Очереди в поликлиниках. Кто виноват и что делать?

Пока держится старая гвардия… 

…В филиале №1 таганрогской поликлиники № 2 корреспондент «НВ» оказалась примерно в 11.00. Приехала сюда специально. Месяца полтора назад в этот филиал заглянул прибывший в Таганрог губернатор. В результате был громкий разговор об очередях в медучреждениях. Что происходит сейчас?

Возле окошка регистратуры — группка из четырех-пяти человек. Стоят не за номерками (те розданы рано утром), а каждый — со своими вопросами: найти медкарточку, уточнить расписание и т.д.

Под дверьми кабинетов очереди есть, хотя и не столь уж многочисленные. Кто-то сидит, кто-то стоит в проходе: картина знакомая и по другим медучреждениям.

Отвечая на мои вопросы, очередники подтвердили, что, да, действительно, номерок на прием к терапевту взять сложно. Талончиков на прием к участковому врачу в регистратуре выдается от силы пятнадцать, они разлетаются в первые минуты, кто не успел, тот опоздал.

Но фактически, продолжали просвещать меня, на прием приходит гораздо большее число людей. Например, льготники, которым нужно выписать бесплатные медикаменты: врач, делая все учетные записи,  тратит на них много времени. Подтягиваются и «новобранцы» с соседних участков… 

—  У нас каждый терапевт ведет по два-три участка, — объясняет заведующая филиалом Л. Рачковская. — Почему? Врачей не хватает, все в кадровую проблему упирается. А на участковом терапевте, кроме приема и вызовов, еще и масса других обязанностей: инфекциониста, эпидемиолога, которых у нас нет, прививочная работа. Нагрузки огромные, а выполнять все приходится усеченным составом.

…Раньше в филиале №1 было 26 участков, столько же и врачей тут работало. Но в последние годы из-за нехватки кадров (кто-то уволился, кто-то умер) участки укрупнили — их стало 17, хотя численность населения осталась прежней.

Сейчас на этих 17 участках работают 8 (!) врачей. Из них только трое — не пенсионного возраста. Остальным от 65 до 75, 85 лет. Как люди  справляются, уму непостижимо. А что будет, когда уйдут и эти «последние герои», даже и думать страшно.

Кстати, в тот день, когда я была здесь, из тех восьми докторов  работали всего четверо. Кто-то уже ушел в отпуск,  кто-то заболел. Заменить некем.

—  За все годы, что работаю здесь, — говорит Л.Рачковская, — к нам не пришел НИ ОДИН новый участковый терапевт, все держится на старой гвардии. Я часто говорю пациентам: ну убедите своих детей-внуков поступать в медуниверситет, мы направления дадим, пусть отучатся и придут  к нам работать. С тем же самым к студенткам медколледжа обращаюсь. Увы, никто не откликнулся. Не привлекает медицина сегодняшнюю молодежь, и это очень тревожит.  Ведь кто-то же должен прийти нам на смену — а кто? Следовало бы вернуться к прежней системе распределения выпускников, как в советские времена, но пока только разговоры об этом ведутся…

У последней черты? 

Схожая ситуация — и в других медучреждениях.

…В поликлинике Ростовской ЦГБ, например, за последнее время уволились сразу несколько участковых терапевтов. Поуходили кто куда: некоторые вообще простились с медициной. К кардиологу (это из личного опыта — Л.К.) записываться надо в конце одного месяца, чтобы в следующем попасть на прием. Такая же система —  с записью к невропатологу. В пять утра приходится являться к дверям еще закрытой поликлиники (и все равно в первых рядах не будешь), получить здесь номер в живой очереди, а потом снова прийти сюда к открытию регистратуры в семь утра. Численность обслуживаемого населения огромная, специалистов не хватает, разводят руками доктора.  

…В Обливской ЦРБ построено новое инфекционное отделение. И снаружи, и внутри — загляденье. Однако врача-инфекциониста (хотя бы одного-единственного) в нем нет. Работают только медсестры, а стационарных больных поочередно ведут терапевты, которых тоже — вполовину меньше, чем требуется. 

А у жителей поселка Суходольск Азовского района проблема проблем — как добраться до районной больницы в селе Самарском, где они наблюдаются. Поселок находится в стороне от основной трассы, маршрутка ездит нерегулярно. Если нет своего транспорта, то несколько километров до трассы надо преодолеть пешком, пожилым людям (их большинство) это не по силам. До такой роскоши, как организованный подвоз жителей к больнице, у муниципалитета руки не доходят.

—  Сколько получают участковые доктора? — спрашиваю напоследок Л.Рачковскую и ожидаю, что ответ будет удручающим. Но слышу другое:

—  Достаточно. С учетом всех совмещений, стимулирующих выплат — и больше двадцати, и тридцать, и даже выше. Но это все не то: не в деньгах счастье, а в кадрах! — неожиданно выдает она. — Насытили бы медицину кадрами, и она бы поднялась с колен, повысилось бы качество врачебной работы. А если этого не сделать и дальше будет сохраняться кадровый вакуум, то можно хоть какие угодно меры предпринимать, кого угодно вызывать на ковер, снимать, наказывать – ничего не изменится. Да и проблема очередей никогда не решится… 

В Ростове есть свой мед­университет. И если на федеральном уровне никак не решится вопрос с возвратом (или нет) к распределению, то, может, стоит в «родных пенатах», на местном уровне попытаться что-то предпринять? Другого выхода нет, если хотим сохранить хотя бы то, что пока еще у нас остается.