Двухдневный семинар в Ростовском доме журналистов для работников областных и районных СМИ, посвященный проблемам профилактики и лечения социально значимых заболеваний, стал для многих (и для меня в том числе) открытием.



Во–первых, Ростовский облминздрав представил свои действующие проекты «Тихий Дон — здоровье в каждый дом», «Просветись», «Вместе мы сильнее», «Сохраним здоровье на рабочих местах», и это произвело сильное впечатление. Интересные идеи и классное их воплощение — проекты нашего минздрава пора использовать на всероссийском уровне…

А во–вторых, узнали много нового про те социально значимые заболевания, про которые много писали, сами считаем себя чуть ли не «профи» в этой сфере, но оказалось — здесь столько всего неожиданного…

Фантомы и фобии

Выступавшая на семинаре профессор О. Фролова — руководитель столичного центра противотуберкулезной помощи больным ВИЧ–инфекций Минздрава РФ, признанный эксперт и у нас в стране, и за рубежом. Ее тема, казалось бы, очень специфичная, понятная, по идее, лишь узкому кругу профессионалов, однако журналисты слушали Ольгу Павловну, раскрыв рты, а потом забросали вопросами. Не буду слишком глубоко вдаваться в подробности, расскажу лишь о том, что мне больше всего запомнилось.

B98B5282_200.jpg

ВИЧ–инфекция и туберкулез идут почти всегда рука об руку (он — как нагрузка к иммунодефициту). При этом на рентгенограмме туберкулеза не увидишь: он прячется — фантом, привидение. А узнают о его наличии чаще всего уже посмертно.

Но если все–таки удается диагностировать туберкулез вовремя (а это сам человек должен забить тревогу, при этом, подчеркнем, ему следует вести добропорядочный образ жизни, выполнять все назначения инфекционистов, не знаться ни с наркотиками, ни с какой угодно другой гадостью), то тогда он прекрасно лечится, несмотря на ВИЧ–инфекцию.

Ольга Павловна привела пример со знакомым коллегой, которому ВИЧ диагностировали еще в молодости: так уж вышло… Он не впал в отчаяние, а с головой погрузился в работу (она связана с администрированием), дисциплинированно выполнял все назначения инфекционистов, чувствовал себя нормально, как вдруг у него начались сильнейшие подъемы температуры и приступы слабости. Обратился в возглавляемый О. Фроловой центр, там смогли определить туберкулез, пролечили — и вылечили. В конце концов он вернулся к любимой работе, и даже врачебная тайна была соблюдена.

—  А само определение «ВИЧ–инфицированный больной» не–вер–ное! — заявила О. Фролова. — Поскольку пока вирус не активизировался, то человек ЗДОРОВ. Мало ли что мы носим в себе… Я, например, всю жизнь имею дело с микобактериями, и наверняка они в организме есть, но это совсем не означает наличия у меня туберкулеза…

Сам термин «СПИД», продолжала она, многими сейчас оспаривается. «В последних международных классификациях болезней СПИД отнесен к «неуточненным состояниям», — сказала О. Фролова. — Так как тогда можно его диагностировать, если сам статус не уточнен?»

Для нас, не являющихся медиками, это все, конечно, профессиональные тонкости. Но есть и сам собой напрашивающийся вывод: не надо демонизировать болезнь. Недооценивать опасность, конечно, нельзя, но выстраивать из нее фобии совсем ни к чему.

«Это не так уж сложно…»

В Ростовской области, сообщила заместитель главврача центра по профилактике и борьбе со СПИДом Е. Скляная, в основном превалирует гетеросексуальный путь передачи ВИЧ–инфекции. В отличие от других регионов, где преобладает «наркоманский» канал распространения. Проект «Сохраним здоровье на рабочих местах» как раз и нацелен на то, чтобы просветить людей на этот счет, обыграть наиболее типичные ситуации. Сотрудники облминздрава рассказывали, как проходили на крупных предприятиях посвященные этому акции. Поначалу собравшиеся сотрудники были настроены скептически, недовольны навязанной «обязаловкой», а потом «включились», загорелись, забросали медиков вопросами.

На семинаре было все то же самое, в том числе и ролевая игра. Но гвоздем программы стало знакомство с ВИЧ–инфицированной молодой женщиной. Очень к себе располагающая, симпатичная. Она не прятала лицо под маской, только попросила ее не фотографировать. Откровенно обо всем рассказала.

Любовь, замужество, планы на будущее. Муж — моряк. Заразил ее он. Их брак сейчас расторгнут, но неплохие человеческие отношения остались. У них ребенок. Он здоров – результат превентивной дородовой и послеродовой терапии. Инна (назовем ее так. — Л.К.) регулярно проверяется, принимает нужные препараты. И чувствует себя в общем–то вполне здоровым человеком. «Грипп у меня проходит даже раньше и протекает легче, чем у моих подруг», – рассказывала она. Никто из друзей ее не сторонится, хотя она сознательно ничего не скрывает. И если раньше у кого–то и было предубеждение («…да я бы, может, и рядом на лавочке не сел», —   такое ей как–то было сказано), то сейчас ничего этого нет. Она работает, ходит в гости, принимает друзей у себя. Живет в гражданском браке с человеком, который тоже все знает и регулярно проверяется — все нормально.

Инна является руководителем созданного в центре профилактики и борьбы со СПИДом общественного объединения. Помогает другим справляться с неизбежными поначалу стрессами, консультирует, подсказывает. Про свой диагноз говорит, что надо просто научиться с этим жить. Это на самом деле не так уж сложно.

…Пугающие прогнозы насчет увеличения числа заболевших туберкулезом, ВИЧ–инфекцией звучат из года в год, но на самом деле все цифры колеблются примерно в одних и тех же пределах. Так что особо трагедировать ситуацию не стоит, хотя и расслабляться нельзя. А главное — надо не забывать, что в основном все–таки мы сами — хозяева своей судьбы…