— Древние украшали свои одежды, оружие да и многие бытовые предметы не только потому, что так красивее. Каждый их узор, каждое изображение на бляхе, ножнах, шлеме, тем более если они золотые, — это попытка заручиться благорасположением и защитой высших сил, — говорит научный сотрудник Ростовского областного музея краеведения Михаил Долгопольский.

Этими словами он предварил мое знакомство с выставкой, которая так и называется: «Магия доспехов, оружия и обереги».

В том, что наряд скифской царицы и ножны скифского меча-акинака — это своего рода магические заклинания, очевидно и без пояснений знатоков: предметы изукрашены изображениями фантастических существ, а это просто так не бывает. Но где же магические знаки на выставленных в витринах доспехах гладиаторов? И что там делает гладиаторша в панцире, учитывающем особенности женской фигуры? Не иначе как замануха в стиле голливудских блокбастеров…

— Нет, женщины-гладиаторы существовали, — возражает Долгопольский.— Однако на доспехах гладиаторов, действительно, магических узоров не наблюдается. Эти доспехи стандартизированные, но мы вправе предположить, что у гладиаторов были какие-то индивидуальные средства магической защиты.

Гладиатор не мог заказать себе шлем или меч с символом своего небесного покровителя, но для средневековых рыцарей как на Западе, так и на Востоке это было в порядке вещей. В доказательство тому — персидский меч XVII века с изображением лучистого солнца. Персия к тому времени давно уже была страной мусульманской, но, как видим, ее жители не предали забвению и зороастрийские верования своих предков. А на щите западного рыцаря, жившего примерно в эти же годы, — изображения христианских святых, стилизованные цветочные узоры, в которых, верно, тоже заключен свой таинственный смысл.

Щит рыцаря мог быть украшен и его гербом, а герб — это ведь не только зашифрованная информация о статусе, происхождении и жизненных принципах его владельца, но и оберег.

К своим мечам рыцари относились с таким уважением, что некоторым из них давали личные имена. Возможно, было оно и у того двуручного меча с волнистыми зазубринами по краям лезвия, который теперь лежит под стеклом. Сражаться, держа его в одной руке, под силу лишь редкому великану. Понятно, что такой меч в глазах рыцаря был куда больше, чем кусок умело выкованного металла…

Особый интерес посетители проявляют к «самурайским» витринам. Щит-веер, напоминающий гигантскую бабочку с какой-то эмблемой по центру, — несомненно, еще и магический оберег.

А почему в одной из витрин — кимоно? Это намек на то, что был в средневековой японской истории период, когда и девушек обучали не только дамским рукоделиям, но и боевым приемам.

Эта выставка совместная: ее экспонаты — как из собрания нашего РОМК, так и из частной питерской коллекции, подлинные вещи и реконструкции. Постигать их тайный смысл можно будет до 1 марта.