Один час в «красной зоне»

Большая часть РОКБ в разгар пандемии была переоборудована под лечение заболевших коронавирусом. Девять этажей главного корпуса больницы быстро заполнились, главным образом, тяжелыми пациентами. И вот уже почти 260 дней, как сюда везут людей со всех населенных пунктов области, если на месте помочь нельзя.

О первых днях после открытия здешние врачи вспоминают так: работали слишком тяжело и переживали много, больше всего боялись заразить близких. Тогда смены в не дышащих костюмах нередко продолжались дольше шести часов, бывало, по несколько суток вообще не получалось попасть домой. Не надо забывать, что есть еще и «чистая зона», в которой оформляются истории болезни, назначаются обследования и консультации смежных специалистов, проводятся консилиумы по особо тяжелым больным – место, где вместе ломают голову, как скорректировать лечение не откликающегося на все усилия врачей больного организма. Постепенно все наладилось, а люди адаптировались, привыкли смотреть на мир через слегка запотевшие экраны защиты. 

Сейчас ковидный моногоспиталь сократили до трех этажей, 100 коек. И хоть сама нагрузка на врачей уменьшилась, необходимость надевать неудобную экипировку и ежедневно заходить в «красную зону» осталась.

— Насколько это неудобно? — спрашиваем одного молодого врача в зоне переодевания.

— Пока сами не поймете… — отрывисто бросает она и надевает респиратор. Замечаем, что его резинки переделаны вручную.

Здесь научились все неудобное делать менее неудобным, а надежное — более надежным. Поэтому респиратор фиксируют на макушке и этим спасают уши от невыносимой боли, а на руки надевают две-три пары перчаток. В самой «красной зоне» уже ничего поправить нельзя, не получится и выйти — каждый сотрудник отрабатывает шесть часов и только потом проходит продолжительную санобработку. 

На очередной обход коронавирусных пациентов напрашиваемся и мы с коллегами из нескольких СМИ. Берут нас неохотно — предупреждают о кислородном голодании, жестком давлении лицевой защиты на кожу и возможности в любой момент упасть в обморок.

Подготовка к входу в «красную зону» даже у медиков занимает не менее 15-20 минут. Все, в чем мы пришли, пришлось снять в «чистой зоне» госпиталя и переодеться в медицинский костюм и резиновую обувь. Поверх натянуть защитный комбинезон и бахилы из прорезиненной ткани, покрыть голову марлевой косынкой, надеть респиратор с плотно прилегающими к лицу очками или маску с угольным фильтром, и, наконец, закрыться капюшоном. Обязательно – две пары перчаток, и все стыки заклеить скотчем. 

Моментально становится жарко и душно. Через 15 минут очки глубоко врежутся в лоб, картинка в глазах поплывет. Еще через 10 зазвенит в ушах, все звуки сойдутся в одном шелесте комбинезона.  

Первый раз, признаются медики, практически все испытали ужас от того, в каких условиях придется теперь работать, но после нескольких таких недель привыкли.   Говорят, что сосредоточенность на работе помогает забывать обо всех неудобствах и боли.

— Домой приходим с отпечатками на лице. Кажется, они уже не исчезнут. Родные жалеют и поддерживают, это дает силы. А здесь уже видишь отдачу со стороны пациентов, понимаешь, что приносишь пользу — получаешь еще больший заряд. Конечно, боимся, как любые люди. Но работать надо, — говорит заведующая экспресс-лабораторией реанимационного отделения Марина ХАЛИМЕНДИК.

Все пациенты, с которыми мы в ходе осмотра познакомились, эмоций не сдерживают — плачут и от пережитого страха, и от доброты медиков.

— Это было очень страшно. Не поймешь: то ли ты дышишь, то ли нет. Необъяснимое состояние. Если бы не эти доктора, не знаю, что бы со мной было. Они к нам десять раз в день подходят: сатурация, давление, сахар… Бесподобное отношение, — рассказывает Ирина ДЕМЧЕНКО, которая поступила сюда из Кагальницкого района с 56% поражением легких. 

Заботу врачей о каждом из пациентов замечаем и мы. Каждому достается доброе слово, внимание уделяют всем.

Ближе к концу обхода одному из журналистов все-таки становится плохо. Молодого человека сразу увозят на коляске — пока тот еще находится в сознании, нужно провести дезинфекцию. Потом все мы признаемся, что и сами были близки к такому состоянию, но вовремя вышли. Вышли, оставив смену медиков работать еще пять часов…