Сегодня – день рождения Владислава Смирнова. 80 лет. Юбилей, до которого он не дожил. Больно до сих пор – от нелепости, несправедливости его гибели пять лет назад. «Не хочу умирать во сне, я слишком люблю жизнь – надо с ней попрощаться», – есть у Смирнова такое удивительное трехстишье. 


Его в эти дни будут вспоминать в разных концах страны – друзей у Владислава Вячеславовича было море. По учебникам профессора Смирнова учились все журналисты России (и не только России). Его монографии остались в науке – «Радиоведение», как он любил повторять за своим учителем профессором В. Ружниковым, лучше его мало кто знал. Краеведческие труды Смирнова – навсегда в истории Ростова. Стихи… знатоки и ценители их любят. 

Нельзя, чтобы все им созданное осталось только памятником. Его слова, мысли, идеи – они живые. И мы успели осознать далеко не все из того, что он нам оставил. 

Так что – читайте Смирнова.

Вера ЮЖАНСКАЯ



Люблю разговаривать с прошлым.

Ведь оно тоже когда-то

Было будущим.

*   *   *

Прошлая жизнь 

Наша самая верная подруга.

Она нам уже не изменит.

*   *   *

Вспоминая прошлое,

Разговариваю

С Будущим.

*   *   *

Не надо Добра!

Лишь бы не было

Зла.

*   *   *

Как ни старайся,

Лучше молчанья

Не скажешь.

*   *   *

Когда я уйду,

Останется вместо меня
Тень моего голоса.

*   *   *

Что такое смерть?

Просто кто-то выключит

Белый свет для меня…


Жизнь человека, как правило, зависит от многих обстоятельств и условий – значительных и второстепенных, но основную роль в ней играет время жизни. Кому что дадено судьбой… «Времена не выбирают, в них живут и умирают». Мне повезло – меня не коснулась война. Не все мои сверстники могут так сказать. А сколько детей моего возраста погибло, искалечено, потеряло родителей… 

Отца взяли на финскую войну в январе 1940 года прямо с урока в школе, где он преподавал историю – родители только закончили Ивановский учительский институт и приехали в небольшой городок Меленки под Муромом Ивановской области (сейчас это Владимирская область). Состав, на котором везли новобранцев на фронт, не успел дойти до места назначения – война закончилась. Я представляю, как бы воевал он в снегах Карелии – ведь до этого он даже не держал винтовку в руках…

Их перебросили в Северную Буковину, на территорию, которую только что присоединили к СССР. Их лагерь стоял в 20 километрах от новой границы. Там он и его товарищи и встретили 22 июня 1941 года. Отец отступал со своей частью от границы до самого Днепра, был легко ранен, а потом их соединение попало в окружение, в знаменитый «котел» под Уманью. Был комиссаром партизанского отряда «Грозный».

Мой дядя, А.Н. Силантьев, которого я никогда не видел, артиллерист, погиб в Польше, под Краковом, в январе 1945 года, а еще раньше под Москвой, в 1941-м, погибли пять двоюродных дядьев. Дядя по линии отца, Валерий Смирнов, гвардеец, старший лейтенант, погиб за неделю до окончания войны в Кенигсберге. Его имя высечено на стеле памятника героям, погибшим при штурме этой крепости в Восточной Пруссии. Так что огненное время войны лишь «издали» обдало меня.

Тверская область, село Бекетовка. Елена Петровна и Владислав Вячеславович СМИРНОВЫ с внучкой на «грибной охоте». Это была удивительно счастливая и любящая семья...
Тверская область, село Бекетовка. Елена Петровна и Владислав Вячеславович СМИРНОВЫ с внучкой на «грибной охоте». Это была удивительно счастливая и любящая семья...

Помня уроки царя Креза (Геродот), я не буду говорить, что жизнь моя – счастливая, она еще не закончена, и я не знаю, как, когда и чем она завершится. Только смерть ставит итоговую точку в жизни человека. Но о том времени, что я уже прошел, могу сказать: оно было в основном счастливым.

С детских лет я жил в мире мечты. Мечта вообще самое великое достояние человека, так как он распоряжается ею сам и в полной мере. Предоставленный сам себе, я вырос на лесных лужайках. Мои самые первые впечатления, зыбкие, яркие, очертили мое дальнейшее восприятие окружающего мира. Летний лес в селе Сахтыш (недалеко от Суздаля). Мне года два. Там мы жили некоторое время в годы войны. Я с бабушкой, Екатериной Ивановной, иду по лесу. Она – впереди, я сзади. Иду босиком по сосновым и еловым иголкам. Стараюсь ставить ноги бочком… Эти иголки хвойного леса врезались в меня родовыми линиями на подошвы. Так входил в меня его величество русский лес…

...Чем дольше живу, тем больше убеждаюсь: человека формируют и создают природа (я имею в виду его генетическую сущность), судьба и случай. Но здесь требуются некоторые пояснения. Природой я называю умственное устройство человека, возможности и особенности его мозга, ибо мозг – это все, это, в конце концов, и его знаменитая душа, и управление его чувствами… Но важна жизнь этой природы в контексте социальной жизни.

И судьба – не только то, что предначертано, что написано на роду, а то, что воплощается из заложенного в тебя природой в процессе твоей жизни, тот вектор твоего развития, который ты должен, поняв себя, использовать в максимально полном объеме. Вот, оказывается, откуда народная мудрость: «Человек сам своего счастья кузнец».

А вершит все – случай. Но не тот случай, который выскакивает, как чертик, из-за угла, а тот, который является закономерным проявлением твоей природы и результатом сложения обстоятельств жизни...

...Уже в зрелом возрасте я стал понимать: человек счастлив тогда, когда занимается любимым делом, тем более если его работа – творческая. Все приносит радость, когда делаешь свое дело с удовольствием, даже когда копаешься на даче… Значит, главное – услышать себя, найти себя и быть верным самому себе. И быть самим собой. «И ни единой долькой не отступаться от лица…» Как важно в таком случае найти наиболее оптимальную сферу приложения своих способностей, заложенных в тебе природой.

Владислав Смирнов (из книги «Служение»)

P.S. Стихотворение В. Смирнова, строка из которого стала заголовком этого материала, заканчивается так: «Но кому передать это знанье?»