Новая книга «Война. Юг. Перелом» вышла в издательстве Южного научного центра РАН.

Исследован тяжелейший период Великой Отечественной войны — с лета 1942 по осень 1943, когда шла изнурительная и кровопролитная битва за Кавказ, о которой отечественная историография говорила скупо и невнятно.

Чем дальше отодвигаются события Второй мировой, тем большую потребность испытывают люди, родившиеся спустя годы и десятилетия после войны, в достоверной информации о ней. Это касается не только России, но и западных стран. Чем меньше информации и чем дальше она от реальности — тем больше парадоксов: чем, например, объяснить тот факт, что в Юго-Восточной Азии и Индонезии Гитлер является кумиром молодежи? А разве нет в России молодчиков, для которых символ свастики означает совсем другое, чем для их прадедов, воевавших с фашистами? Потому выход книги — событие, дающее возможность иначе посмотреть на историю, много десятилетий писавшуюся под диктовку идеологов. Для самих исследователей ЮНЦ РАН это попытка обнаружить ту самую, узловую точку во времени и пространстве, которая стала поворотной в ходе войны. После нее фашистская армада покатилась в обратную сторону: с востока — на запад.

Миус-фронт и «Голубая линия»

В книге много новых данных, прежде нигде не публиковавшихся. Так, численность немецких войск, принимавших участие в операции на Северном Кавказе, оказалась втрое больше ранее заявленной военными историками. А если вспомнить известное высказывание Гитлера: «Если я не получу кавказскую нефть, я проиграю войну», то события лета-42осени-43 приобретают особый смысл. «Наши исследования позволили нам впервые понять подлинную глубину немецкого прорыва, — рассказал один из авторов книги, Владимир Афанасенко. — Под Астраханью немцы стояли всего в 7 километрах от Волги. Они были в 30 километрах от Кизляра, рядом с которым проходила южная «дорога жизни» — составы с ГСМ шли здесь днем и ночью один за другим с интервалом в 800 метров. На левом берегу Терека немцы заняли Червленую и начали расстрел Червленой-узловой, а это всего 25 километров от Грозного, это всего один час марша для танков. В книге впервые приводятся новые данные о трехмесячной бойне в районе Ищерской и Шелковской, где наши потери составили десятки тысяч солдат и офицеров».

Как Миус-фронт был щитом, закрывающим нам путь в Донбасс и индустриальный Днепропетровск, так и «Голубая линия» в низовьях Кубани закрыла путь советским войскам в Крым, утверждают исследователи ЮНЦ РАН. Пробить эти два «щита» оказалось делом непростым, потребовавшим больших усилий. Потери нашей армии с лета-42 по октябрь-43 составили 2 миллиона 229 тысяч 780 бойцов и командиров — это только учтенных. Потери немцев были в три раза меньше, как и их потери во всей войне.

Персидский коридор

Интересен раздел книги, посвященный исследованию участия союзников в битве за Кавказ. Во времена «холодной войны»  заявлялось, что СССР победил «коричневую чуму» самостоятельно. Союзники считали, что их вклад в победу неоценим. А как было в действительности? В июле 1942 года, когда немцы практически разрушили караванный северный морской путь в СССР, наступила пауза в поставках союзников. Но оставался потенциал Каспийского конвоя. Еще в августе 1941 года Сталин приказал построить дорогу Кизляр — Астрахань, которая и стала отрезком трансиранского коридора ленд-лиза.

В СССР считалось, что помощь союзников составляла лишь 4% от потребностей, сегодня она оценивается в 7%. Но как показали исследования ученых ЮНЦ РАН, по некоторым параметрам — транспорт, например, поставки союзников были намного выше и даже доминировали над отечественными. «По отдельным видам продукции поставки союзников доходили до 70% от их общего объема. Поставки бронетехники составляли в 1943 году не меньше 50%. Заводы в Иране обеспечивали Красную армию высококачественной боевой техникой, авиационным керосином и другими ГСМ. Поставки через Иран самолетов, автомобилей, танков имели особое значение именно в тяжелом 1942 году, когда их не хватало, а сообщение с центром страны было крайне затруднено. И если бы мы могли справиться своими силами, Сталин никогда бы не обратился за помощью к союзникам», — рассказал один из авторов книги Евгений Кринко.

Почему Т-34 лучше «Шермана»

Исследуя самые разные аспекты того периода, авторы приводят интересные факты и цифры. Так, во время массовой эвакуации населения  только через Дагестан эвакуировались более 730 тысяч беженцев.

На отдельной карте зафиксированы места массовых расстрелов евреев.

Исследованы мотивы коллаборационизма — перехода советских граждан Дона, Кубани, Ставрополья и республик Северного Кавказа на сторону врага. Собрано много фактов о деятельности легионов — Кавказско-магометанского и Грузинского.

Отдельной главой представлены воспоминания ветеранов. Они откровенно рассказывают о том, почему наши Т-34 были лучше «Шерманов»; был ли английский «Бостон» хорошим самолетом; почему нашим дизельным топливом можно было спасаться от вшей, а американским — нельзя; чем кормили солдат во время боев и почему самая выносливая собака ни за что не выдержала бы той жизни, которой жили солдаты в окопах, проявляя при этом чудеса мужества, стойкости и выносливости…

В книге около 500 интереснейших иллюстраций, из них более 260 фотографий военных лет, как наших, так и трофейных. Представлены 80 карт, из них половина — авторских, на которых художник Татьяна Курбат изобразила истинную расстановку сил противников — в отличие от планов военачальников, которые не всегда были реализованы. В сборе информации авторам книги помогали музеи и архивы, ранее не доступные историографам.

Обратите внимание: военные юбилеи идут чередой: в этом году отмечается 200-летие Бородинской битвы, в следующем году — 70 лет прорыва Миус-фронта и «Голубой линии», через два года — столетие с начала Первой мировой войны. «Так почему до сих пор в Ростове нет военного музея, где было бы отображено участие казаков в наполеоновских войнах, в битвах Первой мировой? — удивляется один из авторов книги — председатель ЮНЦ РАН академик Г. Матишов. — Почему бы не рассказать людям о штурме Миус-фронта, боях за Кавказ средствами музея? Почему на историческом факультете ЮФУ нет кафедры военной истории, например? Все время говорим об отсутствии у молодежи патриотизма. Так давайте воспитывать!»