…Застать в кабинете Алексея Вячеславовича Глухова, заведующего травматолого-ортопедическим отделением областной клинической больницы, крайне сложно — он все время в операционной. Наконец договорилась с ним о встрече, но в назначенное время ему опять пришлось идти в операционную. Вернулся часа через два. Чашка чая, короткая передышка…

Спрашиваю, по поводу чего была операция. Заменяли тазобедренный сустав на имплантант — вживляемую металлическую конструкцию. Пожилая женщина из Новошахтинска с переломом шейки бедра (для людей в возрасте этот диагноз всегда звучал как приговор: такие переломы не срастаются) теперь получила возможность двигаться и жить.

…Спасительные операции по замене суставов — тазобедренных и коленных — делаются в травотделении областной клинической больницы в рамках федеральной программы оказания высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП). Умелость докторов плюс великолепное техническое оснащение (какого, признаются, не знали никогда раньше): благодаря этому операции теперь поставлены на поток. Главное — попасть бы в него. Поскольку делаются эти операции по квотам. В год их выделяется 400. А нуждаются в замене суставов не менее 4000 тысяч жителей области, приводит статистику А.Глухов. Так что люди ждут своей очереди, бывает, по два-три года…

Зато имплантанты (импортные, произведенные американскими, немецкими фирмами) оперируемым в рамках федеральной программы ставятся бесплатно. Это, поверьте, очень важно. Поскольку имплантируемые конструкции невероятно дорогие.

Например, та, что поставлена только что прооперированной жительнице Новошахтинска, стоит 80 тысяч рублей. А бывает, что надо ставить имплантант стоимостью 100-120 тысяч рублей. Много среди нас тех, кто мог бы самостоятельно это осилить? Единицы. Так что федеральная программа — это все-таки спасение, пусть и растянутое во времени. Хотя врачам, конечно, хотелось бы, чтобы квот было больше.

Молодым тоже иногда нужно делать операции из этого ряда. Накануне из Семикаракорска в отделение поступил попавший в аварию молодой парень. Травмы тяжелейшие: вывих бедра, отрыв части кости… Стали обследовать, и обнаружилось, что в травмированной ноге уже успел вырасти тромб — огромный, с болтающейся «головкой». В любой момент он мог оторваться, двинуться в сторону легкого, а это… эмболия, мгновенная смерть. Что ж, справились с форс-мажором быстро: доставили в отделение рентгенхирургии, прооперировали, поставив в вену крохотный кровефильтр-ловушку для тромба, и вернули в травмотделение для замены разбитого сустава на имплантант.

А за пару дней до этого точно так же «поймали» у новенькой пациентки начавший развиваться инфаркт. Быстренько перевели в кардиологию, сделали там стентирование и переправили в травмотделение для эндопротезирования. Все счастливы, все довольны.

— Вот что значит — возможности многопрофильной больницы, — с гордостью подчеркивает А.Глухов.

Если коротко, то основные направления в отделении травматологии — это имплантология (эндопротезирование не только тазобедренных, коленных суставов, но и всех других, вплоть до кистевых, локтевых и т.д.), артроскопия (операции через крохотные разрезики, без нанесения повреждений, малотравматичные), интрамедуллярный синтез переломов (в кость, она ведь трубчатая, вставляется стержень, крепится винтами — и это держит лучше любых гипсовых повязок, от которых тут вообще отказались). А еще — операции на позвоночнике, лечение переломов костей таза, разрывов связок и еще масса всего из разряда самого неожиданного, экстремального.

…Так, недавно лечили здесь парашютиста из Азовского аэроклуба, рухнувшего на землю после неудачного маневра в воздухе. Когда беднягу привезли, на нем живого места не было. А сейчас он уже ходит (!) своими ногами, выписан домой.

— Думаю, через месяц опять начнет с парашютом прыгать, — добродушно смеется А.Глухов, не скрывая радости по поводу такого прогноза.

Сам же Алексей Вячеславович — сильный профессионал и к тому же увлеченный человек. Кандидат медицинских наук. Говорит без позерства и ложной скромности, что в хирургии для него нет закрытых тем: если чего-то раньше не делал, вечер-ночь подумает, один раз посмотрит — и уже сможет прооперировать, сколь бы сложным это ни казалось. А вообще, считает, надо стремиться к универсальности. Прогресс медицины стремителен, говорит он. Двигаясь в этом фарватере, надо, считает доктор, оставаться тем не менее верными заветам старой школы, быть в первую очередь клиницистами…

А про современную травматологию А.Глухов говорит, что это — просто фантастика. Особенно — в сравнении с еще недавними временами, когда большинство операций делалось открытым способом, с огромными разрезами, риском для пациента. Зато сейчас — с помощью артроскопа, под контролем ЭОПа (электронно-оптического преобразователя, С-дуги, как его еще называют) врачи творят настоящие чудеса.

— Можно делать все, не повреждая ничего, — так выразился Алексей Вячеславович. — Начиная от микрохирургии, когда, например, на миллиметровый сосудик надо наложить десять-двенадцать швов для восстановления кровоснабжения, и заканчивая пересадкой костных сегментов. И все это — через небольшие разрезы, с установкой на быстрое послеоперационное восстановление…

Завотделением горд, что у него молодой коллектив. В рассказе о коллегах даже разок мелькнуло — «мои мальчишки». Но тут же поправил себя: да какие ж мальчишки, это он — любя, с позиций старшего по возрасту, а если объективно, то все — состоявшиеся люди, настоящие мэтры, у которых и сам порой чему-то учится, так же, как они у него.

— У нас замечательные люди, — говорит Алексей Вячеславович о коллегах. — Каждый из докторов талантлив по-своему. И очень ценен всем общий дух товарищества. Надо — позовут меня, надо — позову я. Так и должно быть, чтобы все были подогнаны друг к другу как шестеренки.

…Когда выходила от Алексея Вячеславовича, меня встретила укоризненными взглядами собравшаяся под кабинетом толпа. «Долго вы, — укорила одна из женщин и тут же добавила: — Но вообще-то здесь такие доктора, что о них надо почаще рассказывать».