Двадцать пятые Цветаевские чтения прошли в прославленной Тарусе, где на берегу Оки воздвигнут прекрасный памятник поэту (скульптор В. Соскиев, архитектор Б.Мессерер).

Выйди на берег, Марина!

Свидетели открытия памятника помнят минуты восторга, когда в октябрьском небе в торжественные минуты вспыхнула вдруг радуга, освещая и освящая прекрасное  изваяние, — босая, в легком длинном платье Марина на веки вечные вернулась в родную Тарусу, где проживала лучшее время — свое детство — на даче отца, Ивана Владимировича Цветаева, профессора московского университета.

С каждым годом все больше и больше любителей поэзии  Марины Ивановны стекается на землю Тарусы. Многие уже знают друг друга в лицо, торопятся на очередные Цветаевские чтения, услышать от ведущих литературоведов, работников дома-музея поэта новое о творчестве и биографии Цветаевой, а у костра в лесу послушать любимые стихи и песни.

Цветаевские костры зажигают не только в городах России, но и в Америке, Австралии, Германии, Франции и других странах Европы. Недавно  славная эта традиция перекочевала и на Северный Кавказ. В Пятигорске, в доме Алябьева, гости из нашей столицы, из городов кавказских республик отметили памятный день и концертом, и костром, объединившим поэтов и любителей поэзии всех республик Кавказа.

Поэт из Чечни Умар Ярычев прочитал родившиеся экспромтом строки:

Остался день исхода
в октябре,
Во мгле — Кавказа небо
и вершины,
Торжественно
в Алябьевском дворе
Горит костер
поэзии Марины…

Мне довелось провести незабываемые цветаевские дни в Тарусе. Душа радовалась и землякам, казалось, каждый третий участник торжества — из Ростова, Новочеркасска, Таганрога, Шахт…

Заключительной  у костра была песня Ивана Зубарева на лермонтовские стихи, любимые  Цветаевой. Прощаясь до следующей встречи, съехавшиеся на этот костер пели прощальную традиционную песню. А я думала о том, что хорошо бы, чтоб и на донской  земле вспыхнул такой же яркий костер в цветаевские дни.