимания.

Дело Мурашова в Волгодонске получило широкую огласку. После обвинительного приговора, вынесенного судьей Коваленко, Сергей Мурашов был взят под стражу. Через несколько дней, оказавшись в тюрьме Новочеркасска, он едва не покончил с собой. От гибели его спасли сокамерники, вызвавшие охрану. Как утверждают врачи тюремной больницы, окажись порез на миллиметр глубже, он вскрыл бы сонную артерию, и тогда спасти его было бы уже невозможно.

Всё это время родители Сергея не оставляли попыток добиться справедливого и квалифицированного расследования и достучались до самого «верха». Заявление матери Сергея взято на контроль. 16 октября областная прокуратура отменила Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении полицейских как незаконное и необоснованное, указав на целый ряд невыясненных обстоятельств и процессуальных нарушений. В частности, заявлению Мурашова пройти психофизическую экспертизу на полиграфе ход не дали. А в заключении ростовской судебно-медицинской экспертизы утверждается, что вероятность получения телесных повреждений Мурашовым в результате падения на плоскость с высоты собственного роста полностью исключается.

Понять полицейских, наспех сочинивших неуклюжую версию о самоистязании Мурашова, в общем-то, можно: они спасают себя от уголовного наказания и увольнения. Трудно понять вынесшую обвинительный приговор при очевидной фальсификации доказательств и множестве неразрешённых вопросов судью Ирину Коваленко: то ли не достаёт должной профессиональной подготовки, то ли полицейским удалось её чем-то очень убедить...


P.S. Приговор Мурашову пока не вступил в законную силу. Через несколько дней его должны привезти в Волгодонск для следственных действий в связи с отменой постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении полицейских, подвергших его истязаниям. Мы будем следить за тем, как будут развиваться события.