Продолжение. Начало в №№ 452 — 454, 461 — 463.

Ну почему это так?

Так получилось, что моя работа приводила меня в самые-самые высокие кабинеты. Бывала в Государственной думе, Совете Федерации, в Кремле, на встречах с президентом… И всегда это сопровождается «процедурой допуска». Сколько проверок нужно пройти, в скольких списках отметиться! Потом — один пост, другой пост, третий… Рамки, досмотр, проверка сумок, аппаратуры… И вопросов это никогда не вызывало: ясное ж дело, идем-то куда! Финский парламент в этом смысле просто ошарашил. Они ни в какие списки не заглядывали. По головам нас не пересчитывали. На доверчиво протянутые сумки  и кофры вообще внимания не обратили. Мы растерянно затоптались около одного-единственного служителя, который хоть как-то напоминал охранника. И этот охранник выдал каждому по бумажечке, которая подтверждала, что мы действительно вошли в здание парламента и можем ходить по нему  куда нам вздумается.  Мы так растерялись, что вообще, наверное, никуда бы не пошли. Но тут нас встретила Тиина Виртанен, носящая гордое звание пресс-офицер. Конечно, на самом деле это не звание, а должность. Что-то вроде нашего пресс-секретаря. Тиина помогает журналистам, пишущим о работе парламента, исполнении и принятии законов. То есть старается сделать так, чтобы журналисты никаких затруднений при получении любой информации не испытывали. Вот и сейчас она, мило улыбаясь, повела нас прямо в зал, где обычно проходят заседания. Там долго и терпеливо просвещала нас на тему того, как парламент работает, для чего он нужен и как организовано все в этом здании.

В 2007 году парламенту Финляндии исполнилось 100 лет. Он разрабатывает законы, принимает решения о государственном бюджете, рассматривает международные договоры и контролирует деятельность правительства страны. Руководят работой парламента председатель и два его заместителя, а также совет председателей фракций. Техническую помощь народным депутатам в работе оказывает канцелярия парламента. В парламенте — 15 постоянных специальных комиссий. Они готовят для пленарного заседания предложения, отчеты, доклады, законодательные инициативы. Работа комиссии не очень заметна, но важна: почти все решения парламент принимает на основе подготовленных комиссией заключений…

Финны знают о работе своего парламента все. За пленарными заседаниями можно наблюдать без всякого предварительного уведомления. В интернете выложена вся информация о народных депутатах и об их делах. По зданию парламента проводятся ознакомительные экскурсии для всех желающих. С гидом! Там есть информационная служба, которая открыта для граждан страны ежедневно по будням. Самое удивительное, что гражданам все это очень интересно, и они пользуются и услугами гида, и информационной службы. Наблюдают за пленарными заседаниями, следят за работой депутатов… Многим  из вас, дорогие мои, захочется через час после пленарного заседания Государственной думы, например, прочитать подробнейшие протоколы заседания в интернете? Или отслеживать, не отрываясь от экрана, политические дебаты? То-то и оно…

Мы, конечно, интересовались условиями работы парламентских корреспондентов. Где они размещаются, куда их запускают, а куда — нет? Как у них с «подходами к прессе»? Прямо тут и работают, где места для публики (и такое предусмотрено в зале финского парламента!). Насчет «не пущать» — не бывает такого. А вопросы политикам и парламентариям задают в свободном режиме. Тут даже — ужас какой! — есть кафешка, где вместе обедают парламентарии и парламентские журналисты. Общаются себе сколько хотят. Тут даже сауна есть, куда в одно время с парламентариями могут заходить и журналисты! После такого заявления мы надолго замолчали. А потом Венера Якупова, главный редактор «Казанских ведомостей», растерянно сказала: «А у нас журналистов за стеклом держат… Правда-правда, балкон стеклом огородили, и там трансляция идет».

В зале заседаний нас очень заинтересовали бронзовые фигуры, размещенные за спиной у президиума. Четыре мужчины и одна дама. Обнаженные мужчины развернуты к залу лицом, а дама от зала отвернулась. Что бы это значило, стали допытываться мы. Нам объяснили, что мужчины символизируют работников, сборщиков урожая. Свои взгляды они устремляют в будущее. А дама отвернулась не просто так, а прикрывает собой ребенка, сидящего на руках и тоже смотрящего в будущее. Почему бронзовых мужчин четверо, а дама — всего одна, и не отражает ли это часом реальное соотношение женщин и мужчин-парламентариев? Ни в коей мере, ответили нам. Если сто лет назад на первых выборах в парламент вошли 19 женщин, то сейчас их — 50%. Добавьте к этому тот факт, что страной руководит женщина-президент, есть женщины-министры, много женщин-руководителей… Так, может, в этом и есть их страшная тайна? Пришли женщины и навели порядок?! Это был первый вопрос, который мы задали второму заместителю председателя парламента, руководителю социал-демократической фракции Тарье Филатов.

Кого умом не понять?

Госпожа Филатов по профессии — журналист. Активная в прошлом участница женских движений. Работала ранее министром занятости населения Финляндии.  Партия, которую она представляет — социал-демократическая, — сейчас в оппозиции. Фамилия досталась ей не от мужа, а от предков по отцовской линии. И родом она из русскоязычного поселка Моола. Русский — родной язык отца и дедов… Милая, улыбчивая, очень женственная, Тарья не производит впечатления ярой феминистки. Да и не является таковой:

— Я совсем не считаю, что демократия в Финляндии — это заслуга женщин во власти. Скорее, наоборот: женщины в руководстве страны — верный признак развитой демократии. А кто лучше руководит страной — мужчины, женщины? Это определяется совсем не половой принадлежностью. Здесь важны ум, здравый смысл, опыт…

На характер  работы депутатов влияет то, входит ли представляемая ими фракция в правительство или относится к оппозиции. Надо заметить, что оппозиция в Финляндии — совсем не то, что у нас. Оппозиция — это не позиция «баба яга против», а предложения конкретных альтернатив решениям правящей коалиции, если решения эти не подходят оппозиции. Аргументы — интересы страны, а не собственные амбиции. Многопартийность в Финляндии — не фикция, а реальность, поэтому умение договариваться — это необходимый профессиональный навык в парламенте.

Годовой парламентский цикл начинается в феврале, когда депутаты собираются на сессию. Весенняя сессия длится с февраля до Иванова дня (23 июня), а осенняя — с сентября до Рождества. Понедельник — «областной» день, когда депутаты работают в основном в своих избирательных округах, встречаются с гражданами и выполняют ответственные муниципальные поручения. Пленарные заседания и заседания комиссий проводятся со вторника до второй половины пятницы. Депутат обычно входит в две комиссии. Кроме ежедневной работы над законами, депутаты участвуют в совещаниях, встречах с гражданами и организациями. В выходные дни — различные мероприятия, куда депутатов приглашают выступить.

Нам показали примерный распорядок дня депутата. Длится он с 8.30 до 19.30, с часовым перерывом на обед. С немалой радостью увидели, что первый час своей работы депутаты посвящают чтению свежих газет и ответам на запросы по электронной почте. Зная теперь о том, как трепетно финны относятся к расписанию и обещаниям, могу с уверенность сказать: «пашут» народные избранники с утра до ночи. С журналистами у всех депутатов нормальные (в финском представлении!) деловые отношения. В порядке вещей смс-общение даже во время заседания. Никаких посредников между представителями прессы и парламентариями нет. Помощники помогают, а руководитель службы информации парламента Марьо Тимонен вообще радеет о благе журналистов, как родная мать. Она отвечает за бесперебойное функционирование справочной службы, библиотеки парламента, информационных служб. Библиотека обслуживает не только парламентариев, но и всех желающих граждан. Помимо информации о парламенте, библиотека собирает и распространяет прочую юридическую и общественную информацию. В здании парламента за год бывает почти 100 тысяч посетителей — за работу гидов и полноту сведений, предоставляемых экскурсантам, тоже отвечает госпожа Тимонен. Она же занимается аккредитацией…

Услышав знакомое слово «аккредитация», российские журналисты не смогли удержаться от ехидного вопроса: а скольким журналистам отказано в аккредитации? И по какой причине?

Тут же со всей откровенностью Марьо ответила, что таких причин нет. И быть не может. Что касается неладов с аккредитацией, то было такое явление: единственный случай за 8 лет. Один представитель журналистского сообщества был обнаружен в подземном этаже парламента в сильно нетрезвом состоянии. Госпожа Тимонен, узнав об этом, пригласила журналиста для серьезного разговора, прямо обозначив его тему. На разговор журналист до сих пор не пришел и в парламенте больше не появлялся.

— Ну, а вот если критический материал появляется? Очень критический, острый? Как вы к этому отнесетесь? Сможет ли потом его автор получить доступ к информации? — продолжаем развивать тему мы.

— Критика — важная часть демократии. Неприятные вопросы — это хорошо. Это способствует прогрессу. Каждый имеет право на собственное мнение. Случается, конечно, что кто-то допускает неточность в материале, — на это мы указываем и просим исправлять ошибку. А мнение — неприкосновенно.

(Продолжение следует)