О событиях в жизни Алексея Петренко периодически сообщают федеральные СМИ: делает аудиозаписи русской классики, учит церковно-славянский язык, снимается у Михалкова в «Утомленных солнцем», участвует в грандиозной сценической версии оратории Прокофьева «Иван Грозный».

Недавно траектории звезд пересеклись: Макарова и Петренко приехали на Дон на открытие в Доме кино фестиваля чеховских экранизаций.

Это — Днепр? Тихий Дон!

Инна Макарова, словно в подтверждение слов своей дочери, встречу с журналистами начала с того, что только-только из-за границы — из Армении:

— Прекрасный город Ереван! Ребята, но и не менее прекрасен Таганрог!

Таганрог они с Петренко посетили накануне. Петренко, кстати, в наших краях не впервые. Бывал здесь на гастролях. Когда впервые увидел Таганрог сорок с лишним лет назад, город показался ему вполне… дореволюционным. Теперь же — дореволюционным, но в современной капиталистической упаковке.

А Макарова рассказала случай, который рассмешил бы и Чехова и, возможно, появился бы в его записной книжке.

— Я утром в гостинице к окну, за окном — река. Показалось: Днепр. Нет, думаю, где я? В Ростове. Ростов на Дону. Значит, Дон. Все перепутала, потому что мотаюсь, как стрекоза, — улыбнулась она той самой улыбкой, которой улыбались зрителям с экрана героини ее «Высоты», «Девчат»…

А первую свою роль — Любки Шевцовой — Инна Макарова сыграла в «Молодой гвардии». Рядом были в основном однокурсники: роли молодогвардейцев режиссер Герасимов распределил среди своих учеников. Было это 63 года назад.

Фильм, как пальто

Чеховский фестиваль открывался в День российского кино. Возможно, поэтому Макарову и Петренко попросили охарактеризовать нынешний этап современного российского кинематографа.

— Первобытный строй, — сказал, словно пригвоздил к позорному столбу, Петренко, и Макарова с ним согласилась. Она и дальше не возражала против мнений и оценок этого могучего артиста и человека.

Его спросили о ленте «В августе 44-го», где он снимался:

— Самый лучший из появившихся после длительного перерыва, с того времени, как нас перекормили военными фильмами, — ответил он. — Никитин фильм к нему приблизился бы, если б не такой длинный.

Никитин — это, как вы догадываетесь, «Утомленные солнцем-2» Никиты Михалкова. В нем Петренко сыграл крошечную, но выразительную роль бухгалтера.

— Потрясающе! — отозвалась об «Утомленных солнцем» Макарова.

Неудача фильма в прокате их не смутила:

— «Утомленные солнцем» — фильм на вырост. Это как пальто покупают детям. Мы сейчас — дети.

— Можно ли русскую классику снимать в формате 3Д?

Про формат Петренко словно не расслышал. А вот что касается экранизаций классики:

— Есть мастера, которые работают по золоту, есть — по серебру, есть — по дереву, есть — по пластилину. По золоту в нашем кино работали Бондарчук, Ромм. Теперь мастеров по золоту не осталось. Может, Никита только да еще кто-то — одно-два имени. Теперь остались мастера по пластилину. Они хороши, когда по пластилину, а им дают золото. Вот Бортко: он по пластилину хорош, а ему — золото…

К слову: заглянув в программку чеховского фестиваля, Петренко нашел в ней серьезное упущение: там отсутствовал фильм Владимира Мотыля «Необычайное пари». Петренко, снимавшийся в нем, посоветовал любителям русской классики познакомиться с этой штучной, тонкой работой.

Сверхзвуковой и кукурузники

— Чехов, на ваш взгляд, религиозный писатель?

— Я записал диск, который весь состоит из чеховских рассказов на эту тему. Это — мой любимый диск. Раньше, когда я был не воцерквлен, я эти рассказы промахивал. На это чтение меня сподобил один пономарь, он же режиссер, сейчас и так бывает. И это действительно удивительные чеховские рассказы. Как будто их священник писал, умный такой, талантливый.

Петренко задали вопрос: почему он взялся за роль Фирса в «Вишневом саде»? Ведь Фирс — ветхий старичок…

— Необычное решение, — согласился актер. — Но наш Фирс и задуман как основа всего этого дома. Фирсом обычно все завершают карьеру. Я, слава богу, не завершаю, — улыбнулся он, но уже потом, после официальной встречи, рассказывал не желавшим отпускать его журналистам, как вместе с оркестром Федосеева и хором участвовал за рубежом в исполнении оратории Прокофьева. Достопочтенная публика так заводилась, что в финале ревела, как на рок-концертах, а актер ловил себя на мысли, что на этом можно бы и остановиться, поставить в карьере точку. Красивый и достойный момент.

Мы поинтересовались у Алексея Петренко, а как он с высоты своего нынешнего жизненного и художественного опыта смотрит на роль Распутина в фильме «Агония»? Когда фильм вышел на экраны, все только и говорили о Петренко. Эта роль сделала его знаменитым.

Ответ был таков:

— Я благодарен Элему Климову, что он доверил мне сыграть в его фильме — словно дал полетать на сверхзвуковом самолете.

Все, что было прежде и потом, — это полеты на боингах и кукурузниках. А там — на сверхзвуковом самолете, пробивающем все звуковые барьеры.