Закон абсурду не помеха?

Ростовчане всегда гордились своеобразием исторического центра города. До недавнего времени бытовало мнение, что ничто не угрожает его прекрасным зданиям, возведенным на рубеже XIX и ХХ веков выдающимися архитекторами России, поскольку в свое время все шедевры были заботливо внесены в реестр охраняемых памятников. Однако недавно выяснилось, что некоторые из них оказались под угрозой сноса, поскольку из списка памятников они удивительным образом исчезли, а точнее — вопреки закону и здравому смыслу… «переехали» по новым адресам.

Обнаружилось это случайно. По инициативе регионального отделения общества охраны памятников на одном из домов Большой Садовой под № 89, где расположен магазин «Донская чаша», было решено установить две памятные доски. Одну — видному советскому писателю Анатолию Софронову, автору песни «Ростов-город, Ростов-Дон», который жил в доме в 20-х годах прошлого века. Вторая доска должна была извещать ростовчан и гостей города о том, что здание это, известное как доходный дом А.М. Штрома, является охраняемым памятником истории, культуры и архитектуры, построенным в 1913 году к 300-летию дома Романовых. Каково же было изумление и возмущение председателя регионального ростовского отделения ­ВООПиК Александра Кожина, когда ему сообщили, что здание памятником больше не является, государством не охраняется и не исключено, что предназначается владельцами под снос.

В это трудно было поверить. Однако сказанное на словах подтвердилось документами. Если в постановлении главы администрации РО от 09.10.98 года № 411 «О принятии на государственную охрану памятников истории, культуры и архитектуры г. Ростова» доходный дом Штрома по Б. Садовой, №89 числится в перечне памятников, принятых под местную охрану, то в более позднем документе он неожиданно… меняет адрес.

Это — постановление администрации РО от 15.03.2006 года № 80 «О внесении изменений в постановление главы администрации РО от 09.10.98 № 411». Новый документ никогда нигде не публиковался, утверждают специалисты, потому сегодня он явился полной неожиданностью не только для общественности, но и для действующих архитекторов и реставраторов. В новом постановлении в строке о доме Штрома черным по белому написано: «местонахождение памятника» изложить в редакции «ул. Б. Садовая, 99». Что значит этот маловразумительный оборот? Доходный дом, построенный известнейшим архитектором Л.Ф. Эбергом,.. «переехал» по новому адресу?! Был № 89 — стал № 99?

Доходный дом Штрома описан экспертами как «5-этажное здание П-об­разной планировки в нео­классическом направлении, где использованы приемы и декор модерна, явно доминирующее в застройке улицы». Теперь получается, что это — 3-этажный и много раз перестраиваемый дом по той же Большой Садовой под № 99, куда памятник «перевели» по постановлению 2006 года?! Абсурд! Однако по документам — свершившийся факт. Его итог: здание по Большой Садовой № 89 — больше не памятник.

Такая судьба постигла не только доходный дом Штрома, но и ряд других ростовских зданий-памятников. Мы наугад выбрали несколько «старых» и «новых» адресов, по которым числятся конкретные дома.

Оказалось, что другой памятник — паровая мельница Ф.М. Солодова постройки 1870 года по адресу Газетный, 49 — тоже «переехал», правда, совсем недалеко — в соседнее здание № 47 литер «А». Значит, тоже перестал быть памятником? Не это ли обстоятельство позволило провести несколько лет назад его «реставрацию», в результате которой Ростов получил «…новодел, ничего общего не имеющий с тем историческим памятником, который был»? Именно так охарактеризовала результат масштабного строительства на месте, где некогда была паровая мельница, известный эксперт, архитектор-реставратор и краевед Любовь Волошинова.

Но, пожалуй, вершиной чиновничьего абсурда стал «переезд» особняка И.М. Файна, который ранее числился по адресу Пушкинская, 105 литер «А». Постановлением 2006 года ему определено другое место — Пушкинская, 103. По этому адресу мы с изумлением обнаружили полуразрушенный угол одноэтажного кирпичного строения без крыши, окруженного заборами. Значит ли это, что развалюха и есть «памятник истории, культуры и архитектуры, особняк Файна»?!

«В результате этих манипуляций с изменениями адресов мы потеряли ряд памятников. Потому в их реестре от 2010 года образовалось много «лакун» — сохранились адреса, но нет памятников. Или наоборот — памятники числятся по новым адресам, но эти здания таковыми не являются. Для чего это сделано, можно только догадываться. Владеть памятником — дело и хлопотное, и затратное. Обязательное обременение, которое несут владельцы исторических зданий, налагает на них по закону целый ряд обязательств, требует вложения значительных средств на само их содержание, не говоря уже о реставрации, поскольку об обычном ремонте не может быть и речи. А когда здание выведено из реестра памятников, то владелец волен делать с ним что угодно — вплоть до сноса», — так прокомментировал ситуацию председатель ВООПиК Александр Кожин.

Не укладывается в голове, каким образом в Ростове умудрились исключить из списка памятников целый ряд знаковых для донской столицы зданий? Теоретически снять памятник с охраны сложно — намного сложнее, чем поставить на учет, для чего достаточно мнения одного эксперта после проведения им специальной историко-архитектурной экспертизы. А вот чтобы снять памятник с учета, акт экспертизы подписывают уже несколько экспертов. Именно так эти процедуры прописаны в Федеральном законе «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ» от 2002 года. Но таковой экспертизы при составлении документа 2006 года не проводилось. Где в противном случае заключение экспертов? И откуда взялись сами эксперты, если первые из них получили лицензии в Ростовской области только в 2012 году?

Однако цель документа — вывести из списка памятников ряд красивейших исторических зданий — достигнута. Теперь их владельцы вольны делать с ними все что угодно… Сегодня величественный дом Штрома, действительно доминирующий в этой части Большой Садовой, все еще украшает Ростов. А завтра? 

Не верится, что ростовчане смирятся с ситуацией, не пытаясь отстоять достояние общественности. Потому уместно поинтересоваться: насколько легитимно постановление администрации РО от 15.03.2006 года № 80 «О внесении изменений в постановление главы администрации РО от 09.10.98 № 411»? Разве не нарушает оно действующий Закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ» от 2002 года? И кто должен проводить теперь тщательную проверку ситуации, доведенной до абсурда и позорящей Ростов? Прокуратура? Росохранкультура? Министерство культуры РО, в недрах которого и вызрел документ? Или в дело должна вмешаться областная администрация?

Ведь рассказать кому о «переехавших» памятниках — засмеют. Или заплачут?