В честь 150-летия со дня рождения Чехова, которое будет отмечаться в январе, Ростовский академический театр драмы им. Горького поставил комедию «Вишневый сад».

Прежнюю, еще памятную многим зрителям постановку «Вишневого сада» осуществил на этой сцене немецкий режиссер. Там чудеса эксцентрики демонстрировала не только гувернантка с цирковым прошлым Шарлотта Ивановна. Вечный студент Петя Трофимов тоже, помнится, под звуки собственных романтических речей совершал какие-то кувырки. Многие наши зрители не пожелали наслаждаться расшифровкой таких метафорических телодвижений и на немца обиделись: зачем он с Чеховым так?

Нынешний «Вишневый сад» поставил народный артист России Николай Сорокин. В прежнем он играл Лопахина, и это был крепкий мужик. Тогда сразу было ясно, что этот — первый в своем крестьянском роду богач и капиталист — единственный, кому известна — нет, не некая мистическая тайна, а простая сермяжная правда жизни. Потому и победит.

Теперь Лопахин моложе и современнее, но без той мощи хищника, которого ничем не остановить.

…Еще несколько лет назад один из известных режиссеров выступил с предложением объявить мораторий на постановку пьес Чехова. Хотя бы лет на пять. Почему? Заиграли и заигрались. Дошли в стремлении сделать чеховских героев как бы нашими современниками до того, что и в них, и в самой атмосфере пьес ничего чеховского почти уже и не осталось. Предложение, конечно же, не приняли.

Очевидно, что поставить пьесу Чехова, сохранив верность всем его ремаркам, сегодня невозможно. Ростовский драматический больших вольностей себе не позволил. Усилил комические моменты (комедия все-таки!), заставив славного чудака Епиходова чаще, чем у Чехова, падать и спотыкаться (артист Антон Черных), а отъявленного мерзавца лакея Яшу превратил в этакого изобретательного, мгновенно меняющего «окраску» хамелеона (артист Федор Борисенко).

Интересно решен образ вечного студента Пети Трофимова (артист Александр Богданов). Он вроде как и романтик (вон ведь как глаза горят, когда восклицает: «Вся Россия — наш сад!»), а в то же время — и какое-то великовозрастное, остановившееся в своем развитии дитя, а то и вовсе — бесенок с большим революционно-разрушительным потенциалом.

Вечер с танцами под оркестр в старинной усадьбе Гаевых театр заменил на подобие бала-маскарада, а вальсок (у Чехова) — на канкан. Бесстыдно задирая ноги, его лихо отплясывают не только Шарлотта Ивановна с горничной Дуняшей, но и приличная девушка, дворянка Аня Раневская. Вероятно, кого-то из зрителей это возмутит. А что делать? Творческие поиски… Теперича не то, что давеча… Вот как сегодня сыграть Раневскую, чтобы получилось по словам ее брата — Гаева: «…она порочна. Это чувствуется в ее малейшем движении». То ли нынче понимается под порочностью, что и сто лет назад?

Мне наша Раневская (заслуженная артистка России Наталья Гординская) показалась обаятельной, взбалмошной, легкомысленной, но нисколько не порочной…

А вообще неудивительно, что с чеховских еще времен поставить «Вишневый сад» как комедию  удавалось редко. Слишком грустна сама ситуация с вырубкой сада — гордости целой губернии. Слишком невеселые ассоциации рождаются. Тем более что речь не только о вырубке сада, но и о разрушении старинной усадьбы. А разрушение старинных зданий ради коммерческой выгоды (или лукавой экономической целесообразности) — это для современной России очень актуальная и болезненная тема. Вероятно, куда более острая и болезненная, чем сто лет назад, при Чехове.

На мой взгляд, Ростовский драмтеатр сделал верный шаг в сторону комедии иронической и даже, может быть, сатирической, но остановился почему-то на полпути.

Да, а финал здесь более оптимистический. И позабытый в усадьбе Фирс еще не совсем обессилел (народный артист СССР Михаил Бушнов играет старого слугу, чья незлобивость приближается к святости). И топоры пока в саду не стучат, и словно все еще может измениться…